«Но я не они!» — с внезапной яростью подумала она. В этот миг Таэрлин с силой оттолкнул ее от себя. Так, словно это она к нему прижималась и пила его душу.
Эллин пошатнулась, но устояла на ногах. Она побледнела, и голова все еще кружилась от слабости. Но силы быстро возвращались к ней. Аромат апельсина дал ясности мыслям. Она оглянулась, посмотрела на руины древних городов. Эта местность казалась до боли знакомой. Внезапно гнев, как и возбуждение, исчез.
Осталось умиротворяющее спокойствие.
Так было, когда он притворялся садовником, промелькнуло у нее в голове. Д посмотрела на Таэрлина. В широких зрачках плясали огни, он тяжело дышал и казался немного растерянным. Так выглядит человек, которого внезапно разбудили после долгого сна.
Сейчас она не испытывала ненависти к нему. И страха тоже.
— Зачем ты это делаешь? — тихо произнесла она, глядя ему в глаза. — У тебя есть все. Весь мир у твоих ног. Многие девушки были бы твоими добровольно, без всего этого.
Таэрлин молчал и пристально смотрел на нее. Его взгляд пронизывал насквозь, и в глазах читалось что-то похожее на узнавание. Он обхватил ее запястье. На коже появились синяки и тут же исчезли.
— Потому что я — владыка Западных земель, Таэрлин Эверонн Огненный, — жестко произнес он, — и такова моя сущность. Я беру то, что принадлежит мне. А если не принадлежит, то делаю своим.
Он протянул руку и провел пальцем по подбородку Эллин, нежно коснулся нижней губы. Ее снова охватила дрожь.
— Но зачем ты поглощаешь души? — прошептала она. Таэрлин стоял так близко, что их губы почти касались. Он неотрывно смотрел ей в глаза и медленно наклонил голову к ее уху. Прикусил мочку и провел языком. Эллин с трудом подавила стон.
— Хочешь узнать мой секрет, — прошептал он ей на ухо, обдав горячим дыханием, — да, маленькая пронырливая пташка? Надеешься, что разгадаешь его и спасешься?
У Эллин все оборвалось внутри. Она отпрянула от владыки и попятилась.
— Да вот только никакого секрета нет! — жестко произнес он. В его глазах бушевало пламя, и воздух стал горячим.
В груди Эллин что-то екнуло, и разорвалось. Ей вдруг стало так больно, словно она только что утратила нечто важное. Как когда-то давно. Она подлетела к Таэрлину и заколотила по его груди.
— Так давай же! Чего ты ждешь? Для чего все это?! — закричала она, — давай же! Закончи начатое! Пей ее, пей мою душу конца! Ты, мерзкое чудовище!
Владыка схватил ее запястья и притянул к себе, обездвижив.
— Не могу… — прошептал он, касаясь губам ее лба, — не могу, Эллин.
Эллин сразу обмякла в его руках, чувствуя, что ее сердце сейчас разорвется от таких странных и непривычных эмоций.
— Тогда отпусти меня, — она подняла голову и посмотрела ему в глаза.
Таэрлин выпустил Эллин из объятий и помотал головой.
— Нет. Теперь ты моя, пташка.
Он посмотрел вдаль, на развалины, и беззвучно произнес слова заклятия. Раздался мерный гул, а через мгновение равнина преобразилась. Слева выросла скала, с которой с грохотом стекал бирюзовый водопад. Теперь вокруг буйно росла зелень, а руины превратились в замки и статуи. В небе вспыхивали разноцветные огни, а запах апельсина стал ярче.
Никого, кроме них двоих, здесь не было. И Эллин в очередной раз поразилась, как такой жестокий человек может создавать такие прекрасные места. Она с изумлением смотрела на эту красоту. Это место казалось ей до боли знакомым. И эти белые дороги вдоль цветов, и золоченные статуи.
Не отдавая себе отчета, Эллин пошла вперед, к одинокой статуе у круглого фонтана. Она изображала крылатую женщину, которая что-то держала в руке.
— Серебристая лилия, — прошептала Эллин и остановилась у статуи. — У нее в руке серебристая лилия — знак женской мудрости.
Эллин уверенным жестом опустила руку по локоть в фонтан и нажала кнопку, скрытую на боковой панели. Раздался щелчок, и из воды появились серебряные лилии, а цветок в руке статуи медленно закрутился.
Незнакомо-знакомое чувство посетило ее. Чувство легкости и бесконечности. Эллин тихо засмеялась и села на бортик фонтана. Нежно провела пальцами по металлическим лепесткам и замурлыкала легкий мотив. Когда-то она уже пела эту песню, и в руках у нее были серебристые лилии. Живые и ароматные. Продолжая напевать, Эллин развернулась. И застыла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Таэрлин неподвижно стоял в нескольких шагах, напряженный и мрачный. Его темные глаза стали синими, а в волосах заиграли светлые пряди. Он молчал. Но от его взгляда у Эллин сперло дыхание и пробежала приятная дрожь. Владыка смотрел на нее как на самое желанное сокровище в мире. Так путник в пустыне смотрит на оазис.
Воздух между ними искрился и вибрировал. Кожу покалывало от его взгляда. И этого было мало.
Секунда. Таэрлин выдохнул и подбежал к Эллин. Приподнял за талию и поцеловал. Неожиданно для самой себя она ответила на его поцелуй. Эллин обвила руками его шею и с трепетом ласкала его язык и губы.
Разум молчал. И мыслей не было. Лишь ощущение, что так было когда-то и будет вновь. Только так.
Таэрлин ласково касался ее талии, бедер. Поцеловал губы и ложбинку. Эллин запрокинула голову, перебирая пальцами его волосы. Кожу, где он касался, покалывало. Томление между ног возрастало, и как никогда ранее, она захотела его. Этого мужчину. Захотела слиться с ним, здесь и сейчас.
Эллин прикоснулась к его груди и начала нетерпеливо расстегивать камзол. Таэрлин оторвался от нее и посмотрел ей в глаза. В его взгляде читалась нежность и такая страсть, что Эллин затрепетала. Перед ней был не владыка. Перед ней был мужчина, которого она желала, и который желал ее.
И это казалось правильным.
Эллин улыбнулась и пробежала пальцами по твердым мускулам. Прильнула губами к его животу. Таэрлин издал рычащий звук и одним движением сорвал с нее платье. Поцеловал груди, покусывая соски. Эллин застонала. В ее жилах тек огонь, распаляя ее желание. Таэрлин подхватил ее на руки и опустил прямо на траву у фонтана, которая тут же превратилась в мягкую перину.
Лаская ее грудь руками, он целовал ее живот, бедра. Опустился ниже и начал ласкать языком клитор. Эллин громко охнула и шире раздвинула ноги. Под закрытыми веками плясали искры, и горяче-сладкая дрожь охватило ее лоно. Ей хотелось еще и еще. Сильнее, больше, горячее.
Она бессвязно шептала что-то, умоляя его не останавливаться. Таэрлин резко оторвался от нее. Провел рукой по животу и резко вошел в нее. Эллин обхватила его талию ногами и начала двигаться ему в такт. Сильнее, глубже. Они стонали и смотрели друг на друга. Ей хотелось видеть его лицо. Хотелось видеть его широкие зрачки, массивную грудь с каплями пота. Это распаляло еще больше.
Он резко наклонился и поцеловал ее. Перевернул Эллин на живот и задвигался еще быстрее. От удовольствия она забыла свое имя. И шептала лишь, как ей хорошо. Хорошо с ним…
Блаженство волнами накрывало ее одно за другим. До дрожи, до безумного экстаза. Увеличив темп, Таэрлин громко застонал. Эллин вторила ему. Волна наслаждения унесла их далеко-далеко.
Казалось, целые миры родились и погибли, пока они занимались любовью.
Эллин уснула на его плече, водя пальцем по груди, под шум водопада…
…А проснулась в новой спальне, в крыле для райских птиц. Пробуждение было горьким. Так бывает наутро после волшебного сна. Смесь из стыда и томления накрыла ее. От одного только воспоминания Эллин задрожала и покрылась мурашками. Губы и тело еще хранили его прикосновения и поцелуи. И как же приятно было это ощущение.
И мучительно стыдно. За то, что позволила этому случиться.
Эллин поднялась с кровати и подошла к зеркалу. Что-то происходило с ней. Откуда она узнала про серебристые лилии, про скрытую кнопку в фонтане? Откуда эти ощущения, словно она пытается вспомнить нечто важное? Была ли это просто иллюзия или нечто иное?
«Ты не думала, что он выбрал тебя неслучайно?» — всплыли вдруг в голове слова Нэлы. Эллин взяла щетку для волос и принялась медленно расчесывать длинные волосы.
