такси совершило двойной прыжок, оттолкнувшись не от земли, а от крыши, и оказалось напротив магтобуса, Ева увидела, как из такси на них глазами-яблоками таращатся овощные герои и грозно скалятся головками чеснока.
– Антивегеты! – воскликнула Ева. – Они знают, что мы летим за Индриком, а им нужен синий единорог для Прекрасной Отвагессы!
– Гм, – сказала Настасья. – Гм. Гм.
Ева не заметила в этих «гм» большого энтузиазма. Скорее уж сомнение.
– Да это же ясно как дважды два, что им нужен Индрик! – крикнула она.
– То есть антивегеты на стороне Фазаноля? – уточнил Бермята.
– Они, как и элементали, на своей собственной стороне! Фазанолю Индрик нужен, чтобы получить контроль над Теневыми мирами! И выпить из него магию! А овощным героям он нужен для Отвагессы!
– Гм, – опять сказала Настасья. – Ну, тогда вынуждена тебя разочаровать: антивегеты за нами больше не следят! Они свернули куда-то в сторону!
И действительно, прыгающие такси, грузовик и лимузин скакали уже по совсем другим улицам. И тут откуда-то взялась пятая магшина. Она скакала исключительно по крышам, совершенно с ними не церемонясь. С двухэтажного особняка перепрыгнула на пятиэтажку, скакнула оттуда и с грохотом опустилась на крышу магтобуса.
Из прыгающего такси сизой струйкой вытек многодетный папа Абу Али Хусейн – самый безбашенный из магсковских джиннов.
– Ты это видела, сестра? – крикнул он Настасье, просачиваясь внутрь их магтобуса. – Антивегет совсем совесть потерял! Когда они такси чужой забираль, я рядом стояль! Говорю: деньга плати, я сам куда надо довезу! Не послушаль! Мой магшина им не понравилься! Говорят: много магии берёшь! И улыбалься! Зубы бэлый-бэлый! Разве я когда с кого лышний браль?
Настасья тактично уклонилась от ответа на этот вопрос.
– А куда антивегеты летели? – спросила она.
– На дело летели! Много у них с собой оружий было! Дубина быль, копий быль! Много-много! – Абу Али Хусейн покачал головой.
С крыши магтобуса послышался грохот.
– Что там такое? – напрягся Бермята.
Джинн задрал голову:
– Дэти мои в багажнике сидят! Дэти в багажник скучно – они там атом расщеплять!.. Ай, плохо! Опасный дело! – Джинн поцокал языком.
– Разве атом можно расщепить? – удивилась Ева.
– Почему нельзя, сестра? Можно. Много нагреваль надо, чтоб такой маленький штучка отрывалься! Мы с братом маленький быль – тоже хотель атом расщепить! Дедушка нас ловиль и в банка сажаль!.. Брат! – обратился джинн к Бермяте. – У тебя магстолет есть? Бабахни в них сглазом!.. Это им не вредно, вроде как пошлёпать слегка! А то расщепят атом – всем много-много жарко будет!
Достав красный магстолет, Бермята под одобрительные кивки джинна два раза бабахнул сквозь крышу. Маленькие джиннчики временно притихли. Папаша-джинн удовлетворённо кивнул и прилип к окошку, высматривая, куда прыгают магшины овощных героев.
– Мне пора, сестра! – обратился он к Настасье. – Хочу смотреть, где они такси бросят! Другой таксист мне много магий давать! Магшина старый найти легко, а вот хороший талисман на дороге не валяться!
– Погоди! – сказал Филат. – Среди антивегетов была девушка? Сдобная такая, как из теста?
Лицо у джинна стало сладким. Глазки заблестели:
– Как не быль? Красивый девушка! В кабина грузовик сидель! Смотришь: слюнка течёт! Так бы и съель, да жена ругать будет! Очень-очень злой у мене жена! Мама у неё тоже сильно злой и сама она вылитый мама! – Удручённо качая головой, семейный джинн змейкой вытек в окошко. И почти сразу, совершив головокружительный скачок, такси сигануло на ближайшую крышу.
– Что я говорила! – воскликнула Ева. – Сдобная девушка Марфа и есть Прекрасная Отвагесса!
– Что не исключено, то возможно! – признала Настасья и, накрутив на палец кончик косы, уткнулась в карту. Ей хотелось понять, куда солнечник их ведёт.
Однако сделать это ей так и не удалось. Они ещё не пересекли МКАД, когда сверху с завываниями спикировал надёжно экранированный от атакующих магий микромагтобус и начал прижимать их к земле. Задора попыталась от него оторваться, но микромагтобус явно имел форсированные полётные талисманы. Его заднее стекло опустилось, и они увидели помидорное лицо Нахабы, грозящего им тростью с головой грифа. Вставив два новых красных патрона, Ниська старательно прицелилась в него из обреза.
– Не надо! – сказала Настасья, хмурясь. – Придётся где-то сесть и пообщаться с ними!
Недовольно бормоча, что, если магпека попытается отнять у неё Тита и Ниську, она за себя не ручается, Задора неохотно опустилась на луг. Микромагтобус завис рядом с ними, и, едва ли не раньше, чем он коснулся земли, из него выскочили Нахаба и Ропша. Кроме них внутри была ещё парочка легкобронированных атлантов последней серии.
Нахаба кипел как сто тысяч чайников и тростью барабанил в двери. Задора недовольно дёрнула рычаг, впуская их. Первым внутрь ворвался Нахаба. За ним, озираясь, бочком протиснулся Ропша, перековавшийся атаман разбойников. Филат обожал в деталях изображать, как именно Ропша перековался. «Слышь, брат, ты это… на сторону добра переходишь?» – «Да без базара, брат! Да только не один я! У меня тут это… бригада… Ребятки не поймут». – «Да ты со всей бригадой переходи!» – «Ну так это мы мигом. Утром ребятки с грабежа вернутся – мы эту тему обмозгуем!»
Сейчас Ропша смирно стоял и накручивал на палец бородёнку. С запястья у него на ремне свисал кистень. Ниська, трепеща крылышками, размахивала двуствольным обрезиком. На коленях у Задоры лежал верный пулемаг, который она, ни на кого не глядя, протирала тряпочкой. За спиной у неё Тит возился с чемоданом, из которого вылетал и разворачивался для атаки комариный эскадрон. Ропше комарики не нравились. А ещё больше не нравилась гаубица-пушка МЛ‑20, смотревшая ему точно в лоб. Гаубица была, конечно, небольшая, но всё же не меньше калибром, чем американский кольт.
– А-а-а! Кого я вижу! Тоннельсоны! Родственники мошенницы, которая утаивает редкого магического зверя! Сбежать хотели?! – взревел Нахаба.
– Улететь! – поправила Настасья, весело и задиристо глядя него. – И что теперь? Паника и драматизм?
Нахаба мгновенно замолчал и удивлённо засопел. Всё-таки он был человек опытный. С Настасьи он перевёл взгляд на Бермяту, а с него на Филата, который стоял сунув руки в карманы и раскачивался с пятки на носок.
– Вся компания в сборе! Прекрасно!.. Ропша! Делай своё дело! – рявкнул головняк по рыжью.
Ропша, виновато пожимая плечами, шагнул к Филату. В руках у него, готовясь к прыжку на запястья стожара, звякнули магические кандалы.
– Ты, того-этого, арестован! Пальцами, волосами и ушами не шевелить! Глазами молний не метать! Руки держать так, чтобы я их видел! – приказал он.
– А языком шевелить можно? Ну, типа болтать, стишки читать и всё такое? – мягко поинтересовался Филат.
Защёлкали затворы. На Ропшу разом уставились обрез, пулемаг
