Читаем без скачивания Попадать, так с музыкой - Михаил Гуткин

55.

За ужином Вася как-то смущенно посмотрел на меня и, решившись, заговорил.

- Знаешь, Анечка. Есть одна проблема, которую мы с майором упустили из виду?

- Что за проблема, вместо одного отчета нужно писать три? Или пора составлять план поимки шпионов на пятилетку?

- Нет, такого плана пока не требуют. Дело совсем в другом: так принято, что в НКГБ все сотрудники либо комсомольцы, либо члены РКП(б). А ты беспартийная. Конечно, мы понимаем, откуда ты и кто принял тебя на работу, но правила едины для всех.

- Так что же мне теперь делать? Срочно вступить в партию?

- Не торопись. В партию так просто вступить нельзя. Нужно себя зарекомендовать и, кроме того, пройти кандидатский стаж. Поэтому пока речь пойдет о комсомоле. И по возрасту ты в комсомол подходишь.

- Подожди, подожди. Но ведь для вступления нужно заполнять какие-то анкеты, а что мне туда писать? Правду нельзя, а врать нехорошо.

- Все правильно. Мы с Валентином Петровичем будем решать этот вопрос, а ты пока должна повышать свою политическую грамотность.

- Это как?

- А вот так: обязательно читай газеты, ходи на занятия по политпросвету. Кроме того, возьми себе какую-нибудь общественную работу.

- Газеты читать - не проблема. Ходить в кружок политпросвета - тоже. А вот что за общественная работа? Стоп! Скажи, а если я буду вести шахматный кружок, это будет считаться общественной работой?

- Конечно, будет. Возможно, что и Валентин Петрович, пока он еще в нашем городе, станет туда ходить. Давай сделаем так: я поговорю с нашим секретарем комсомольской организации, он поговорит в райкоме, и ты будешь вести городской кружок по шахматам. Такого пока в нашем городе нет.

- Вот и ладненько. А когда вы объясните мне, что и как писать в анкете, тогда вернемся к разговору о комсомоле. Только скажи еще: а для вступления в комсомол рекомендации нужны?

- Конечно, нужны, но с этим просто: одну даст Валентин Петрович, а вторую - я.

- А разве родственники могут давать рекомендации?

- Так я буду тебя рекомендовать не как муж, а как член ВКП(б). Это разрешено уставом.

- Все, считаем, что этот вопрос решен. Что еще у нас на сегодня?

- На сегодня все, а завтра ты едешь на неделю к Окулову. Будешь тренироваться в разведроте. В 14 часов через наш город пойдет колонна, которая повезет в дивизию очередное пополнение из резервистов. Она тут остановится и к ним присоединится сотрудник НКГБ, то есть ты.

- Значит, я должна быть в форме?

- А как же! Ой, я ведь совсем забыл. Ну-ка посмотри.

С этими словами Вася открыл платяной шкаф и вытащил оттуда вешалку с формой сотрудника НКГБ и с тремя квадратиками на каждой петлице. Я тут же схватила и стала примерять. А мне идет. Вот только галифе широковаты - не позволяют продемонстрировать стройные ноги. Фуражку не хочу. Пилотка мне больше идет. Тем более, что тренироваться в пилотке намного удобнее. Поэтому фуражку оставлю дома.

Я промаршировала по горнице туда-сюда. Размер точно мой. Все сидит, как влитое. Вася ждал, ждал, пока я вертелась перед зеркалом, потом не выдержал.

- Без формы ты мне нравишься больше, - заявил он, стаскивая с меня обмундирование. С мужем в таких вопросах не спорят.

56.

Утром Вася умотал на работу, а я стала собирать все необходимое в небольшой баульчик, которым меня снабдил запасливый супруг. Оделась в форму, снова повертелась перед зеркалом, прицепила кобуру с парабеллумом, в карман сунула Вальтер. Магазин для парабеллума справа, для Вальтера - слева. Попробовала, как буду выхватывать оружие - да, с этим еще тренироваться и тренироваться. Проверила еще раз содержимое баула и присела перед дорогой. Посмотрела на часы - пора. Пошла к дороге. Вася был уже там и посматривал на часы.

- Я звонил в Барановичи. Поезд пришел по расписанию, колонна вышла полтора часа назад, так что скоро будут. Стой тут и не отходи.

А я и не думала отходить.

Примерно через пять минут мы услышали шум моторов. Шла колонна из десяти грузовиков. Все открытые, в каждом примерно по двадцать человек. С каждым водителем сидит боец с винтовкой. По сигналу Васи колонна остановилась, из первой машины вышел старший лейтенант и подошел к нам.

- Здравия желаю. Старший лейтенант Кононицын. Возглавляю колонну резервистов, следующую в 37 стрелковый полк 85-й стрелковой дивизии. В чем дело, товарищ старший лейтенант госбезопасности?

- Здравия желаю, - ответил Вася, - старший лейтенант госбезопасности Северов. Нужно подбросить в штаб 85-й стрелковой дивизии товарища младшего лейтенанта.

При этих словах я подошла к Васе.

Извините, - твердо возразил Кононицын, - у меня строгий приказ командира полка никого по пути не подбирать. Поэтому не могу взять еще одного человека.

- Скажите, - спросил Вася, - а если прикажет ваш комдив?

- Если прикажет товарищ Окулов, то возьму.

- Хорошо. Распорядитесь, чтобы колонна подождала, и пройдемте со мной к нам в отдел.

Старлей подозвал заместителя, отдал команду и пошел с Васей в НКГБ. Я осталась стоять у колонны на всеобщее обозрение. Думаю, если бы не моя форма, то без шуточек тут бы не обошлось. Через несколько минут оба старлея вернулись, причем у Васи вид был довольный, а у Кононицына - озадаченный.

- Все в порядке, товарищ младший лейтенант, - обратился Кононицын ко мне, - можете садиться в любую машину, только извините в кузов. В кабине по инструкции только водитель и боец сопровождения.

- Все в порядке, товарищ старший лейтенант, - заявила я, - в кузове, так в кузове. Я привычная (да, один раз в деревне ездила и в кузове - впечатления самые тоскливые).

Я подала свой баульчик сидевшим в кузове призывникам, подтянулась и бодро перемахнула через борт. Бойцы, все в новенькой, необмятой форме одобрительно зашумели и раздвинулись, уступая мне место. Я уселась, и колонна снова двинулась по маршруту.

Скорость была небольшой, по моим прикидкам не более 30 километров в час, поэтому в кузове было терпимо. Еще хорошо, что вчера был небольшой дождь, и дорога была непыльной, а то бы я приехала в дивизию не в лучшем виде.

57.

Минут десять ехали молча, возможно из-за меня. Думаю, что солдаты стеснялись трепаться при командире, да еще женщине, да еще из НКГБ. Но я сидела тихо, как мышка, и только разглядывала попутчиков. Когда Вася говорил о резервистах, я думала, что это обычные призывники, как в мое время. В подавляющем большинстве мальчишки, чуть младше меня - лет по 18. Но тут сидели и мальчишки, и взрослые парни, а один даже вообще, на мой взгляд, мужик лет тридцати. Значит резервисты - это скорее всего те, кто уже раньше служил и потом был отправлен в запас (в резерв). Из этого очевидно следует, что к войне готовятся. Ни с того, ни с сего не будут из народного хозяйства призывать в армию столько мужчин. И тут уже Федор Савич не пожалуется, что очередное пополнение в значительной степени неграмотное, хотя вполне возможно, что и среди резервистов есть и неграмотные, и малограмотные. Но все равно, кто один раз уже прошел через армию, должен хоть что-то соображать в военном деле. Уже что-то. Может быть в этой Истории не будет таких жутких потерь и такого страшного отступления. За моими мыслями я не сразу расслышала, как ко мне обращаются.

- Да, что?

- Разрешите обратиться, товарищ младший лейтенант государственной безопасности?

Какой-то шустрый паренек не удержал свое любопытство и решил задать мне вопрос. А приятно, когда меня так уважительно величают.

- Да, слушаю вас.

- Скажите, а трудно в НКГБ служить?

- Когда как. Иногда не очень, а иногда приходится пахать день и ночь.

- А что, в НКГБ свои колхозы есть?

Вот те раз! Слегка прокололась. "Пахать" - это ведь словечко из моего времени. Надо объяснить.

- Нет, это я так, для сравнения. Когда подходит время пахоты в поле ведь работают от зари и до зари.

- Да, конечно.

- Вот и у нас бывает время, когда тоже приходится работать от зари и до зари, а иногда и ночью.

- А что вы там делаете.

Тут другие зашумели на любопытного - не приставай к командиру с вопросами, - но я махнула рукой и продолжила.

- Разная работа: бандитов ловим, шпионов задерживаем, врагов народа разоблачаем. Все трудно перечислить. Да еще допрашивать арестованных приходится - на это очень много времени уходит.

- А вы сами кого-нибудь допрашивали?

- Полностью нет, у меня еще недостаточно опыта. Зато те, с кем я поговорила, быстро потом во всем сознались (между прочим, как вы уже знаете, чистая правда). Я, если надо, и кошку могу уговорить добровольно горчицу есть.

- Да это невозможно.

- Вполне возможно, уверяю вас. Для этого достаточно намазать ей горчицей под хвостом. Дальше сама все вылижет.

Да, это в мое время подобные живодерские анекдоты воспринимаются слушателями без проблем. А тут слушатели впечатлились. Один даже вздрогнул и опасливо посмотрел на меня. Я, хотя и находилась в некотором расслабленном состоянии, но где-то на уровне подсознания это зафиксировала.