наши одинаково ограничиваются квадратными метрами нашего дома. И границы иногда кажутся надуманными. Потому что чем дальше – тем больше сами становимся одинаковыми. Ближе к анатомии, нежели к мыслительному процессу. Неужели приходит пора возвращаться к Дарвину? Впрочем, мы далеко от него и не уходили…
Точка, точка, запятая —
Вышла рожица кривая.
Ручки, ножки, огуречик, —
Получился человечек!
Что увидят эти точки,
Что построят эти ручки,
Далеко ли эти ножки
Уведут его,
Как он будет жить на свете —
Мы за это не в ответе:
Мы его нарисовали,
Только и всего!..
Я вдруг во весь голос запел эту детскую песенку. Хотя понятия не имел, что ее помню. Оказывается, как много может запомнить человек. И в нужный момент это вспомнить. Или совсем в ненужный.
Раздался шум подъезжающей машины. Я поправил интернациональный галстук. Что ж. Вроде бы ничего. В меру солиден. Хотя понятия не имел, для чего мне эта солидность. Но раз такие галстуки дарят, значит, это кому-нибудь нужно. Скорее бы узнать – кому. И главное – зачем.
Я не знал – к чему приведут эти знания. Главное, чтобы в итоге они привели к моему дому. Где меня ждет любимый пес Вражок, где меня ждет мой город, моя работа. И наверное, притаившаяся любовь. По имени Яга.
Ну вот – опять к месту или не к месту – вспомнил Ягу. Вспоминал я ее в самые трудные моменты своей жизни. Значит, этот момент наступил. Хотя разве бывает любовь по имени Яга? И любимая собака по кличке Вражок? Еще как бывает. Еще как… Ну вот, время садиться в дорогом интернациональном костюме в дорогой интернациональный лимузин.
Дверца белого пошарпанного жигуленка распахнулась… Да-да, это был именно жигуль! Хотя я был готов увидеть что угодно, только не его! То ли нарочито мне давали понять, что я на родине. То ли откровенно намекали, что дорогую машину я еще не заслужил.
А для меня это был неожиданно приятный сюрприз. Мои недавние размышления хоть как-то разбивались на глазах. Нет, не все одинаково, не все интернационально. Пока по дорогам ездит только наша машина «жигули». И пиво только наше «Жигулевское». И только у нас может жить девушка по имени Яга. И собака по кличке Вражок. Значит, еще не все потеряно. Значит, у меня есть шанс вернуться домой. Главное – поскорее…
Но теперь самое главное – не переиграть в игру, названия которой я не знал и правила которой мне были неизвестны. Главное – не переиграть. И по возможности – выиграть. Впрочем, ничья в моем положении меня пока тоже устраивала.
И золотое солнце меня сегодня тоже устраивало. И молчаливое море. И пушистый лес, промелькнувший мимо. И веселое щебетанье птиц. Я смотрел сегодня на природу другими глазами. И мне она вновь нравилась. И молчание шофера, лица которого я так и не увидел, меня очень, очень устраивало. Зачем мне его лицо? И асфальтированная дорога, на которую мы выехали, меня тоже устраивала. Казалось – эта дорога ведет меня не в опасный тупик, а возвращает к дому.
Такое прекрасное настроение меня пугало. Но я ничего не мог с собой поделать. Мне казалось, я еду на праздник, который непременно состоится у меня дома.
Но едва мы въехали в Городок (так называл его тот, чье имя никак не запоминалось), я внезапно помрачнел. Хотя вроде бы причин не было. На первый взгляд – городок, как городок. Даже красивый. Зеленый. Солнечный. Веселый. На первый взгляд. Но я никогда не доверял первому взгляду. Вернее, у меня сразу открывался второй.
И вот вторым взглядом я уловил в этом городке что-то искусственное. Словно он был построен совсем недавно. Как декорации для фильма. Причем построен на ровном месте, на голом месте, на пустынном месте. Вроде бы много старинных домов, но такое ощущение, что умелые архитекторы и строители возвели новейшие здания и их нарочито состарили. Ну, как искусные копии старинных картин. Вроде бы много зеленых деревьев, но такое ощущение, что они были привезены откуда-то и посажены здесь, уже большие и старые. Вроде бы много прохожих. Куда-то спешащих или просто гуляющих с собаками. Но такое ощущение, что и прохожие были надуманными, кем-то нанятыми, словно играли разные роли. Точка, точка, запятая…
Хотя это было лишь ощущением. Единственное и главное, что меня вновь повергло в уныние, – моя теория универсальности мира оправдывалась. По городу (Городку – как они его называли) нельзя было определить – в какой стране он находится. Ну, никак нельзя! Такие дома могли быть и у нас, и за океаном. И прохожие так одеты летом в любой стране. Шорты, хлопковые брюки, сарафаны. Темные очки, кепки, соломенные шляпы. Кеды, сандалии, босоножки. А деревья – тут вообще полный хаос. Тут – береза, тут же – кипарис, тут же – елка, тут же – пальма, тут же – дуб…
Неужели только я заметил эту ненатуральность? Эту фальшивку… Или это просто со мной забавляется мое воображение. Нет, нет, нет, тут что-то не так. Такое ощущение, что это карточный городок, который в любой момент – одно неосторожное движение – и рассыплется. Или его просто снесет ветром с моря. Или он сгорит от жары.
Ко всему прочему я увидел надписи на русском языке. А внизу, как положено, на английском. На кафешках, гостиницах, магазинах… Но не убедило! Ей-богу, не убедило! У нас в стране – английский не на «бис» и мы с ним не на «ты». А весь мир на английский молится. Так что вполне разумно допустить в городке двуязычие. Мир, в принципе, сейчас и разделен на две половины. Кто-то болтает на английском, а кто-то нет. Мы относимся ко вторым. И я бы посоветовал первой половине выучить в совершенстве русский. Так было бы справедливее. Мы все же самая большая страна по площади. На земном шаре.
Возможно, в городке к этой справедливости и призывают? Сомневаюсь…
Я видел перед собой лишь декорации к фильмам – и все! Массовка – и все! Или декорации к большой игре. Игре в карточный городок. В которую вот-вот, совсем скоро мне придется сыграть. И кто главные действующие лица? Кто? Еще чуть-чуть…
Резкий скрип тормозов – ну, вот и все. Приехали. Похоже, первый раунд начинается.
Мы остановились возле старинного здания, окрашенного в розовый цвет. Даю голову на отсечение, что здание не было старинным (хотя моя голова
