– И что все это значит?
– Я не могу точно сказать. Возможно, человек, составивший список, пытался понять логику убийцы, а возможно – сам этим убийцей и был. А дети и старики в списке лишние. Они не вписываются в логику убийств.
– Но тогда зачем их убивали?
– Если автор списка – убийца, то я не могу этого объяснить. И… еще это связано с перелет-травой. Возможно, этот таинственный монах за ней охотится, и ищет людей, которых Волох пошлет на ее поиски. Тогда ему надо следить за нами, чтобы не пропустить момента, когда она окажется у нас в руках. Если хочешь, я прочитаю до конца, что на этом листочке написано. Может быть, что-нибудь станет понятно.
– Ты сначала поспи, и я тоже хочу выспаться, так что спешить некуда. Как твоя коленка? Еще болит?
– Нет, не так сильно. И греет хорошо.
– Проснемся, и я опять песок погрею. Ты, главное, не вставай.
– Я постараюсь.
Как бы Маринка не хвасталась, что никогда не устает и не простужается, у печки и под теплым спальником ей показалось, что она тяжело больна, и не может даже пошевелиться, настолько ей плохо. Но сон быстро сморил ее.
Ей приснился знак засеянного поля, который бабушка увидела в разлившемся воске. И сон этот, как ни странно, показался ей и тревожным и счастливым одновременно.
Она проснулась от собственного кашля, и села на кровати, чтобы легче стало дышать. Кровать Игоря была пуста, а Сергей богатырски храпел на дощатых полатях, которые утром Маринка не приметила, лежа на одеяле и укрывшись плащ-палаткой со своим вещмешком под головой. Кашель Маринки его не разбудил.
Печка давно прогорела, и в домике стало холодно. Или у нее поднялась температура? Она потрогала свой лоб, но, разумеется, ничего определить не смогла. Маринка хотела встать, свесила ноги на пол, но тут увидела, что рядом с ее подушкой лежит огромная белая кувшинка на длинном тонком стебле. Ничего себе! Кувшинки в сентябре не цветут!
Интересно, кто ее принес? Игорь или Сергей? Почему-то совсем не хотелось, чтобы это был Сергей. Маринка взяла цветок в руки: его только что сорвали, стебель оставался мокрым, а лепестки не успели хоть сколько-нибудь обвять. Наверняка, Сергей дрыхнет уже давно. А если цветок принес Игорь, то что он хотел этим сказать? Маринке неожиданно стало неловко, она почувствовала, как загорелись щеки. Или у нее и вправду поднялась температура?
Дверь со скрипом приоткрылась, и в домик зашел Игорь с охапкой дров в руках.
– Доброе утро, – смущенно сказал он и опустил глаза.
– Привет! Какой красивый цветок, – Маринка тоже потупилась.
Игорь кивнул, и ей показалось, что глаза его смеются. Значит, это точно он!
– Я хотел чаю погреть, но для этого надо топить печь, – вместо ответа пробормотал он, – ты кашляла все время. А говорила, что никогда не простужаешься.
– Ерунда, – ответила Маринка, соскользнула на пол и только тут заметила, что ее юбка-занавеска перекрутилась и больше напоминает набедренную повязку. Она судорожно начала дергать ее обеими руками вниз, но Игорь вежливо не смотрел в ее сторону.
– А шмотки высохли? – спросила она на всякий случай.
– Да, – отозвался Игорь, закладывая в печку поленья, – спасибо тебе. Ты вчера все постирала…
– Ерунда, – снова сказала она и улыбнулась, – за шоколадку я готова и не на такое!
Он улыбнулся в ответ и потянулся к рюкзаку.
– Ну не надо все понимать так буквально, – она рассмеялась, – я еще не умывалась.
Игорь пожал плечами. Маринка вынула из рюкзака косметичку и полотенце и собралась на выход.
– Погоди, – Игорь поднялся, отряхнул руки друг об друга и потянулся за ее сапогами, стоящими на кирпичном щите, – земля холодная.
Маринка не могла не согласиться – босиком зябко было и на полу.
От умывания в озере сразу же застучали зубы. И как они вчера несколько часов смогли идти по ледяной воде? Солнце из-за туч появляться не собиралось, Маринка не поняла даже, с какой стороны оно находится. Скорей обратно в домик, а лучше всего – обратно в постель, завернуться в теплый спальник! Вчерашняя усталость еще давала о себе знать – подрагивали руки, кружилась голова и во всем теле оставалась утренняя ломота.
Маринка бегом поднялась по лестнице и, все так же стуча зубами, влетела внутрь и запрыгнула на кровать.
– Ой какая там холодина! – пожаловалась она, кутаясь в спальник.
Игорь посмотрел на нее вопросительно и встревожено:
– Слушай, а ты не заболела?
– Нет, конечно! – поспешно ответила она.
Он покачал головой, прикрыл печную дверцу, привстал, положил руку ей на лоб и снова покачал головой:
– У тебя лоб горячий. Давай-ка ложись как следует. Каша уже греется, скоро будет чай. Поешь, чаю выпьешь и спать.
– Не буду я лежать, – заныла Маринка, – я как львенок, я не люблю лежать, я люблю бегать! Ты сам тоже обещал лежать, ну и?
– У меня все в порядке, – тут же ответил он, – может, тебе водки выпить немного? Это помогает от простуды. А лучше всего, конечно, спину растереть.
– Водки надо в чай добавить, это хорошо согревает. Фляжку этот поручик Ржевский спрятал или нет?
Игорь показал головой на фляжку, прислоненную к бочке.
Про растирание Маринка скромно умолчала – это представлялось ей не совсем удобным. Медвежонок тоже живой человек, хоть и порядочный. Вдруг он подумает, что она хочет его соблазнить? Ей не хотелось, чтобы он думал о ней плохо, а после этого он точно подумает о ней плохо. Она вспомнила про цветок и опять смутилась.
Игорь положил ей каши в миску и пообещал вымыть посуду. Есть совсем не хотелось, но каша была горячая и вкусно пахла.
– А шоколадку? – улыбнулась Маринка.
– Сладкое – после еды, – ответил он.
Маринка попробовала ложку и подняла брови:
– А поручик неплохо готовит. Гораздо лучше меня.
– Просто это не тушенка. Там в погребе есть копченое мясо, и сало, и перец, и лавровый лист… У тебя бы получилось не хуже, честное слово.
– Ты мне льстишь.
Правду говорят, что аппетит приходит во время еды. Маринка с удовольствием навернула две полные миски и закусила их шоколадом. Игорь налил ей сладкого чаю с водкой, уселся на пол и прислонился спиной к своей кровати с кружкой в руках.
– Слушай, – рискнула спросить Маринка, – а где ты нашел кувшинку? Они же сейчас не цветут.
Он опустил взгляд:
– Я хотел тебе рассказать, но подумал, что ты испугаешься… пообещай, что не испугаешься.
– Конечно не испугаюсь. Я же ничего не боюсь.
– Боишься, – Игорь улыбнулся, – на самом деле это совершенно невероятная история. И если бы не цветок, я бы думал, что мне все это привиделось.
Заинтригованная Маринка привстала:
– Ну?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
