— Интересно. И когда Даниэла открывается?
— В сентябре, сразу после начала учебного года. Она говорит, что серьезный ремонт не потребуется. Нужно только перестелить полы, установить зеркала от пола до потолка и немножко все облагородить.
— Молодец она, — с удовольствием отметила Ханна.
— Я так рада, что догадалась ей показать это место. Рекламу дали больше трех месяцев назад, и я думала, что никогда его не сдам. Очень надеюсь, что Даниэла будет хорошо зарабатывать, обучая танцам, и помещение не придется снова сдавать.
Ханна поджала губы. Она знала, что Даниэла могла себе позволить держать студию в убыток, но ее финансы, конечно, это ее личное дело.
— Я заскочила на минуту. Мне нужно успеть кучу дел переделать, пока Трейси не вернется из садика. Ты сегодня идешь на ужин, да?
— Какой ужин?
— В коттедже у озера. Мы все приглашены. Странно, почему мама тебе еще не позвонила.
Ханна испытала минутное облегчение. Возможно, Делорес забыла. Тогда ей не придется вечером снова испытывать свою диету на прочность. Но Делорес такие вещи никогда не забывала.
— Она позвонит, — сказала Ханна, уверенная в этом так же, как в том, что солнце восходит утром. — У нее, наверное, ухо заболело от всех этих телефонных звонков про Ронду.
— Я вернулась, — Лайза вошла из кухни с улыбкой на лице. — В «Детском уголке» настоящий праздник. Дженис хорошо придумала со стариками. Дети не замечают, что у некоторых из них плохая память.
— Дети в таком возрасте очень терпимы. Если бы удалось сохранять такое отношение на всю жизнь, мир бы стал добрее.
— Хорошо сказано! — сказала Лайза со вздохом, но тут же просияла. — Дженис предлагает сделать из этого постоянную практику. Она говорит, что пожилые люди могли бы проводить с детьми пару часов после полудня раз в неделю, и это было бы полезно для обеих групп.
— Думаю, она права. У некоторых одноклассников Трейси дедушки и бабушки здесь не живут. А у пожилых людей те же проблемы, только наоборот.
Лайза зашла за стойку и начала готовить свежий кофе.
— Новых заказов не поступало?
— Всего один. Донна Лемпке устраивает для дочери вечеринку «сладкие шестнадцать» и хотела узнать, можем ли мы сделать сэндвичи с мороженым.
— А мы можем?
— Я сказала ей, что да. Помнишь, какими мягкими получились Ореховые Тянучки, когда мы их в последний раз пекли?
— Помню. Впрочем, они были вкусные.
— Я думаю, так получилось из-за влажности. Сейчас так же влажно, и я подумала, что можно испечь еще партию. Вложим между ними ванильное мороженое, завернем каждое отдельно и заморозим.
— Давай сделаем часть ванильных, а часть шоколадных, — предложила Лайза. — Тогда будет выбор.
— Хорошая мысль. Если получатся хорошо, добавим их в наше летнее меню. В такую погоду людям может понравиться что-то замороженное.
— Хочешь, чтобы я начала сейчас?
— Давай попозже. У меня запланирована встреча. Можешь постоять за стойкой часок?
— Конечно. Это что, по поводу… — Лайза запнулась и огляделась по сторонам, но клиенты за столиками были увлечены собственными разговорами, — убийства Ронды?
— Да. Вернусь как только смогу.
— Не торопись. Я же сказала, что буду заниматься кафе, пока ты ведешь расследование. Что-то еще нужно сделать, пока я жду клиентов?
Ханна подумала секунду.
— Ничего такого, но смотри внимательно и будь незримым разносчиком кофе.
— Так оно и бывает обычно, — засмеялась Лайза. — Посетители продолжают разговор, как будто меня и нет вовсе.
— Я знаю. Это одно из наших преимуществ. Просто слушай все, что касается Ронды, и расскажешь, когда вернусь.
— Можешь сказать, с кем встреча?
Ханна на миг задумалась и решила сказать. Лайза никогда не болтала лишнего.
— С Кеннетом Первисом.
— Мистером Первисом? — Лайза вытаращила глаза. — Думаешь, это он убил Ронду?
Беспокойное лицо Лайзы заставило Ханну ответить уклончиво.
— Просто я думаю, что он знает кое-что, что может мне помочь. Я позвоню и узнаю, дома ли он.
— Он, должно быть, в школе.
— Откуда ты знаешь?
— В среду сюда заходила миссис Первис, и я слышала, как она говорила Гейл Хэнсон, что едет в Рочестер увидеться с семьей и не вернется до третьего. Она сказала, что мистер Первис очень занят осенним расписанием и будет пропадать в школе до ее возвращения.
Ханна улыбнулась.
— Метод невидимого разносчика кофе подействовал.
— Точнее, это был невидимый упаковщик печенья. Она пришла купить три дюжины Сахарного Печенья Ретро для своей мамы.
Глава 17
Пообещав по пути заехать за ванильным и шоколадным мороженым, Ханна вышла через кухню. Подойдя к грузовику, она опустила стекла, чтобы выгнать застоявшийся воздух. В такой день, когда ртутный столбик играл у тридцатиградусной отметки, она бы отдала полцарства за работающий кондиционер.
Ехать до школы было недолго. Ханна остановилась на стоянке преподавателей Джордан Хай и поставила грузовик возле машины Кена Первиса. На стоянке была еще только машина учителя музыки, и с футбольного поля доносились звуки репетиции духового оркестра. Ханна шла по раскаленному бетону, морщась от звуков музыки. Хорошо, что они репетируют, им это полезно.
По сравнению с дикой жарой на улице в школе было прохладно. Ханна шла по безлюдному коридору, вдыхая с детства знакомый запах смеси моющего средства и меловой пыли. Каждый год в день начала школьных занятий у нее щемило сердце при виде чисто вымытых автобусов, везущих принаряженных школьников в Джордан Хай. Первый день учебного года всегда был ее любимым. В новой школьной форме, разукрашенная летними веснушками, она входила с сумкой в класс, который щеголял чистыми досками, длинными, идеально ровными кусками мела и широкими партами.
В конце коридора Ханна заглянула за угол и увидела кабинет Кена Первиса. Дверь была открыта, и стол секретаря пуст. Проходя в приемную, она облегченно вздохнула, радуясь, что не придется придумывать причину для личной встречи с Кеном. Из кабинета, территории Кена, послышался шелест бумаги. Ханна приблизилась к открытой двери и застыла, услышав знакомый запах. «Олд Спайс». Ошибки нет. Ее отец пользовался этим лосьоном, и запах был ей так же знаком, как запах шоколада. Кен Первис был приятелем Ронды. Ханна была убеждена.
Когда она постучала по открытой двери, Кен поднял голову. Он вздрогнул от неожиданности, но, узнав Ханну, улыбнулся.
— Входи.
Ханна вошла в святилище, при одном упоминании о котором учеников бросало в дрожь, и села напротив Кена. Она пыталась придумать, как лучше подготовить Кена к предстоящему разговору, но он опередил ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
