Главный экономический комитет стал настоящим штабом экономической контрреволюции. Так же рьяно отстаивали интересы капиталистов Министерство торговли и промышленности и Особое совещание по обороне. С целью наступления на рабочий класс последнее разработало 18 октября 1917 г. специальную программу закрытия части заводов в Донбассе.
В лютой ненависти к трудящимся, к социалистической революции капиталисты не останавливались даже перед прямым разрушением предприятий. На Александро-Юрьевском и Орлово-Еленовском рудниках были устроены пожары, затоплены выработки. Предприниматели в результате получили страховую компенсацию, рабочие же очутились на улице.
Нередко буржуазия прибегала и к такой форме контрреволюционного саботажа, как отказ от выплаты налогов, за что вина опять-таки возлагалась на рабочих. Капиталисты утверждали, будто «чрезмерная» выплата заработной платы «истощает» возможности производства. Это был прямой политический саботаж. Однако Временное правительство не принимало мер пресечения этих действий. Курс на продолжение войны, содействие обогащению господствующих классов полностью поддерживался буржуазией и помещиками.
Стремясь задушить революционное рабочее движение, предприниматели категорически отвергали даже крайне умеренные законопроекты Временного правительства по рабочему вопросу (об обществах и союзах, страховании, свободе забастовок и т. п.). И хотя последние имели целью только затормозить развитие революции и в конечном итоге защитить интересы капитала, они наталкивались на бешеное сопротивление предпринимателей, не желавших поступиться даже малой толикой своих привилегий.
В июле — августе капиталисты все чаще и чаще выдвигали требования восстановления старых условий работы на заводах и фабриках. Под угрозой закрытия предприятий они добивались устранения рабочих от какого-либо вмешательства в дела управления производством, пытались заставить их отказаться от революционной борьбы.
С этой целью правительство прибегло к дальнейшей милитаризации промышленного производства. На предприятия, признанные Особым совещанием по обороне «исключительно важными для обороны», назначались специальные военные уполномоченные. Им были предоставлены широкие права, вплоть до отдачи революционно настроенных рабочих под суд и применения вооруженной силы.
Капиталисты настойчиво требовали законодательного ограничения прав пролетарских организаций — Советов, фабрично-заводских комитетов, профсоюзов. Летом и осенью 1917 г. острая борьба происходила вокруг вопроса о правах и обязанностях фабзавкомов. Она началась сразу же после появления «Положения о рабочих комитетах на промышленных предприятиях», изданного Временным правительством еще 23 апреля 1917 г. Буквально потоком хлынули в адрес правительства, Министерства труда, Всероссийского общества заводчиков и фабрикантов письма предпринимателей с требованием «введения деятельности рабочих комитетов в законное русло».
Предоставление фабзавкомам права участия в решении вопросов о найме и увольнении рабочих, запрещение увольнения с работы владельцами предприятий членов рабочих комитетов вызвали острые протесты, в частности, киевских предпринимателей. Однако если они настаивали лишь на внесении некоторых изменений в «Положение о рабочих комитетах на промышленных предприятиях», то Екатеринославское отделение общества заводчиков и фабрикантов требовало его полного пересмотра.
Особое совещание по топливу потребовало отменить предоставление каких-либо контрольных функций организациям рабочих и служащих, ввести строгую ответственность за участие в революционных выступлениях.
Прямую поддержку буржуазии в ее наступлении на права фабзавкомов оказали представители соглашательских партий, входивших в состав Временного правительства. Так, Министерство труда, возглавляемое меньшевиком Скобелевым, издало 22 и 28 августа антирабочие циркуляры, направленные на ограничение прав фабзавкомов. В частности, запрещались заседания этих организаций в рабочее время, а администрации предоставлялось право удерживать соответствующую сумму из заработной платы их членов за время выполнения ими обязанностей рабочих представителей. Рабочие комитеты лишались права участвовать в решении вопросов о найме и увольнении рабочих, за исключением случаев, когда на это давали согласие предприниматели. Категорически запрещалось вмешательство рабочих комитетов в деятельность администрации по руководству производством, а какие-либо «самочинные» действия рабочих подлежали строгому наказанию.
Участники собрания промышленников юга России в Одессе, следуя примеру петроградских предпринимателей, 30 августа 1917 г. категорически отказались оплачивать членам пролетарских организаций время, затраченное на общественную работу, и постановили «ввести моральную и материальную» взаимную ответственность, т. е. круговую поруку капиталистов в борьбе с трудящимися. Общество заводчиков и фабрикантов Николаева в сентябре через Совет съездов представителей металлообрабатывающей промышленности добилось запрета на выплату заработной платы заводским рабочим — депутатам городского Совета. Их полностью поддержал Совет союза собственников антрацитовых предприятий Донбасса. Однако в связи с усилением революционного рабочего движения этот запрет не решились распространить на членов фабзавкомов. Таким образом, рабочие добились оплаты предпринимателями времени, затрачиваемого членами фабрично-заводских комитетов на общественную работу. Это было большим успехом. Попытки правительства ограничить права фабзавкомов, а затем и ликвидировать эти наиболее массовые организации пролетариата, предотвратить распространение рабочего контроля встретили сопротивление пролетарских масс и потерпели крах. В острой классовой борьбе все большее распространение приобретала практика рабочего контроля.
Наряду с экономическими санкциями буржуазия возлагала большие надежды на использование в борьбе с революционными выступлениями масс вооруженных сил. С этой целью делегация Петроградского бюро уполномоченных Совета съезда горнопромышленников Юга России 31 августа 1917 г. посетила министра юстиции. Был разработан план переброски казачьих частей в Донбасс, введения там военного положения и т. п.
Временное правительство издало ряд актов, направленных на то, чтобы остановить развитие революционного крестьянского движения, укрепить власть помещиков и буржуазии В середине июля министры внутренних дел, продовольствия и земледелия опубликовали распоряжения и циркуляры, в которых требовали не допускать решения земельных дел местными комитетами и крестьянскими съездами. Всем губернским и областным комиссарам 17 июля был разослан циркуляр с требованием усилить борьбу с выступлениями крестьян.
На Украине в это время многие крестьяне были арестованы и отданы под суд за нарушение постановления «О порядке сбора урожая», изданного командующим Юго-Западным фронтом генералом Корниловым. Этим постановлением, которое вначале касалось только района Юго-Западного фронта, а затем было распространено на всю страну, категорически запрещался захват помещичьих посевов, инвентаря и собранного урожая. В случае невыполнения постановления крестьянам угрожали суровые наказания с применением военной силы.
Украинские буржуазные националисты одобряли и активно поддерживали действия и меры Временного правительства, направленные на удушение революционного крестьянского движения. Генеральный секретариат призывал губернских и уездных комиссаров Центральной рады к «решительной борьбе» с революционным движением трудящихся масс, подчеркивал «недопустимость захватов и насилий»[132].
Опираясь на поддержку Временного правительства и Центральной рады, активную борьбу с нарастающим крестьянским движением развернули помещики и кулаки. Для сплочения своих сил они создавали «союзы землевладельцев», «союзы хлеборобов-собственников» и т. д. По неполным данным, к осени в стране насчитывалось 337 местных отделений Всероссийского союза земельных собственников, из них 45 губернских и областных, 167 уездных, остальные волостные. В это объединение входили и созданные на Украине губернские и уездные помещичье-кулацкие организации. Стремясь к сохранению в неприкосновенности частновладельческих земель, они требовали от правительства самых решительных мер по борьбе с крестьянской беднотой, настаивая на привлечении ее к судебной ответственности за аграрные выступления. По требованию землевладельцев начались судебные расправы над участниками революционного крестьянского движения. В июле — августе в стране было зафиксировано 39 случаев вооруженного подавления крестьянских выступлений. С июля усилилось преследование за участие в борьбе за землю. Во многих местах под суд стали отдавать не только отдельных активистов, но и весь состав демократических крестьянских организаций, как того требовал II съезд Всероссийского союза земельных собственников, состоявшийся в начале июля 1917 г.
