Читаем без скачивания Стигматы Палнера Элдрича - Филип Дик

- Это означает "нет"? - безжизненным голосом спросил он.

- Что такое Чикен-Покс? - спросила она. - А, понимаю; это кодовое название вашего барака. Извини, Барни: я не хотела тебя обидеть. Однако ответ, естественно, будет "нет".

Она отодвинулась от него и открыла дверь, которая вела в барак. Внезапно она положила фонарь и подошла к нему, протянув руки.

- Полюби меня, - сказала она.

- Не здесь. Слишком близко от входа, - испугался Барни.

- Где хочешь. Забери меня куда хочешь, - говорила она, обнимая его за шею. - Прямо сейчас. Не теряй времени. Барни не стал терять времени. Взяв ее на руки, он понес девушку подальше от барака.

- О Боже, - сказала она, когда он положил ее на песок; потом тихо застонала, наверно, от холода - ведь теперь их тела не были защищены комбинезонами.

"Один из законов термодинамики, - думал он. - Теплообмен; молекулы, которые переходят от меня к ней и обратно, как это называется…, энтропия?"

- Ox, - сказала она в темноте.

- Больно?

- Нет. Извини. Пожалуйста.

Холод сковывал спину; казалось, его излучало черное небо. Барни, как мог, старался не замечать холода, но постоянно думал об одеяле, о толстом шерстяном одеяле…, странно, думать об этом в такой момент. Он мечтал о мягком, теплом одеяле - вместо холодного, разреженного воздуха, из-за которого он тяжело дышал, как будто уже кончал.

- Ты что…, умираешь? - спросила Энн.

- Нет, мне просто тяжело дышать. Воздух.

- Бедный, бедный… О Боже! Я забыла, как тебя зовут.

- Очень приятно, черт побери.

- Барни!

Он крепко прижал ее к себе.

- Нет! Не останавливайся!

Она напряглась. Зубы ее стучали.

- Я и не собирался, - сказал он.

- 0-о-ох!

Он рассмеялся.

- Прошу тебя, не смейся надо мной.

- Это не со зла. Наступила долгая тишина.

- Уф, - наконец сказала Энн.

Она вскочила как будто под действием некоей силы. У него возникла ассоциация с нервной системой лягушки, возбуждаемой электрическими импульсами. Жертва обстоятельств, не пытающаяся сопротивляться.

- Все в порядке?

- Да, - сказала она. - Да, Барни. Вне всякого сомнения. Да!

Позже, когда он одиноко брел в свой барак, он подумал: "Возможно, я делаю то, что должен был делать Элдрич. Я ломаю ее, деморализую…, как будто ее уже нет. Как будто всех нас уже нет".

Вдруг что-то преградило ему путь.

Барни остановился, нащупывая в кармане оружие, которое ему выдали; кроме грозного шакала-телепата здесь можно было встретить - особенно ночью - и других ядовитых и прожорливых тварей. Он осторожно включил фонарь, ожидая увидеть нечто жуткое и многоногое, наверняка со студенистым телом. Вместо этого он увидел корабль: маленький, легкий и быстрый. Дюзы все еще дымились, значит, корабль сел недавно и, видимо, садился с выключенными двигателями, поскольку никакого шума Барни не слышал.

Из корабля выбрался человек и, включив фонарь, заметил Барни Майерсона и, откашлявшись, сказал:

- Меня зовут Аллен Фейн. Я вас везде ищу. Лео хочет поддерживать с вами связь через меня. Я буду передавать вам зашифрованную информацию во время моих передач; вот вам кодовая книжка. - Он протянул Барни небольшой томик. - Вы знаете, кто я, верно?

- Рекламный агент, - ответил Барни. Ночная встреча посреди марсианской равнины с человеком со спутника "Наборов П. П." казалась ему нереальной. - Спасибо, - сказал он, беря книгу. - И что мне делать - записывать, что вы будете говорить, а потом расшифровывать где-нибудь в углу?

- У вас будет в комнате собственный телевизор; нам удалось это устроить на том основании, что вы новичок на Марсе, вы нуждаетесь…

- Ладно, - кивнул Барни.

- Значит, у вас уже есть девушка, - сказал Фейн. - Прошу извинить, что воспользовался инфракрасным освещением…

- Не извиняю.

- Вы убедитесь, что в таких делах на Марсе трудно сохранить тайну. Это как бы маленький городок, в котором все колонисты жаждут новостей, особенно скандальных. Я это знаю…, в этом заключается моя работа, постоянно передавать…, естественно, о многом я не могу говорить. Кто эта девушка?

- Не знаю, - саркастически сказал Барни. - Было темно, я не разглядел.

Он начал обходить корабль, намереваясь уйти.

- Подождите. Вы должны знать еще кое-что. В этом районе уже работает торговец Чуинг-Зет, и по нашим расчетам, завтра утром он может появиться в вашем бараке. Будьте готовы. Позаботьтесь о том, чтобы купить товар в присутствии свидетелей; они должны видеть, как вы совершаете сделку, а также засвидетельствовать, что вы приняли именно этот наркотик. Вы поняли? - спросил Фейн и добавил:

- И попробуйте вытянуть из торговца гарантии безвредности препарата, естественно, на словах. Постарайтесь, чтобы он навязал вам свою продукцию; ни о чем не просите. Хорошо?

- А что я с этого буду иметь? - спросил Барни.

- Не понял?

- Лео не потрудился объяснить.

- Я скажу вам, - тихо произнес Фейн. - Мы заберем вас с Марса. Это и будет нашей платой. Помолчав, Барни спросил:

- В самом деле?

- Естественно, это будет сделано нелегально. Только ООН может законно вернуть вас на Землю, а этого не будет. Однажды ночью мы просто заберем вас и отвезем в "Домик Винни-Пуха".

- И мне придется остаться там навсегда.

- Пока хирурги Лео не изменят вашу внешность, отпечатки пальцев, энцефалограмму и прочие индивидуальные черты; тогда вы снова объявитесь, вероятно, в своей бывшей фирме "Наборы П. П.". Насколько я знаю, вы были их человеком в Нью-Йорке. Года через два, два с половиной вы снова будете там. Так что не теряйте надежды.

- А может, мне этого не хочется, - сказал Барни.

- Что? Не валяйте дурака. Каждый колонист желает…

- Я подумаю, - сказал Барни, - и дам вам знать. Однако, возможно, мне захочется чего-нибудь другого.

Он подумал об Энн. Вернуться на Землю и снова карабкаться в гору, может быть, даже вместе с Рони Фьюгейт…, в глубине сознания он чувствовал, что эта перспектива вовсе не столь привлекательна, как это могло казаться. Марс, а также близость с Энн Хоуторн сильно изменили его. Он размышлял о том, что оказало на него большее влияние. "И то, и другое, - подумал он. - А кроме того, меня, собственно, не призывали, я явился добровольно. И я никогда не должен об этом забывать".

- Мне известны некоторые обстоятельства, Майерсон, - сказал Фейн. - Вы сделали это, чтобы искупить вину. Правильно?

- И вы тоже? - удивленно сказал Барни. Казалось, склонность к религиозности здесь была всеобщей.

- Может, вам это и не нравится, - сказал Фейн, - но это самое подходящее слово. Послушайте, Майерсон: прежде чем мы вас заберем в "Домик Винни-Пуха", вы успеете искупить свою вину в достаточной степени. Вы еще кое о чем не знаете. Взгляните. - Он не спеша достал из кармана маленькую пластиковую ампулу.