“Просто завидное ослиное упрямство”
- Может быть, хватит?
- Что хватит?
Блондин повернул голову в его сторону, но кукольник смотрел в потолок. Покачав головой, Дей навис над ним, уперевшись руками в подушку за головой Сасори. Акасуна перевел на него взгляд.
- Перестань. Сбрось ты хоть на время эту свою маску. Только не надо включать дурака и утверждать, что не понимаешь, о чем я говорю. Прекрасно ты все понимаешь. Как будто бы я не видел тебя без нее, – фыркнул подрывник.
Да, такое бывало. Конечно, после этого кукольник неизменно делал вид, что ничего не было, но именно в такие короткие редкие моменты он становился человеком, просто человеком, у которого тоже есть свои проблемы и свои страхи.
- Слышишь, Данна? Ты ведь не носишь эту маску перед своими марионетками. Позволь мне увидеть тебя другим, хотя бы на мгновение. Ведь я... Ведь я тоже принадлежу тебе.
Акасуна слегка усмехнулся.
- Если сниму эту маску, я заплачу.
Дей приподнял бровь.
- Только не говори, что поверил, – закатил глаза Сасори.
Блондин фыркнул. Акасуна тихо засмеялся и осторожно привстал на локтях, поцеловав подрывника.
Это был долгий поцелуй. В конце концов, у Дея устали руки, и он, слегка надавив на грудь рыжего беса, заставил его лечь обратно, оперся локтями на подушку, чтобы случайно не задеть напарника. Он не хотел сделать ему больно. Только сам кукольник, видно, считал иначе. Он дернул парня на себя, обняв руками за талию, мало обращая внимания на то, что больно было им обоим. Они оба не обратили внимания на это. Когда поцелуй, наконец, завершился, Дей сполз ниже, положив голову на грудь Сасори. Акасуна вздохнул, скользнув одной рукой по спине подрывника и зарывшись пальцами в его волосы.
- Ты ведь никогда не оставишь меня, – тихо сказал он. Это было утверждение, не вопрос.
Блондин усмехнулся, прикрыв глаза.
- Как будто бы у меня есть выбор.
- У тебя есть Конан, – в тон ему отозвался кукольник.
- Ты все равно убьешь ее, если она попробует, – вздохнул Дей. Сасори мягко перебирал его волосы, и он просто наслаждался моментом, о котором утром они оба уже не заговорят.
- Ты же мне этого не простишь.
- И когда тебя это останавливало? – со смешком спросил блондин.
- Сейчас, – серьезно ответил Акасуна, но через пару секунд добавил: – Что, у меня плохо получается?
Дей засмеялся.
- Я тебе обязательно об этом напомню, когда она снова появиться с явным намерением забрать меня с собой. Может быть, она даже будет еще жива в этот момент.
Он снова закрыл глаза, на его губах осталась легкая улыбка. Больше они не разговаривали, но уснуть обоим удалось, только когда в комнату скользнули первые лучи солнца.
Проснулся Сасори один. За окном был ясный день, а за плотно закрытой дверью слышался шум и тихая ругань.
Пару часов назад Дея разбудили, причем самым наглым образом. Фактически вломившись в голову. Маленький зловредный демон ведь обещал зайти.
“Господи, Гоби, ну что я тебе сделал, что ты хочешь убить меня с самого утра”, – обреченно подумал блондин, когда в его голове перестало грохотать о том, как прекрасен мир по утрам. Нехотя открыв глаза, он посмотрел на демона, с самым невинным видом сидевшего рядом с ним на подушке. Улыбнувшись ему сонной улыбкой, парень приподнялся, поморщившись от боли, и посмотрел на спящего кукольника. Тот выглядел умиротворенным и спокойным, что случалось редко и Дей, удовлетворенно вздохнув, снова обернулся к щенку.
“Подлатай его, я в долгу не останусь”
Конечно же тот от соблазна не удержался и, набивая цену, видимо, подлечил их обоих. Аккуратно встав с кровати, подрывник забрал с собой наглого пса и вышел в зал, прикрыв дверь, и едва слышно застонал, глядя на полуразрушенную квартиру. Он вполне логично подумал, что беременная женщина демона их явно по голове не погладит, разве что гирей. Гоби только тихо ржал, сопровождая смех язвительными комментариями о том, как они вчера тут повеселились. Впрочем, они тут же ушли. Зайдя в ближайшие магазины и накупив гору печенюшек для расплаты с демоном, Дей вернулся и теперь делал, что мог, чтобы хоть как-то вернуть квартире порядочный облик. Гоби, вдоволь нажравшись и наржавшись, решил еще немного побыть его близнецом и разнообразия ради помочь. Они благополучно вставили дверь в ванную, блондин убрал мелкий мусор и щепки того, что уже не поддавалось восстановлению. Демон благородно согласился вынести мусор. Дей, конечно, подозревал, что мусор в мусорный бак так и не попал, больно уж хитрющее было лицо у его лже-близнеца, но заморачиваться не стал. К тому времени, как проснулся Сасори, они уже сделали все, что смогли. Хотя бы стало поприличнее.
В данный момент они тихо препирались насчет окна, Гоби уговаривал Дея подорвать его к чертям, чтобы, так сказать, прорубить окно в Суну, а парень осаживал его тем, что расскажет Хитоми, чья это идея была. Внезапно Дей резко замолчал и оглянулся на закрытую дверь спальни.
- Проснулся, – тихо шепнул он демону. Гоби повел ухом на блондинистой голове и кивнул, совершенно не удивляясь той связи, которая была у этих двоих. Они договорились заранее, что демон исчезнет на какое-то время, когда кукольник проснется. И сейчас пятихвостый честно растворился в воздухе, как раз в тот момент, когда дверь спальни открылась. Дей обернулся и не сдержал улыбки, глядя на эту лохматую башку.
- Доброе утро.
Кукольник только кивнул и направился в ванную. Дверь благополучно провалилась в уборную от одного прикосновения Акасуны. Собственно, его это не смутило, и он молча вошел внутрь. Блондин рассмеялся и, покачав головой, ушел на кухню.
“Гоби, засранец. Так и знал, что спадлишь. Вот расскажу Хитоми – будешь знать”
Поставив чайник, парень уселся на столешницу рядом с плитой, взяв в руки хлопья, которые Гоби честно увел из магазина. Повертев коробку в руках, он отставил ее в сторону и посмотрел в окно, в которое заглянуло солнышко.
Через минут пять Сасори появился в дверях все еще сонный и потрепанный. Как будто он бухал всю свою жизнь. А может и правда бухал, кто ж его знает. Но мы этого никогда не узнаем. Есть ему пока не хотелось, поэтому насыпав в кружку сахар и кофе, он сел, терпеливо дожидаясь, когда засвистит чайник. Ну, или рак на горе.
Дей только снова тихо рассмеялся, глядя на это чучело. Несчастная кухонная утварь издала писк полудохлого бурундука, и блондин, спрыгнув на пол, выключил его. Налил взъерошенному Акасуне воду в кружку, даже сахар размешал. Поставив чайник обратно, присел перед напарником на корточки, дотронувшись до его колена. Он держался, чтобы не смеяться, но улыбка с лица никак не сходила.
- Глупый, наверное, вопрос, но как ты себя чувствуешь?
Акасуна вздохнул и, положив руку на голову Дея, потрепал волосы.
- Отвратительно. Сегодня моя очередь готовить? – обреченно спросил он.
- Я в любом случае могу тебя подменить, напарник, – не сдержавшись, тихо прыснул блондин, и пока Сасори хмуро пил кофе, занялся завтраком. Много времени ему не потребовалось. Скоро перед всё еще каким-то оглушенным кукольником опустилась тарелка. Дей, глядя на него, с улыбкой покачал головой.
“Я даже боюсь представить, чтобы с ним было после пьянки”
Они, бывало, позволяли себе такие роскоши, когда миссий поубавлялось. Сам Дей, неизменно Тоби, который был за любую движуху, связанную с блондином, Зецу, который просто любил ужраться и помочить листочки, чтобы потом мочиться на другие листочки, и Кисаме. Тут без комментариев, это был просто Хошикаге. Иногда к ним присоединялась Конан, Хид и, если Кисаме удавалось его вытянуть, Учиха. Но тот только с картонной миной сидел с ними, особо не втягиваясь в разговоры, и молча уходил. Никто уже не обращал внимания на него, это же был Итачи. Другое дело, если бы он нажирался с ними сейчас, но это уже другая история. Остальные же: Какузу, Сасори, Пейн, себе такого не позволяли. Они же были самыми крутыми и потрясающими, что не раз обсасывалось на таких мероприятиях. Куда царям до холопов.
