солиситора порядок. Никаких стопок бумаг, никакой россыпи писем и справочников. Ничего лишнего. Ричард ощутил волну неприязни к этому человеку: непохоже, что он слишком усердствует в поиске доказательств невиновности Джеймса.
– Мистер Делрой, к вам мистер Кавендиш, – сообщил секретарь, заходя в кабинет вместе с Диком.
– По какому делу?
Внимательный взгляд карих глаз Делроя заскользил по лицу посетителя, изучая каждую черточку. Казалось, в его голове уже создается полное описание внешности Ричарда: мужчина, возраст около двадцати пяти, рост высокий, телосложение атлетическое, глаза светло-голубые, волосы светло-русые, правую бровь пересекает старый шрам, нос еле заметно искривлен у переносицы – скорее всего, занимался кулачными боями или боксом… Столь пристальное внимание было неприятно и вызывало непонятную злость.
– Мне сказали, что вы ведете дело графа Сеймурского. – Дик изо всех сил старался выглядеть дружелюбным, несмотря на свое раздражение.
– Это так, – кивнул Делрой, откладывая в сторону документ. – Присаживайтесь. – Он взглядом указал на кресло для посетителей и отпустил секретаря.
Кресло оказалось весьма комфортным – мистер Максвелл трепетно следил за тем, чтобы его состоятельные клиенты не испытывали ни малейших неудобств.
– Я пришел предложить вам помощь в деле графа. – Дик почел за благо сразу приступить к основному вопросу.
– Вы ведь работаете с барристером Чарльзом Моррисоном, не так ли? – Пронзительный взгляд Делроя продолжил изучать лицо Ричарда, теперь явно подкарауливая любые проявления неуверенности или попытки солгать.
– Все верно.
– И по какой же причине помощник барристера, еще, к слову, не нанятого для работы над этим делом, желает попробовать себя в роли простого солиситора?
– Граф Сеймурский – мой друг. Я знаю, что у вас совсем мало времени для подготовки к защите, и заверяю, что моя помощь лишней не будет.
– Не будет. – Делрой кивнул. – Тогда ответьте мне, пожалуйста, на такой вопрос: если вы друг графа, то по какой причине он оставил распоряжение нанять лучшего барристера, но только не Чарльза Моррисона? Уж не потому ли, что на него работаете вы? Мистер Моррисон очень опытен в таких делах – это был бы хороший выбор.
Дик скрипнул зубами от злости. Джеймс… Еще один… заботливый!
Врать не имело смысла, пришлось сказать правду:
– Вы правы, лорд Сеймурский отказался от услуг мистера Моррисона из-за меня. Он знает, что через десять дней я сдаю экзамен в Миддл-Темпл-Инн.
– Как трогательно, – заметил Делрой. – Вы, похоже, на удивление дружны с нашим клиентом.
Ричард с подозрением посмотрел на собеседника, пытаясь понять, на что именно тот намекает, но смуглое широкоскулое лицо солиситора было серьезным, а вовсе не насмешливым. Таким же тоном он мог сказать: «Я принял к сведению ваше сообщение» или «Интересная информация, расскажите об этом подробней».
– Не будь граф Сеймурским моим другом, я бы не пришел к вам предлагать свои услуги.
Дик решил не поддаваться на заведомую провокацию, по опыту зная, что в данном случае проще сделать вид, будто ничего не понял, и продолжать избранную линию, не предоставив оппоненту возможности развернуть мысль в полной мере. Одно ясно – Делрой явно не в восторге от знакомства с Ричардом и не слишком рвется его продолжать. Хотя причины оставались непонятными. До этого дня они неоднократно встречались в конторе мистера Максвелла, но общих дел не имели, потому внезапно вспыхнувшая обоюдная неприязнь заставляла задуматься о ее причинах.
Прямой взгляд Делроя в глаза казался вызовом, но Ричарда таким было не пронять. И пусть в учебных судебных поединках он выходил победителем не так часто, как на ринге, все же за прошедшие годы его умения сильно выросли. Неожиданно Дику подумалось, что Делрой своими тонкими выпадами очень напоминает Джеймса в пору их университетской юности. Улыбка тут же тронула губы – интересно, как бы могли развиваться их отношения, если бы в то время Ричард умел не только махать кулаками и смотреть исподлобья.
Странно, но именно эта улыбка послужила завершением безмолвного поединка. Делрой протянул Дику документ, который читал перед его приходом.
– Держите.
– Что это? – Ричард пробежал взглядом строчки, написанные корявым, неразборчивым почерком.
– Один из моих помощников сейчас находится в Тингейме. Он опросил кассиров, уборщиков и прочих служителей железнодорожной станции и конторы, продающей билеты на дилижансы, а также частных извозчиков. Один из кассиров вспомнил лорда Сеймурского, который купил билет второго класса на поезд до Ландерина. Этот человек опознал графа по изображению в кристалле. Он видел его в апреле. Примерно тринадцатого числа, но точно установить не удалось. Кассир и внимание-то обратил на пассажира только из-за того, что богато одетый джентльмен купил билет второго класса. Это показалось странным. Но потом джентльмен вернулся и, будто одумавшись, поменял билет на первый класс.
– Джеймс не стал бы покупать билет второго класса, – произнес Ричард. – Похоже, что тот… джентльмен очень хотел, чтобы его запомнили.
– Я тоже так думаю, – кивнул Делрой. – Но пока данный факт играет на руку обвинению. Сейчас мой человек продолжает собирать информацию в Тингейме. Если хотите помочь, отправляйтесь туда и попробуйте выяснить, ехал ли кто-нибудь из местных жителей в одном купе с лордом Сеймурским. Проводник поезда сказал, будто припоминает кого-то, очень похожего на графа, хотя и не уверен в этом. А еще ему кажется, будто в то же купе в Тингейме зашел еще один джентльмен. Увы, этот свидетель ни в чем не уверен – дело давнее. Для нас показания проводника бессмысленны, но если граф ехал не в одиночестве, то есть шанс, что попутчик более внимательно рассмотрел его внешность. Хотя, конечно, эти двое могли быть связаны друг с другом. Тогда мы, разумеется, никого не найдем.
– Чертов призрак, – пробормотал Ричард.
– Призрак. Именно. – Делрой улыбнулся непонятно чему. – Мы его здесь так и называем – Призрак. Но, мистер Кавендиш, положа руку на сердце, насколько вы убеждены в том, что ваш друг действительно невиновен?
– Абсолютно убежден. Это не Джеймс. А вы, защищая его интересы, в этом сомневаетесь? – ответил Дик.
– Нет, – покачал головой Делрой. – Не сомневаюсь. Лгать своему поверенному – слишком глупый поступок для графа Сеймурского. Между тем он заверил мистера Максвелла в том, что невиновен в происходящем, и привел весомые доказательства.
– Он объяснил, где был во время своих отъездов из Райли? – предположил Ричард, которого по-прежнему интересовал этот вопрос.
– Объяснил, но эта информация пригодится для защиты лишь в одном случае – если речь будет идти о смертной казни или пожизненном заключении.
– Могу я поинтересоваться…
– Можете. Но ответа не получите. Это тайна нашего клиента, – резко ответил ему Делрой. – Так вы отправитесь в Тингейм?
– Да. Вечерним экспрессом. Насколько помню, сегодня он есть в расписании. Скажите,
