вечер вино из бокала, ни с кем не общается. Она замечала, что в его присутствии и Варе неуютно, сестра напряжена, боится расслабиться. Оно и понятно – Одинцов с настороженностью следил за каждой рюмкой, выпитой женой.
Дарья призналась себе, что даже рада, что тот ушел от Вари. Только злилась, что так подло: тихо свалил именно тогда, когда ей нужна поддержка. Какая бы ни была, Анна – Варина мать, давшая ей жизнь. Варька, Даша была в этом уверена, переживает, но, наученная опытом, ни с кем этой болью делиться не станет. Даже с ней. «Только я не поняла одного – какого лешего ее на дачу понесло? – вспомнила она короткое сообщение сестры. – Дома Стаська мечется, да и Андрейка вот-вот с тренировки вернется. Или она домой заезжала? Скорее всего, нет. Без мозгов совсем, дуреха: о детях не подумала. Хотя, допустим, не готова к разговору с ними, нужно собраться с мыслями. Со Стасей сейчас и так сложно, а тут еще такая отцовская подлость. Как девчонку успокоить, чтобы разом весь мужской род не возненавидела? Нужно посмотреть, что там за видеоролик Стаська в „ТикТок“ выложила. Глупый детский поступок, конечно, но понять ее можно. Нет, ну нашел же Одинцов время свалить! Тихушник, даже жене в глаза посмотреть побоялся. Надеюсь, Варька покопается пару часов в своем огороде, чайку травяного выпьет, с силами соберется и домой. Зная ее, можно смело утверждать, что истерить по поводу предательства Одинцова не будет. Только жаль, что не выставила его из своей жизни сама и годами раньше. А я предупреждала, что в тихом болоте… Вот же подонок!» – никак не могла успокоиться Даша: настолько больно ей было за сестру.
Даша подумала, что жалость к Варе родом из их детства. С того дня, когда родители привезли ее из санатория к ним домой. Бледную, такую тихую и послушную, что Даше тогда даже страшно стало. Варька всегда была хулиганкой, ее так тетя Аня называла за постоянные проказы. А тут села на кровать, уставилась в окно и молча слушала, как трещала она, Даша. А она и говорила без умолку из-за страха за сестру – что еще будет с ней, когда узнает, что мамы больше на свете нет. На секунду, кажется, замолчала, а Варя сразу же задала вопрос, где мама. «В командировке! А жить ты будешь у нас!» – выпалила тогда Даша и выбежала из комнаты, побоявшись расплакаться. На всю жизнь запомнился ей тот день в мельчайших подробностях…
«А теперь еще выяснилось, что не гланды Варьке лечили, а психологические проблемы. Не в санатории, а в клинике. И сейчас опять навалилось на нее все разом, только едет она не ко мне за утешением, а на свой огород. Ладно, нужно домой к Одинцовым прямо сейчас съездить, а то неизвестно, что еще за время отсутствия матери может прийти в голову Стаське», – решила она.
– Ника, давай-ка я тебя отвезу к Стасе, вы давно не виделись, – повернулась она к дочери. – Побудешь с ней, пока тети Вари нет. Понимаешь, там Одинцов учудил, ушел из дома.
– Ты предлагаешь мне ее утешить? Мам, оно мне надо? – равнодушно произнесла Ника, наливая себе сок из бутылки.
– Не пей холодный, простудишься… – машинально остановила ее Даша. – Постой-ка, тебе все равно, что ли? Она твоя сестра, кто, если не ты? Или я тебя неправильно поняла?
– Я могу ей позвонить, – неохотно предложила Ника. – Зачем ехать? Тем более Макс вот-вот вернется, его я тоже год не видела, а он мне родной брат.
– Вы поссорились со Стаськой? Что не поделили? Наверняка ерунда какая-то, – с надеждой спросила Даша, все еще не веря в то, что дочери на самом деле все равно, что случилось в семье Одинцовых.
– Да нет же, мы не ссорились. Просто я не понимаю, как могу ей помочь. У меня не было такого опыта, чтобы бросил отец, слава богу. У нас нормальная семья, папа много работает, тебя любит, ему некогда о других женщинах думать. И я не хочу выслушивать нытье Стаськи насчет того, какой дядя Ваня подлец, – с досадой ответила Ника. – К тому же ты точно уверена, что он ушел к другой? Может быть, просто от жены? И виновата она, что не смогла дать ему то, что нужно мужчине?
– Ника, откуда такие мысли? Варя – прекрасная жена, столько лет его терпела…
– Вот именно, терпела. Ты думаешь, он не чувствовал, что она его не любит? Человек – существо парное, ему нужен тот, кто будет любить безоговорочно. А не по долгу супружества. Вот вы с отцом все еще влюблены друг в друга, это скрыть невозможно. Я люблю Эдвина, а он меня. В его семье – любовь, искренняя забота, понимание – главное. Поэтому и все дети счастливы. А у Одинцовых семья не настоящая, зачем они вообще детей завели?
– Варя безумно любит Стаську и Андрейку! Ты думаешь, они несчастны?
– Мама, Стаська ненавидит своих родителей, свой дом, школу. Она стыдится матери, отца, ее раздражает брат. Скажи, это счастье – жить в такой ненависти?
– Откуда такие мысли, дочь?!
– Я знаю об этом от самой Стаси. Она каждый раз в разговоре твердит одно – как ей не повезло с предками, как надоела эта теснота и нищета. Ты знаешь, что она собирается уйти из школы после девятого в колледж? И уехать подальше – в Москву, Питер, не столь важно, лишь бы из дома. Как вижу, слышишь ты об этом впервые. Уверена, тетя Варя тоже не в курсе планов дочери. Но так не должно быть! Я первым делом о своей беременности рассказала тебе да и от отца скрывать не собиралась. Потому что и тени сомнений не было, что не поймете, не примете мое решение и не поддержите. Потому что это правильно, если в семье любовь и доверие. Оно, кстати, без любви и не бывает. И Эдвин сразу родителей обрадовал. Нам с ним в этот день сюрприз устроили – еще и ребенка нет, а уже вся семья счастлива, что появится еще один маленький Паркер.
– Ты изменилась, Ника… могу только сказать, что папа, отправляя тебя в эту семью, был уверен, что там очень строгое воспитание. Как же Эдвин мог так поступить с тобой? Не понимаю…
– Как? С благословения родителей. Он просто сообщил им, что я – его невеста. Реакция Марии и Джеффри была спокойной: любишь – живите вместе, отвечай за свои поступки сам, ты – старший. С меня взяли обещание,
