Читаем без скачивания Темный ангел одиночества - Инна Бачинская

– Десять лет назад его звали Олег Максимович, мы встретились всего один раз… Это я виновата! Если с Пашей что-то случилось, я не хочу жить! Это из-за меня!

– Ниночка, его зовут Сергей Владимирович Шеремет, он обратился ко мне с просьбой разыскать Нонну Гарань, и я нашла твою тетку. Понимаешь, он пришел ко мне в «Королевскую охоту», думал, мы детективное агентство, и попросил найти Нонну Гарань. Показал фотографию. Мы тебя сначала не узнали, я и Галка, потому что фотография старая и плохая, и еще красная игрушка… Мы думали сначала, что это медвежонок, а потом я вдруг вспомнила, что видела у тебя в серванте красного клоуна с барабаном. Он искал тебя, но он не знает, что ты Нина. Он сказал, что твоя фотография висела в витрине фотостудии, что ты была моделью. А фотостудия, оказывается, сгорела. Потом один знакомый, бывший друг Лолы… ты должна его помнить, Иван Денисенко… Нет-нет, Лола ничего не знает! – воскликнула я, заметив испуг на лице Нины. – Иван познакомил нас с дизайнером Дома моделей, Игорьком, и он вспомнил твою фамилию и дал адрес тетки. Но она ничего о тебе не знает… теперь я понимаю, что она не хотела ничего говорить. И я сказала Шеремету, что не смогла тебя найти, что тебя, скорее всего, нет в городе. И вернула фотографию. Он сказал, ничего страшного, спасибо, мол, и прощайте; завтра я уезжаю. Это было вчера. На том дело и кончилось. А мы решили предупредить тебя. Знаешь, Ниночка, он показался мне странным. То есть сначала понравился, такой солидный, представительный, прекрасно одетый, а потом я почувствовала… что-то не то. Он опасный человек, Ниночка. По-моему, что-то с головой. Он способен на все, и мы пришли предупредить… на всякий случай.

– Так это была ты? Тетя Ника говорила…

– Это была я. Он очень просил найти тебя, сказал, что чужой в городе, приехал всего на несколько дней, пытался искать сам, но безуспешно. Он решил, что у меня получится лучше. Он прочитал Лешкину статью и пришел. Дурацкая статья!

– Он не уехал! – воскликнула Нина. – Он пришел за камнем и сказал, что я должна уехать с ним, иначе Паша умрет…

– За каким камнем? – спросила Галка. – У тебя был драгоценный камень?

– Он был в клоуне… сапфир. Это моя детская игрушка…

– Я узнала его на фотографии! – воскликнула я. – Я думала сначала, что это медвежонок… мы с Галкой думали, а когда я была у Марты в больнице, меня вдруг осенило! Там была фигурка циркачки, и я вспомнила клоуна у вас в серванте. И вдруг поняла, что ты Нонна! Мы с Галкой искали вас обеих – тебя и Марту, и мне и в голову не приходило, что Нонна – это ты. С Мартой мне повезло больше, я ее все-таки нашла…

– С Мартой? – слабо удивилась Нина.

– Я нашла Марту, причем совершенно случайно, как по наитию. Она была в старой квартире родителей, представляешь? – заторопилась я, обрадованная, что Нина перестала плакать. – Сидела в кресле, в темноте… Евгений просил никому не говорить. А тебя найти я не смогла. А вообще, странно, как мы все переплелись…

– А теперь Марта опять исчезла, – сказала Галка.

– Марта исчезла? Как исчезла? Она же в больнице!

– Она была в больнице. Евгений попросил проведать, и я пошла к ней. Она мне приснилась, как будто зовет меня, а утром позвонил Евгений и попросил зайти к ней, на всякий случай, а вдруг она придет в себя. Он совсем плохой и, по-моему, теряет надежду. Она сидела в кресле точно так, как в родительской квартире, я ей рассказывала про нас, про Новый год, про снег, а она смотрела мимо и улыбалась. А потом открываю глаза, а надо мной доктор Лемберг и сестричка Марина, спрашивают, где Марта. Я сижу в кресле, на ее месте, а Марты нет. Оказалось, она ушла. Взяла мое пальто и ушла.

– Но Женя говорил, она в коме…

– Наверное, ей стало лучше. Ниночка, я не знаю! И не помню. Только что я с ней разговаривала, то есть не разговаривала, конечно, а рассказывала про нас, а потом вдруг – я в кресле, а надо мной доктор Лемберг и сестричка. А в середине провал. Ничего не помню. Получается, она взяла номерок у меня из сумки и получила в раздевалке мое пальто. Я сказала им, что, может, ее умыкнули. Но санитарка сказала, женщина предъявила номерок и взяла пальто. Она была одна. Она все время одна. Понимаешь, с ней постоянно что-то происходит, и этому нет объяснения. Ее видели в разных местах… вот и твой Паша видел ее в парке. Что она там делала? После аварии, после травмопункта? То есть, я хочу сказать, напрашивается мысль, что ее увозят, что-то с ней проделывают… понимаешь, кто-то, а не она сама. А на самом деле никого рядом с ней нет. Везде она одна. И еще кошка сидела и глаз с нее не сводила, а когда Марта исчезла, кошка тоже ушла.

– Ты не говорила про кошку! – заволновалась Галка. – Какая кошка?

Я пожала плечами:

– Больничная кошка, ее зовут Веста. Она все время сидела у Марты, а когда Марта ушла, кошка тоже ушла. В смысле, всюду загадки.

– Она ее загипнотизировала! – ахнула Галка. – Кошку! Катюха звонит, кричит, принеси одежду, я в лечебнице, скорее! Я ничего не пойму, думала, она попала в аварию, лечу, сама не своя, вся мокрая, вообразила себе!

– Я увидела фигурку циркачки на тумбочке и вдруг вспомнила клоуна, который у тебя в серванте. И поняла, что на фотографии ты держишь клоуна, а не медвежонка. И тут до меня дошло! – Я почувствовала, что повторяюсь.

– И Катюха говорит, нужно рассказать Нине про Шеремета, – перебила меня Галка. – Мы и рванули…

– А этот человек, Шеремет, ты его знаешь? – осторожно спросила я.

– Я не уверена. – Нина увела взгляд. – Может, под другим именем. Понимаете, девочки, в моей жизни было… всякое, я не хочу даже вспоминать. Паша ничего не знает, и если этот человек… – Она обхватила себя руками, словно ей стало холодно. – Столько лет прошло! Моя жизнь казалась мне такой надежной, такой устоявшейся, а теперь все рушится…

– Ниночка, хочешь, я позвоню Лешке? Он подскажет что-нибудь дельное…

– Не нужно! – вскрикнула она. – Лешка разнесет по всему городу!

– Он сказал, что его друг был убит, а девушка друга, Нонна Гарань, исчезла, и дело зависло. И он хочет спросить у нее, что там произошло…

– Я ничего не знаю! – закричала она. – Я понятия не имела, что Николай убит!

Отчаяние ее было столь велико, что я растерялась. Галка замахала на меня руками – молчи, мол.

– А где камень? – спросила она. – Ты сказала, сапфир?

– В клоуне! Я понятия не имела… Господи, он убил Николая! Николай сказал ему, что я украла камень! Но я не знала! Клянусь! Он ударил меня! Я сказала, что не поеду с ним! Он… он… глаза бешеные… Я думала, он меня убьет! А про камень я не знала, честное слово!

– Конечно, не знала, – сказала Галка, гладя ее по голове. – Никто бы не догадался. Я бы ни за что не догадалась! Мне бы это в голову не пришло. А откуда он взялся, этот камень? Сапфир?

Нина потерла лоб.

– Сапфир. Не помню… Он говорил, что кого-то ограбили, и Николай украл камень, он был в старинном кинжале… такое странное название… не помню… Он разломал клоуна. Не помню названия…

Мне показалось, Нина заговаривается.

– Бог с ним! – махнула рукой Галка. – Где он сейчас? Сапфир?

– Он унес! Он сидел на диване… он сказал, собрать вещи и документы, и сидел на диване, и вдруг… – Она замолчала. Мы переглянулись.

– И вдруг?.. – подтолкнула Галка.

– И вдруг встал с дивана… я думала, он хочет меня поторопить… – Нина поежилась. – А он молча вышел в прихожую, я даже боялась повернуть голову. Слышу, открывается дверь, потом захлопывается…

– Просто так взял и ушел? – не поверила я.

– Ну… да. Ушел… кажется.

Галка выразительно посмотрела на меня. Вздернула бровь. Я пожала плечами.

– Он сказал, что разрешит позвонить, когда мы выедем из города… чтобы Пашу нашли! А теперь…

– Может, он вернется? – сказала Галка. Мы снова переглянулись и, как по команде, помчались в прихожую. Тумбочка была неподъемная, но нам удалось подтащить ее к двери. – У-уф! – простонала Галка, падая на табурет. – Порядок! Пусть только сунется!

– Вы думаете, он вернется? – Нина появилась на пороге.

– Хочешь мира, готовься к войне! – сказала Галка. – У тебя есть валерьянка?

– В аптечке в ванной…

Галка разыскала в аптечке валерьянку, накапала Нине, потом себе. Вопросительно взглянула на меня – я замотала головой: не нужно. Я настороженно прислушивалась к шумам на лестнице, кожей чувствуя, что Шеремет вернется, и прикидывала, хватит ли тумбочки. Потом мне пришло в голову, что затея с баррикадой просто дурацкая, и стоит только позвонить… да кому угодно! Хоть моему двоюродному брату Кольке или Галкиному Павлику. Даже Евгению!

– Может, позвонить в полицию? – спросила Галка. – Пусть начинают поиски.

– А может, он соврал? – сказала я. – Может, Паша… мало ли что! Телефон разрядился, встретил школьного друга… или украли! В смысле, мобильник.