Читаем без скачивания Веселая поганка - Людмила Милевская

— Вы уже пришли, — приветливо воскликнула она «братану». — Очень рада.

«Дураку ясно, что рада! Так оскалилась!» — зло подумала я, прячась за шкаф, стоящий в коридоре.

— И где она? — поинтересовался «братан», непонятно кого имея ввиду.

Но долго оставаться в неведении мне не пришлось, Тамарка сразу весь туман развеяла.

— С минуты на минуту будет, — сказала моя подруженька. — Машину за ней послала.

И, открыв дверь приемной, она любезным жестом пригласила в нее «братана».

Я попятилась. Вот это да! Прав мой монах: верить нельзя никому. И друзья предадут…

И все же не укладывалось как-то в голове: моя Тамарка связалась с «братаном». После всего того, что за долгие годы дружбы у нас с ней было! Невероятно! Может «братан» случайно забрел?

«Как же, случайно! — закипая подумала я. — Она уж и ждала его. Собиралась сдать меня с рук на руки. А с Гургеновым может быть еще похлеще,» — решила я, сделав заключение, что нет порядочности там, где пахнет большими деньгами и лучше второй раз не рисковать.

Гургенов с «братаном» вряд ли свяжется, но их, «братанов» таких, у него и своих хватает. Кто знает, зачем я понадобилась ему?

«Надо срочно Буранову звонить. Уж он-то меня не предаст,» — подумала я и помчалась вон из офиса.

К моей радости автомобиль, который меня к Тамарке доставил, все еще у подъезда стоял. Водитель держал в руках мобильный и лениво набирал какой-то номер — видимо собирался докладывать Тамарке, что доставил меня в целости и сохранности. Не долго думая, я вырвала у него телефон и, рявкнув: «мне срочнее», быстро набрала номер Буранова, но и там мне не повезло.

— Он спешно улетел в Петербург. Вернется лишь завтра утром, — сообщила его секретарша.

Возникал вопрос: куда идти? Куда мне, сироте, податься?

Этот вопрос влек за собой другие: как там мой монах? Утопили его или не утопили? И не постигла ли та же участь духовно продвинутого Ангиру Муни?

Пользуясь тем, что в моих руках телефон, я торопливо набрала номер Теодора Доферти.

— Софья Адамовна! — обрадовался он. — Как хорошо, что вы нашлись! Майкл как раз выезжает.

— Куда это он выезжает? — поинтересовалась я, радуясь, что его не утопили.

— Передаю ему трубку, пускай скажет сам, — ответил Доферти.

И он передал.

— Почему вы меня бросили? — строго спросил монах.

— Ах, вы живы! — закричала я. — Вот вы как! Вам-то ничего, одна я, значит, натерпелась!

— Вы безответственный человек, — изрек монах и повторил вопрос: — Почему вы меня бросили?

Я возмутилась:

— Бросила? Это вы меня бросили! В такую переделку попала, еле ноги унесла.

— Нам надо срочно встретиться, — немедля и без лишних вопросов перешел к делу монах.

— Сама о том же мечтаю. Приезжайте сейчас же туда, откуда забирали меня вчера. Я жду.

Едва я договорилась с монахом, как Тамаркин водитель восстал.

— Я должен позвонить Тамаре Семеновне и получить дальнейшие указания, — закричал он, бесстыдно пытаясь отобрать у меня сотовый.

— Я сама ей позвоню, — успокоила его я, всячески давая понять, чтобы в ближайшее время на свой телефон он не рассчитывал. — А вам, если так не терпится, ничего не стоит подняться к ней в кабинет. Ведь под окном же стоите.

— Машину не имею права без вызова начальства бросать, — сердито пояснил он мне.

— Ну так и сидите тихо, — посоветовала я. — Начальству же вашему и звоню.

У Тамарки на мой голос выработался рефлекс — услышав меня она сразу же закричала:

— Мама, ты невозможная! Где тебя носит? Куда ты пропала?

— Лучше скажи мне, дорогая, с кем это ты только что разговаривала? — возмущенно поинтересовалась я. — Молодой, отвратительный и симпатичный.

— Мой новый бухгалтер, — без запинки ответила Тамарка. — Рекомендован мне друзьями.

— Тогда эти друзья — твои враги! — со знанием дела сообщила я.

— Мама, ты невозможная! — рассердилась Тамарка. — Он высококлассный специалист.

«Еще бы, — подумала я, — с ног до головы прочувствовала его высокую квалификацию. Не удивлюсь, если после первого же выговора начнет мою Тамарку в Клязьме топить.»

— Ты мне не ври, — прикрикнула я. — Какой из него специалист-бухгалтер? Ты харю его видела?

— Мама, а ты его харю где видела?

— Да только что у тебя в офисе, не говоря о предыдущих наших встречах, о которых и вспоминать не хочу.

— Так вы и раньше встречались? — уж чересчур искренне изумилась Тамарка.

— А ты будто бы не знала, — возмутилась я. — Сама же его успокаивала, что я с минуты на минуту прибуду. Ты мне, Тома, голову не морочь, без тебя найдутся охотники. Говори, кто он такой?

Тамарка опешила:

— Ты о чем, Мама?

— Да о ваших отношениях, о чем же еще? Что связывает тебя с ним?

— Пока еще ничего, — кокетливо поведала Тамарка, — а там видно будет. Он мужчина импозантный, с манерами. Произвел на меня самое приятное впечатление.

— Видать ты еще не все его манеры знаешь, раз импозантность в этом дебиле усмотрела. Ну, да ладно, бог тебе судья, но меня к себе в гости не жди, Тома. Пока у тебя такие бухгалтеры работают, я к тебе не ходок. Они мне быстро выходное пособие на тот свет начислят! Привет «братану»!

И я бросила трубку. Могла бы поговорить с подругой еще, и сказать что было, да приехал монах мой, — прямо перед Тамаркиным «Мерседесом» остановился «Жигуль» Маруси.

Я вернула водителю сотовый и устремилась к монаху. Из документов контрразведки: "Надежные агентурные сведения позволили сделать заключение: резидент ЦРУ Майкл Берг по кличке Монах внедрен в российское отделение международного религиозного общества. Монах — специалист по идеологическим диверсиям — активизируясь в несвойственном ему направлении, проник в криминальные структуры и под кличкой Американец пользуется там авторитетом. Монах, он же Американец, энергично осуществляя давление на мелких акционеров нефтегазовых компаний, стремительно скупает разрозненные пакеты акций.

Перед Монахом поставлена задача всячески способствовать агенту ЦРУ, прибывшему в Москву для организации масштабной акции экономического характера. Цель акции: I — агентурное проникновение в руководящие круги компаний, составляющих основу структуры нефтегазового комплекса. II — финансовая интервенция, призванная обеспечить резкое падение цен на акции российских нефтегазовых компаний. Конечная цель: контроль нефтегазового комплекса России. Деятельность агента, связанная с организацией макроэкономической диверсии, контролируется. "

Монах, похоже, еще и обиделся на меня. С помощью невероятных ухищрений трогая «Жигуль» с места, он вторично бросил мне укор:

— Что же вы не послушались?

С удовлетворением глядя как быстро исчезает из поля зрения здание компании Тамарки, я возмущенно закричала:

— Я вас не послушалась? В том-то и дело, что послушалась: просидела в машине весь день, потому и вышла из «Жигуля» как раз тогда, когда «братану» в тот двор приспичило. Схватили меня и отделали по высшему разряду. Места живого на мне нет, одна радость, что домой доставили. Все лучше ехать связанной в джипе, чем трястись за рулем на Марусином «Жигуле».

— О, да, — с пониманием закивал монах, останавливая автомобиль и покидая водительское место. — Если не возражаете, поменяемся.

Мне пришлось снова сесть за руль. Как только я сделала это, монах воспрял духом, но, внимательно посмотрев на меня, опять пригорюнился.

— Сожалею, что так получилось, — молвил он, с ужасом глядя на мое лицо.

После общения с новым «бухгалтером» Тамарки лицо мое не стало прекрасней, но и ужасного я там не увидела ничего: ну синяк под глазом, но не то чтобы огромный; ну царапины на щеках, но бывало и похуже, — так что же он ужасается?

— Куда едем? — чтобы не ругаться, спросила я. — Вы в подвале хоть что-то узнали?

Он хотел мне ответить, но в этот миг вспомнила я, что не сообщила ему еще о своей встрече с Ангира Муни. Я поспешила исправить ошибку и тут же об этом пожалела, в такое волнение пришел мой монах.

— Несчастная женщина, что вы наделали? — закричал он. — На верную гибель послали моего друга! Зачем вы сделали это? Зачем вообще к нему пошли? Разве я вас просил об этом?

Мне было что возразить.

— А разве я тот бесчувственный чурбан, который надо просить о помощи, когда совершенно очевидно что человеку грозит верная погибель?! — с глубокой обидой воскликнула я.

— Да кто вам сказал, что мне грозит погибель? — рассердился монах.

— Если мне плохо, почему я должна полагать, что вам хорошо? — ответила я законным вопросом.

Монах с непередаваемой жалостью посмотрел на меня, воздел руки к небу и воскликнул:

— О, Господь! Не оставь в беде светлого Ангиру Муни, которого эта несчастная глупостью своею на жестокую кончину обрекла!

Ну как тут не рассердиться?

— Ни на что я его не обрекла, — возмутилась я. — Всего лишь вам помочь хотела, но, вижу, благодарности не дождусь. И фиг с вами, я не в обиде, потому что мелочность мне чужда. А если грозит опасность вашему Муни, что ж, я готова снова ехать туда, в логово «братанов».