а мне ужасно хотелось рассказать и ей, и Коннору. Но пока не могу. Я дал слово дочери. Теперь придется молчать и хранить такую страшную тайну. Вспомнил Тину. Кто меня за язык тянул? Зачем втянул в это девушку? Наверное потому, что видел в ней союзника.
Глава 25
Тем временем в особняке.
Которую ночь не могу уснуть. Мысли о дочери Доры, словно рой пчел жужжали и кружили в подсознании. Я старалась избегать встреч с ней. Боялась, что не смогу молчать. Но и рассказать не могла, потому что обещала хозяину дома.
Снова взяла в руки яркий томик, который уже знала наизусть. Включила солевую лампу и легонько коснулась шероховатой поверхности кончиками пальцев. Тепло и желтоватый свет необычного светильника успокаивали и напоминали о любимом парне, по которому скучала безумно.
Тихий стук в дверь заставил вздрогнуть. Неужели Нина научилась сообщать о собственных визитах? Осмотрела себя. Майка, короткие шорты и носки. Одеваться совсем не хотелось. Ступая по мягкому ковру, потянула за ручку, растворяя дверь и чуть не рухнула в обморок. На пороге стоял тот, кого я люблю.
— Коннор! — бросилась на шею парня, обвивая руками. — Наконец-то!
— Скучала? — лукаво улыбнувшись, парень зарылся холодным носом в мои волосы. — Теперь еще не скоро уеду. Достаточно будет времени на то, чтобы я тебе надоел.
— Ни за что на свете, — я сморщила нос, разглядывая его.
Он слегка скривил лицо, надавил на виски и прикрыл глаза.
— Что-то случилось, Коннор? — я развернула его к себе спиной и увидела достаточно большую ссадину на затылке. — Что это? Ты упал? Это опасно? Ты должен показаться доктору! — тараторила, затягивая его вглубь спальни.
Пальцы нащупали молнию теплой куртки. Помогла ему раздеться и усадила на кровать, стараясь поближе рассмотреть свежий рубец. Стало немного тревожно и очень хотелось попросить его больше не ездить в горы. Но это для него важно. Каждому в этом доме, что-то было важно, а мне лишь он. Я совсем не заботилась о собственном благополучии, хотя мама всегда настаивала на этом. Мне казалось, что такие, как я не имеют будущего в принципе, но это не так. У каждого человека был шанс на собственное счастье. В голове тут же возник образ бледного Филиппа. Сглотнув тошнотворный ком, что застрял в горле, снова скривила нос. Молчать, нужно молчать и делать вид, что ничего не знаю. Единственной проблемой была подруга. Вот она молчать точно не сможет, и обязательно расскажет Коннору о похождениях его матери с доктором Спарком, о том, что в дом приходила неизвестная женщина и самое страшное, что она поведает — разговор его матери с доктором в кафе торгового центра.
— Что-то случилось? — теперь спросил Коннор. — Минуту назад, у тебя рот не закрывался, а теперь молчишь.
— Все в порядке, я просто задумалась.
— О чем? Или это секрет?
— От тебя у меня нет секретов, — цинично солгала, чувствуя, как раздваиваюсь.
Одна часть меня хотела выболтать все, а вторая требовала держать рот на замке. Точно таким, каким был заперт сундук с "сокровищами". А ведь эти вещи принадлежат девушке, что живет в Бостоне.
— Тина, я в душ, согреюсь, надену что-то более домашнее, — он многозначительно оглядел мои слишком короткие шорты. — А потом вернусь к тебе с ноутбуком.
— Снова фильм? — я тихонько рассмеялась и покрылась багровыми пятнами. — В прошлый раз, мы так и не посмотрели ничего.
— Не могу обещать, что этот раз будет сильно отличаться от другого, — тихий шепот парня, его горячее дыхание, вызвали теплую волну дикого и первобытного желания.
Как только он коснулся моего подбородка, все еще прохладными пальцами, я застонала и всхлипнула.
— Терпение, кудряшка, — забавно поморщился мой парень. — Скоро вернусь. И не один.
Я подпрыгнула на месте.
— В каком смысле? Что значит, не один?
— Я купил тебе подарки, — рассмеялся мужчина, выходя за дверь. — А ты о чем подумала?
— Ни о чем, — я приподняла одно плечо и скривилась.
Коннор вышел и тихо прикрыл дверь. Я побежала в ванную, наспех помылась, надела невероятное красивое белье, которое купила вместе с Ниной. Сверху накинула длинный свитер и зажгла те самые ароматические свечи. В комнате запахло ванилью и мятой.
Минут через двадцать в дверь опять постучали.
— Проходи, не заперто! — крикнула я, сексуально развалившись на кровати.
Но вместо Коннора, в спальню вошел его отец.
— Простите! — заорала я, прикрывая голые ноги своим пледом. — Я просто подумала…
— Что это Коннор? — мужчина улыбнулся, и у его уставших глаз, появились милые морщины. — Он приехал? — я кивнула. — Тогда буду краток. Ты заслуживаешь того, чтобы узнать правду первой. Виктория моя дочь. У меня есть пятилетний внук Винсент. Хороший парнишка, так сильно похож на Коннора.
Я поднялась с кровати, и потянув свитер как можно ниже приблизилась к мужчине.
— Я так рада за вас, правда, — глаза наполнились слезами. — А что будет дальше? Что вы намерены делать с Флоранс? Мне жаль ее.
— Я не стану заявлять в органы, если ты об этом, — голос Филиппа стал тверже. — Но жить с ней более не намерен. Мне смотреть на нее противно.
— Но она останется совсем одна, — попыталась возразить я. — Коннор, конечно, не бросит ее. А что Виктория? Она приедет сюда?
— Возможно, немного позже, — плечи Филиппа осунулись, он смахнул со лба несколько капель пота. — Я увезу ее и Дору в Канаду. С утра начну поиски нужной недвижимости. Винсент астматик. Он нуждается в лесном воздухе. Да и мне на старости лет, не помешает тишина и покой. Дора сможет наконец-то стать счастливой.
— А если она не захочет жить с вами под одной крышей? — я склонила голову на бок и слегка прищурилась.
Я отлично знала, что пожилая горничная пойдет за этим мужчиной даже в ад.
— Привет, папа, — послышался веселый голос Коннора, и я подпрыгнула от неожиданности. — Пристаешь к моей невесте? — услышав последнее слово, я широко распахнула глаза, задавая парню немой вопрос. — Все, иди
