Я помолчала. Человеку, не работающему в «Голиафе», увидеть главную тамошнюю шишку было практически невозможно. Если кто и в силах вернуть мне Лондэна, так это он.
— Ладно.
Джек улыбнулся, бросил табличку в коробку и торопливо побросал туда все остальное.
— Так, я должен торопиться. Меня только что повысили на три порядковых номера. Отправляйтесь в главную приемную, там вас встретят. Не забудьте ваш ССП, и если вы упомянете в нем меня, я буду просто счастлив.
Он подал мне неподписанную форму. Тут открылась дверь, и вошел другой сотрудник «Голиафа», тоже с коробкой пожитков.
— А если я не получу мужа обратно, мистер Дэррмо?
— Ну, — сказал он, глядя на часы, — если у вас возникнут жалобы на качество возмещения, следует обсудить их с уполномоченным на это нашим покаянцем. Я уже не работаю в этом отделе.
Он одарил меня высокомерной улыбкой, надел шляпу и исчез.
— Ну что ж! — сказал новый покаянец, обходя стол и начиная раскладывать свои вещи в новом кабинете. — По какому поводу вы хотите услышать наши извинения?
— По поводу вашей корпорации, — прорычала я.
— Мы с «Голиафом» приносим вам искренние, глубокие, безграничные извинения, — ответил покаянец самым искренним тоном.
Глава 15
Встреча с Голиафом
Пятьдесят лет назад мы были всего лишь крохотной транснациональной компанией с персоналом не более 7 000 человек. Сегодня у нас больше 38 000 000 работников в 14 000 компаний, производящих 12 000 000 различных товаров и услуг. Размер «Голиафа» придает нам стабильность, которая позволяет с уверенностью говорить, что мы будем заботиться о вас еще много-много лет. К 1980 году наш оборот был равен обобщенному ВВП 72 % населения планеты. В этом году мы видим, как корпорация совершает очередной рывок — к превращению в полноценную религию с собственными богами, полубогами, служителями, святыми местами и молитвенниками. За акции «Голиафа» вы получите право вступить в нашу новую, основанную на вере корпоративную систему, где вы (верующие) станете поклоняться нам (богам) в обмен на защиту от мирового зла и посмертное воздаяние. Я знаю, вы поддержите нас в этом дерзновенном устремлении, как поддерживали раньше. Вскоре появится буклет с подробным разъяснением, как вы можете помочь интересам корпорации в этой области. Новый «Голиаф». Что бы вам ни понадобилось. Чего бы вы ни пожелали. Навсегда.
Генеральный директор корпорации «Голиаф». Речь на конференции 1988 г.
Я подошла к главному столу и назвала свое имя секретарше. Та, скептически вскинув брови, позвонила на сто десятый этаж, с некоторым удивлением выслушала ответ и попросила меня подождать. Я откатила коляску с Пятницей в зону ожидания и всучила отпрыску припасенный банан. Затем уселась и стала наблюдать, как голиафовские чинуши с деловыми лицами шныряют взад-вперед по полированному мраморному полу, не обнаруживая, впрочем, видимых результатов предполагаемой деятельности.
— Мисс Нонетот?
Передо мной возникли два типа: один — в синем костюме, характерном для голиафовского начальства, второй — в парадной униформе обслуживающего персонала, с полированным серебряным подносом в руках.
— Да? — отозвалась я, поднимаясь.
— Моя фамилия Годфри, я ассистент личного помощника гендиректора. Окажите любезность…
Он показал на поднос.
Я поняла, вынула пистолет из кобуры и положила его на поднос. Лакей вежливо ждал. В очередной раз проявив понимание, я выложила рядом обе запасные обоймы. Слуга поклонился и безмолвно удалился, а голиафовец так же молча сопроводил меня к отгороженному лифту в дальнем конце зала. Я вкатила Пятницу внутрь, и двери закрылись.
Бесшумно возносясь к небесам в наружном стеклянном лифте, я смогла охватить взглядом весь Голиафополис, раскинувшийся почти до самого Дугласа. Отсюда наблюдатель получал возможность оценить чудовищность владений корпорации: видимая часть построек представляла собой всего лишь головные офисы тысяч компаний, управляющие миллионами работников по всему миру. Пребывай я в благодушном настроении, меня ошеломили бы величие и размах «Голиафа». Однако в нынешнем расположении духа я видела только неправедные доходы.
Здания поменьше вскоре остались внизу, а мы все поднимались, пока даже соседние небоскребы не превратились в карликов. Я с восхищением обозревала потрясающий вид, как вдруг все затянуло белым туманом. Снаружи на стеклах лифта стали образовываться капли, несколько секунд ничего не было видно, а затем мы вырвались из туч навстречу яркому солнцу и синему небу. Моим глазам предстало бескрайнее море облаков. Зрелище поглотило меня без остатка, и я не сразу осознала, что лифт остановился.
— Ipsum, — выдохнул Пятница, пораженный не меньше моего, и ткнул в стекло пальцем на случай, если мама не заметила.
— Мисс Нонетот?
Я обернулась. Назвать директорский кабинет корпорации «Голиаф» впечатляющим — значит ничего не сказать. Мы очутились на верхнем этаже здания. В ясный день стены и крыша из тонированного стекла позволяли взглянуть на землю с точки зрения Бога. Сегодня мы словно плыли по ватному морю. Само здание и его расположение высоко над планетой — как географически, так и морально — превосходно отражали власть и мощь корпорации.
Посреди комнаты располагался длинный стол, возле которого стояли около тридцати одетых в синее голиафовцев и молча взирали на меня. Никто из них не проронил ни слова. Я уже собиралась поинтересоваться, кто здесь главный, и тут заметила крупного мужчину, стоящего лицом к окну со сложенными за спиной руками.
— Ipsum! — воскликнул Пятница.
— Позвольте мне, — начал мой сопровождающий, — представить вам генерального директора корпорации «Голиаф», Джона Генри Голиафа Пятого, праправнука нашего основателя, Джона Генри Голиафа.
Человек у окна повернулся ко мне. Выше шести футов ростом, широкоплечий, импозантный, властный. Ему не исполнилось еще и пятидесяти, цепкие зеленые глаза словно пронзили меня насквозь, но улыбка оказалась такой теплой, что я сразу же расслабилась.
— Мисс Нонетот? — послышался голос, подобный отдаленному раскату грома. — Мне давно уже хотелось повидаться с вами.
Он крепко, по-дружески пожал мне руку. Так просто было забыть, кто он такой и что он сделал.
— Они встали, чтобы поприветствовать вас, — заявил Джон Генри V, указывая на членов правления. — Вы стоили нам свыше миллиарда фунтов наличными, и минимум в четыре раза больше мы потеряли в виде упущенной прибыли. Таким врагом следует восхищаться, а не поносить его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
