— И какое заклинание вы освоили последним? — со скепсисом спросил профессор.
— Огненный смерч. Четвёртый уровень воздействия. Плетение массового поражения, — с каменным лицом отрапортовала я.
Я и правда освоила его всего на днях. Тар очень долго учил меня стабилизировать матрицу огненного плетения так, чтобы оно не сорвалось раньше времени, повредив всех вокруг. Мне понадобилось несколько дней усердных занятий и тренировок с которых я выползала чуть ли не ползком, чтобы наконец оно стало мне подчинятся. Тем более, что моя магия стала намного более нестабильной, стоило мне перебороть ломку.
Такое впечатление, что вместе с внешней энергией, которой питали это тело, на него накладывали сдерживающие оковы. Хотя, объяснение Тара меня тоже удовлетворило. Он сказал, что раньше тело было просто сосудом для силы, что в неё вливали, а теперь оно наладило связь с душой — преобразователем внешней магии, что вокруг меня. Вот только моя душа — нестабильна. Она все рвётся за пределы этого мира, сбивая баланс магии.
— Так. Проверим, но не здесь. Я отлично помню, чем закончился наш последний опыт. Я надеюсь, вы в этот раз в обморок падать не собираетесь? — всё-таки не удержался от шпильки профессор.
— Спасибо, нет. Причина моего недуга устранена и более подобного не повториться, — совершенно честно ответила я.
— Даже так Адептка… тогда впредь будьте осторожней, методы контрацепции ещё никто не отменял.
Черт! О чем он думает? Я покраснела как варённый рак и пролепетала что-то вроде «Это не то, о чем вы подумали,» но мне никто не поверил, судя по ухмылкам моих однокурсников. Желание перевестись на самостоятельное обучение росло с каждым мгновением. Стыд от того, что я ляпнула несусветную глупость обжигал меня изнутри, но что-то во мне ликовало от того, что происходило вокруг. Думаю, что не ошибусь если скажу, что это во мне суккуба.
— Впрочем, ваша личная жизнь меня не касается, а вот ваше владение сложным плетением, даже очень. Я думаю, что все с удовольствием перенесутся на полигон, чтобы увидеть, как вы справитесь со столь сложной задачей. И практика Адептам тоже не помешает.
По аудитории пронёсся слаженный стон оповещая всех, что идеей попрактиковаться Адепты не воодушевились. Лаур говорил, что многим контроль над матрицами плетений очень сложно даётся. Что-то связанное с неумением вызывать нужный образ в собственном воображении. Хотя, я их не понимаю. Если пользоваться учебниками, которые выдают трёхмерное изображение матрицы в виде голограммы, то проблем с образом быть не должно, нужно только запомнить нужную картинку.
Лёгкое головокружение и профессор перенёс всю группу к дверям полигона. Вот не понимаю их. Если смотреть на профессуру, то заклинания переноса не так и сложно, но до пятого курса им никто не обучает. Может оно и к лучшему и стоит сначала освоить основы?
— Адептка, вы опять витаете в облаках? — прервал мои размышления профессор.
— С мыслями собираюсь, — честно ответила я. Ну почти честно.
— Тогда прошу продемонстрировать ваши умения, — явно не веря, что я смогу, пригласил меня профессор, открывая огромную дверь в полигон.
Все пошло не по плану. Стоило двери распахнуться, как на нашу группу толпой бросились зомби. Прогнившая плоть лохмотьями отслаивалась от местами покоцатых тел. Вонь стояла — не продохнуть! В первую секунду я настолько испугалась, что огонь вспыхнул вокруг меня совершенно инстинктивно. Глухой рык вырвался из горла, а руки сами принялись выплетать из пламени нужную схему. Секунда, другая. Как в замедленной съёмке я видела как один из противных мертвецов потянул свои костлявые пальцы к профессору, как тот повернул голову, чтобы увидеть оскалившеюся морду.
Матрица под моими пальцами изменилась почти без моего вмешательства. Этому плетению меня научил Тар, предупредив, что вообще-то знать мне его ещё рано, но чем черт не шутит, вдруг пригодиться. Заклинание выжженной степи. Восьмой уровень воздействия.
Я обрадовалась, что Цветик как всегда при мне мысленно отправив его за профессором. Рывок. Более никто не стоит на пути моего заклинания, а значит можно не волноваться. Жаль, что оно у меня ещё ни разу полноценно не получилось, но ведь всегда бывает первый раз!
Плетение переполнено силой. Я едва сдерживаю рвущийся на свободу огонь, но магия оказалась сильней. Не до конца подвластная мне волна пламени рванулась вперёд сметая все на своём пути и стремясь вытянуть из меня все до последней капли магии. К счастью, это не первый раз, когда заклинание много выше моего уровня у меня сорвалось и я почти безболезненно отпустила его, выдав лишь половину мощности. Но и этого хватило, чтобы первую волну мертвецов превратило в пыль.
— Мои покойники! — донёсся полный отчаяния визг из глубин полигона. — Какая сволочь покусилась на мою дипломную работу?!
Сметая противных ходячих трупов с пути из дверей полигона вылетела молодая девушка, сама не особо отличающаяся от мертвеца. Длинные волосы спутаны и местами скатались до такого состояния, что помогут там только ножницы. Остроконечная шляпа натянута по самые уши, а ноги совершенно не прикрывала коротенькая юбочка. А ещё она была очень-очень грязной, будто все ночь руками раскапывала могилы. Но больше всего меня поразило то, что она висела в воздухе, восседая на метле.
— Ведьма? — не веря своим глазам спросила я.
— Самопровозглашённая единственная и неповторимая ведьма этого мира — Виолетта, к вашим услугам, — она стянула шляпу и играя на публику чуть поклонилась, едва не грохнувшись с метлы. — Профессор, а чего это вы моих подопечных бьёте? Они то вам чего сделали?
— Это я, прошу прощения, не знала, что они подчинённые, — честно призналась я, впитывая в себя остатки огня и с удивлением отмечая, что одежда опять не пострадала.
— Так это ты у нас новенькая? — со скепсисом осмотрела меня ведьма.
— Ага, — я только кивнула, понимая, что профессор не просто так бездействовал — он знал и ждал моей реакции.
Вот чего он точно не ожидал, так это того, что я среагирую и замахнусь на заклинание не по силе, а не просто закричу от страха. Ну и того, что я буду им кидаться, он тоже не ожидал. Предупреждать надо, а то я ведь и правда могу испугаться, а это чревато. В последнее время из меня все чаще пытается вырваться тьма, а она поопасней огня порой будет.
— Все с тобой ясно. О моих опытах ты тоже поди не знаешь? — задумчиво покусывая губу спросила ведьма.
— Не-а, — отрицательно покачала головой я, чувствуя, что ой как мне сожжённые трупы аукнутся.
— Н-дяяя… и что мне теперь делать? Ты мне треть рабочего материала в пепел превратила… они даже штопке не подлежат.
— А можно спросить?
— Ну попробуй конечно, — девушка явно расстроилась.
Спросить я не успела. С криком «Папа!» ведьмочка сорвалась с места и рванула к кому-то за моей спиной. Немного озадаченная её поведением и смирно стоящими у дверей мертвецами я медленно повернулась, чтобы увидеть как это чудо природы обнимает ректора. А вот и папа. Ну тогда понятно, в кого она такая странная. Хотя, на мой вкус — нормальных в полном смысле этого слова я ещё нигде не встречала.
— Привет доченька. Ты опять развлекаешься? — делая строгое лицо вопросил ректор.
— Конечно папочка! У меня теперь мертвецы строем ходить умеют! Не очень ровным, но всё-таки строем!
— Я рад, что тебе удалось воплотить в жизнь выдуманную ветвь магии. Хотя до сих пор не уверен, как это тебе удалось.
— Упорство, папочка, расплылась в улыбке Виолетта. — А можно новенькая поможет мне новый выкопать? Она мне больше трети сожгла. Я её защищу, если что.
— А она хочет копаться в трупах и могилах? — со скепсисом спросил ректор.
— А я её не спрашивала, но ты же её заставишь, правда папочка? — скорчила умильную мордашку эта бестия, а у меня аж челюсть упала от такого заявления.
Это как заставить? Это почему? Я конечно не отрицаю, что спалила её материал, но я же не знала, что он неопасный? Рука сама потянулась, чтобы почесать за ухом — говорят это стимулирует мыслительную деятельность.
