— Возможно, хотя я не заметила особой необходимости.
— Здесь все такое потрепанное…
— Я предпочитаю слово «удобное». — Селеста оглядела гостиную и улыбнулась. — Мне все здесь нравится.
— Ты заслуживаешь лучшего.
— Можем поговорить и об этом. — Селеста подняла образцы обоев, положила их на стол и села рядом с подругой. — Ты никогда не позволяла мне платить арендную плату.
— Я считаю плату за проживание частью твоего жалованья.
— Ты платишь слугам.
— Да ладно тебе, Селеста, — поморщилась Эвелин. — Здесь только Хендрикс и миссис О’Мэлли — экономка и кухарка в одном лице. Ну, и одна горничная. О чем тут говорить?
— Тем не менее…
— Мой муж — очень практичный человек, несмотря на недавние события, — доверительно сказала Эвелин, подавшись к подруге. — Если бы ты здесь не жила, он непременно заставил бы меня продать этот дом, который нам определенно не нужен. Но это единственное, что мне досталось от родителей, и я его ни за что не продам. Что же касается слуг… — Она вздохнула. — Они считают этот дом своим. Я привыкла к ним, пока жила здесь. Ты же знаешь, как трудно в наше время найти новое место. Куда они пойдут?
— Но я должна…
— Пойми, мне бы не хотелось сдавать этот дом чужим людям, как это делал мой опекун. Но и нет смысла держать его пустым. — Ее взгляд скользнул по комнате. Хотелось бы ей помнить, как она жила здесь в раннем детстве с родителями. Но она и родителей совсем не помнила, что уж тут говорить о доме. — Мне всегда становилось грустно, когда я видела пустые дома. Они такие одинокие, брошенные. Не хочу, чтобы мой отчий дом стал таким же. Так что ты, подруга, делаешь мне величайшее одолжение, живя здесь.
— Спасибо. — Подруги надолго замолчали, думая каждая о своем. Первой очнулась Селеста. — Поскольку мы подруги, могу я внести деловое предложение? Может быть, ты начнешь с одной комнаты, а не станешь устраивать переворот во всем доме сразу? Сама же сказала, что не знаешь, как долго пробудешь здесь.
— В этом есть смысл. — Эвелин встала, подошла к столу и принялась рассматривать образцы обоев. — Но мне необходимо чем-то заполнить время. — Она выбрала два образца и подошла к стене. — Оказывается, когда уходишь от мужа, пусть даже не навсегда, совершенно нечем себя занять.
— У тебя остались благотворительность и комитеты нескольких десятков всевозможных организаций. У тебя не будет свободной ни минуты.
— Но пока я чувствую себя удивительно свободной, намного свободнее, чем хотелось бы. — Эви взяла обои цвета слоновой кости с алыми полосками, приложила к стене и оглянулась на подругу.
— Мне кажется, получится слишком официально, — вынесла вердикт Селеста. — Это я и подозревала.
Эвелин приложила к стене второй образец. На нем были перевитые виноградные лозы, цветы и деревья, все выдержано в зеленых и синих тонах.
— Эти мне нравятся.
— Мне тоже. А что ты подозревала?
— Что тебе надо будет чем-то занять время и мозги, пока будешь ждать, когда лорд У. приползет на коленях вымаливать прощение.
— Я вовсе не хочу, чтобы он ползал на коленях, — сказала Эвелин и, подумав, добавила: — Хотя звучит заманчиво. — Она тяжко вздохнула. — Если Макс даст мне какое-нибудь поручение, я по крайней мере буду чем-то занята.
— Не сомневаюсь, что ты очень скоро получишь от него весточку.
— Хорошо бы. Теперь по крайней мере я не буду тревожиться, что Эдриен меня не так поймет.
— Да, это действительно большое преимущество. — Селеста покосилась на подругу и, решившись, выпалила: — Может быть, вместо того чтобы обновлять дом, ты обновишь себя?
— Что ты имеешь в виду? — не поняла Эвелин.
— Я хочу сказать, что тебе следует обновить гардероб.
— Мой гардероб вполне приемлем, спасибо.
Селеста насмешливо хмыкнула.
— Ну да, в последнее время я не шила новых платьев.
— Разве ты не говорила, что тебе нечего надеть на прием к Дануэллам?
— Говорила, — призналась Эвелин. — Это было очень досадно.
— Разве в твоем списке нет мероприятий, которые состоятся в самое ближайшее время и настоятельно требуют обновления гардероба? Взять хотя бы венецианский маскарад.
Эвелин отмахнулась.
— У меня есть костюм.
Селеста даже не сочла нужным говорить, что один и тот же костюм годами на маскарад не надевают.
— Помимо очевидной необходимости в новом гардеробе… — невозмутимо продолжила Селеста.
— Это будет ужасно дорого, — перебила ее Эвелин. Обычно она не приобретала слишком дорогих вещей, но сейчас… Ужасно дорого — это именно то, что нужно.
— Если твоя цель — наказать лорда У. за прегрешения…
— Не уверена, что «наказать» — удачное слово.
— …тогда подумай вот о чем: лорд У. не был в этом доме со дня вашей свадьбы и не собирается наведываться сюда часто. Он, конечно, увидит счета, но вряд ли их эффект будет долговременным. Зато… — Зато если я буду постоянно надевать мои новые приобретения, они постоянно будут напоминать ему о совершенных ошибках и о том, что он имеет и не хочет потерять. — Эвелин расплылась в улыбке. — Ты золото, Селеста.
— Это моя обязанность, — улыбнулась подруга. — По пути я зашла к твоей любимой модистке и договорилась с ней о встрече. Она только что получила из Парижа последние модели и горит желанием приступить к работе. — Селеста пожала плечами. — Кажется, я случайно упомянула, что ты абсолютно не стеснена в средствах.
— Превосходно! — Эвелин радостно засмеялась. — Но все равно дом нуждается в обновлении. Хотя по одной комнате зараз — это прекрасная идея. — Она вернулась к столу, положила образцы обоев, которые держала в руке, и стала перебирать остальные. — Не хочу, чтобы мои поспешные решения доставили неудобства тебе. В конце концов, здесь живешь ты.
В дверь постучали, и на пороге гостиной показался дворецкий с большим букетом красных роз в вазе.
— Доставка для леди Уоттерстоун. — Эвелин почувствовала огромное облегчение. На душе стало тепло. — Я взял на себя смелость и сразу поставил цветы в вазу, — сказал Хендрикс, поставил вазу на стол и с поклоном передал Эвелин карточку. — Это для вас, миледи.
— Спасибо, Хендрикс. — Эвелин взяла карточку, дождалась, пока дворецкий закроет за собой дверь, и обернулась к подруге. — А я уже начала думать, что мужу не нужно мое прощение.
— И оказалась не права.
— Слава Богу, — вздохнув, проговорила Эвелин. — Я подумала… впрочем, не важно. Оказывается, бывает очень приятно оказаться неправой.
Селеста понюхала цветы.
— Нет ничего лучше аромата роз. Две дюжины свежих роз за несколько минут наполняют гостиную неповторимым запахом.
