имени сейчас спросила.
– Быть может, так же, как и ты? И да, детка, хорош, меня отвлекать, я все же пытаюсь учиться, – недовольно буркнул он, и он принялся упорно писать лекцию.
Я на автомате открыла тетрадь и начала записывать за преподавателем. Думать сейчас не хотелось, верить не хотелось. Вообще знать ничего не хотелось! Хотелось орать и убегать от этого существа как можно дальше. Боже, если он способен такое сделать, то… Это же…
Лекция, лекция… не думать… не думать… микроэкономика, спрос и предложение, это сейчас важнее, …наверное?
На перемене я ждала от чудовища объяснений, но он, просто ушел курить. Я порывалась пойти за ним. Мне было страшно до одури, до трясущихся коленок, и в то же время мне нужны были ответы. Кто он? Как он? Зачем? Играл? Просто что бы поиграть? Настолько грязно и мерзко? Используя такие способности? На что же он еще способен? Он просто взглянул на Игоря и что? Заставил его прийти в душ и приставать ко мне? Игорь же пришел в себя? Но я тоже входила в людей, и … управлять ими не могла. Или просто… не думала об этом, не осознавала, просто, как во сне была?
На большой перемене я все же решилась и пошла. Как обычно "прынц" стоял в окружении своей свиты и еще двух наших красавиц, что-то им рассказывал, а те притворно прикрывали рты и смеялись. Я поморщилась от наигранности их смеха. Ему самому-то не противно, что перед ним все притворяются, хотя нет, как видно совершенно не противно. Он еще и умудряется наслаждаться этим.
Я подошла ближе, называть его по имени не было никакого желания. Мне показалось, что Дима – это вообще не его имя, оно ему просто не подходит, ему бы больше подошло "ублюдок" или "подонок", но я, к сожалению, не такая змея, чтобы прилюдно унижать и оскорблять другого человека, поэтому, не обращаясь просто сказала:
– Нам нужно поговорить!
Все вокруг замолчали, и опять жадно уставились на меня.
– Я за-анят, – растянул он слово и улыбнулся, своей мерзкой улыбочкой.
– Мне нужно срочно! – решила я настоять на своем.
Он в начале нахмурился, а затем на его лице опять появилось гадливое выражение.
– Детка, если я тебя на выходных и трахнул, то это еще не повод, срываться, по каждому твоему желанию со мной поговорить!
Я, кажется, побагровела от злости.
– Светлова, имей гордость, и вообще скажи спасибо, что Димочка обратил внимание на такую, как ты! – вмешалась одна из красавиц, рыжая Ксюша, задрав свой веснушчатый нос.
– Ксеня, а ты завидуй молча, – неожиданно заговорила Ира, вторая брюнетка, – ясно же, что тебе-то вообще ничего не обломится.
"Прынц" как всегда был счастлив этой перепалке. Я же поняла, что он опять меня опустил ниже плинтуса и просто развернувшись, ушла. Дальше разговаривать не было смысла, я в этой игре все равно окажусь в проигрыше, никогда не умела плеваться ядом.
До конца занятий он не проронил ни слова. А я тоже решила с ним не говорить. Я уже поняла его тактику, захочет сам расскажет, так просто из него и слова не вытянешь. Однако на последней лекции, "прынц" опять очень громко пригласил меня в кафе, кося пронзительным взглядом. Одногруппники притихли. Боже, да что же их так сильно беспокоит то все это? Неужели нет своих дел?
Я не стала отвечать, и просто пошла на выход. Хватит, я уже попыталась с ним поговорить и в кого он меня превратил? В одну из своих шлюх? С этим существом я даже в одной аудитории боюсь находиться, а он еще и предложил куда-то сходить? Нет уж, ответы на вопросы я хочу получить, но не до такой степени, чтобы остаться с ним наедине, будь то даже многолюдное кафе. Да и вообще если я сейчас прилюдно соглашусь, то это будет конец моим отношениям с Егором, все решат, что все гадости, что он придумал обо мне – это правда. И естественно об этом расскажут Егору, когда он вернется. Даже если он и не поверит, но как он будет выглядеть? Нет, посмешище из Егора и себя я делать не желаю. Так что мой поступок был правильным. А правду…, правду я наверняка узнаю.
14 глава
Лерочка
(Прим. от автора: осторожно, сцена насилия)
…кап…как…кап…
Этот звук как бальзам на душу и кружка почти наполнилась. Пусть капает хоть сколько, я готова это слушать, а еще молиться, но только шёпотом:
– Господи, спаси и сохрани, да светиться имя твое, да прибудет царствие твое, да прибудет воля твоя, как на небе, так и на земле, – а дальше что? А дальше, не помню, впору засмеяться, вот только не смешно совсем.
Сколько дней я здесь? Только по завтракам и ужинам определяю.
– Он тебя отпустит, слышишь? Отпустит! Ты ведь поклялась ему, что никому не скажешь… – собственный шепот умиротворяет.
А вот этот звук открывающегося замка мне совсем не нравится. Я замираю, может он просто поесть принесет и все? Может ничего не будет?
– Лерочка, проголодалась?
…еще спрашиваешь ублюдок…
– Иди ко мне Лерочка.
«Я не Лера, ублюдок, я Настя», – хочу закричать, но в место этого встаю на четвереньки и иду, в глаза не смотрю, сажусь рядом, смотрю на миску в его руке, вторую руку чувствую на своей голове.
– Ты моя девочка, – гладит по голове, – ну ка служить.
Встаю на коленки, поджимаю руки к груди, сгибая их в локтях, кисти опускаю вниз, открываю рот, высовываю язык, начинаю громко дышать. Чувствую его руку на голове, гладит.
– Молодец, умница, хорошая девочка.
«Да извращенец сраный, Лера хорошая девочка, дай пожрать, тварь, и я Настя, Настя, слышишь ты тварь!» – опять хочется орать, но я молчу, смотрю в пол и чувствую его руку, которая медленно ползет уже по спине, еле сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться.
– Сегодня будем новые команды учить, – ставит миску с едой у двери, я сглатываю слюни, пахнет вкусно. Что, новые команды? Только не это, нужно успокоиться, я смогу, я сильная, новые команды это фигня.
– Ну-ну. Не все сразу Лерочка. Пошли
