- Но что же делать дальше? - спросила Лира. - Какие действия нужны с моей стороны? Мне кажется, меня швыряет по волнам чужой воли, и я лишена своей. Действительно, как поле битвы двух армий. Когда само поле не принимает участия в сражении.
- Да, но от поля тебя отличает то, что ты осознаёшь сама себя, а оно -- нет. И в этом -- жизнь, и разум света, и любовь. Вы боретесь, вы сражаетесь. Сражение в каждом вашем шаге. Пока вы сражаетесь друг за друга, все шестеро. Но на других планах иные иерархии в этой борьбе усматривают спасение этого мира. Ты спросишь, от чего мы боремся? Почему не примем судьбу такой, какова она есть? Что ж, к сожалению, таков наш удел. И есть выход... Но идите к нему, просыпаясь. Путь долог. Однако всё будет пройдено. А пока лишь храните ту любовь, которая движет вами в ночи непознанного мира.
Лира надолго задумалась, а её изумруднотелая собеседница продолжила:
- Живя в гармонии со своей верой - вы совершенны, вы сильны, но стоит вам начать защищать свою точку зрения, и эта вера в высшие силы может заставить убивать, вера в демонов - бояться похищения ими, вера в звездолёт "Феб" - станет центром вашего мироздания и разрушит вашу жизнь. Ваши учёные начнут приводить вам аргументы того, что небо не синего цвета, докажут, что трава не зеленая. В конце концов, вы останетесь один на один с пустым, холодным и совершенно не известным вам миром, которым наш мир, скорее всего, и является. Так что не важно, Лира, какими призраками ты населяешь свой мир. Пока ты в них веришь - они существуют, пока ты с ними не сражаешься - они не опасны.
- Но мы сражаемся...
- Лишь от слабости, Лира.
Лира уже давно заметила движение. Её лист медленно, но верно относило в сторону. Изумрудная дева по мере движения оборачивалась к ней, её цветочный трон тоже вращался. Но два нефритовых столба, окольцованных ляпис-лазурью, постепенно оказывались сбоку.
- Куда меня уносит? Это река? - спросила Лира, оглядевшись.
- Здесь, в восточных лесах, вода кругом. Редко встречаются клочки суши. И деревья растут из воды. Это тебе непривычно, но таковы законы здешней флоры. Повсюду бьют горячие ключи, и кипит жизнь. Тебя уносит богиня Рена. Местные жители складывают прекрасные сказания, где я -- её дочь. Пусть тебя не путает эта родственная связь, ведь миф гораздо прочнее реальности. Просто следуй туда, куд а уносит тебя Рена.
- А что там?
- Там продолжение. Сперва, тебя ждёт встреча с императором внутреннего и внешнего Ваджара.
- Он здесь? Получается, это тоже земли атра? - удивилась Лира.
- Нет. Как бы сказать... Он тут с особо важным визитом. Понимаешь ли, - она начала таять в воздухе, - это тоже игра иерархий.
И перед тем, как окончательно растаять в подрагивающем воздухе, она добавила:
- Да, ещё одно. Выпей росы с этого листка. Всё же тело есть тело, оно грубое и требует грубого питания. Это придаст силы твоему духу. А без пищи ты долго не протянешь в таком утомительном ритме.
И действительно, Лира поняла, как она была голодна и обессилена физически. Она собрала в пригоршню крупных капель и принялась их пить. Нефритовые колонны уходил и под воду, словно поршни или смычки огромного механизма, а ляпис-лазурные кольца, вращаясь, удалялись в заросли.
Панорама менялась. Неизвестно откуда взявшееся течение проносило Лиру мимо лиан и джунглей к открытой воде. Теперь она была в озере с зеленеющими вдали берегами. Ей никогда раньше не доводилось сплавляться ни по рекам, ни по озёрам. В академии не было симуляторов наводного плавания. Совершенно незнакомые ей условия заставляли её впиться руками в волокнистую мякоть листа, и затаиться. Она боялась малейшим движением поколебать это утлое судно, перевернуть его.
Под водой, у самой поверхности метались световые пятна, оставляя за собой радужные шлейфы пузырей. Несколько раз она видела, как из чайных глубин на неё смотрят белые существа с выпуклыми огромными глазами без век -- какие живут в слепых пещерах. Тритоны с человечьими телами и жабрами плыли за её лодкой, не показываясь на поверхности, безмолвно наблюдая. Фосфоресцирующие змейки и каракатицы, многоножки всех форм и размеров, разноцветные стайки мизерных существ. Лира была в центре внимания, и не знала, куда себя деть. Ей было и любопытно и жутковато одновременно. Но образ зелёной владычицы этих мест вселял уверенность в том, что всё её путешествие должно окончиться благоприятно.
Наконец, она пересекла и озеро. Лист, движимый течением, или, как сказала Лире её собеседница, богиней вод Реной, остановился в бухточке. Её образовывали сплетения ветвей и лоз. Казалось, что такое строение не могла создать природа, и это было делом рук разумных существ. Вновь, как тогда в прозрачном корабле хорон-за, Лира ощутила незримое присутствие существ вокруг неё. Она даже была уверена в том, что эти существа делают -- снуют вокруг, замечая её, но занятые своими делами, каким-то приготовлениями, производя неясные ей манипуляции с потоками энергий. Это были как бы пчёлы, строящие энергетические ульи, отличные от наблюдаемых физическими глазами нелепых строений из коряг и нитей плюща.
Несколько световых нитей вдруг опоясали кусок леса и как бы приподняли завесу. Панорама свернулись, как отворачивают страницу. Из образовавшегося портала выпорхнули то ли стая огромных птиц, то ли летательные аппараты -- плоские платформы. На них располагались крепёжные конструкции, походившие на финикийские колесницы со страховочными ремнями спасательных капсул космофлота Земли. Лира увидела, что в этих "колесницах" стоят люди, придерживая вожжи или длинные рычаги. Воздух пронзил рёв медных труб. По крайней мере, грянувший рокот очень напоминал звук этих древних инструментов погибших народностей.
Искажение пространства пропало. Панорама леса вновь стала обыкновенной, картинной. Стая летунов свила несколько кругов в зените небес и плавно, абсолютно бесшумно приземлилась на тёмную гладь озера неподалёку. По воде пошли ленивые круги, но и они вскоре застыли в лёгкой ряби. То, на чём прилетели всадники -- были то платформы аппаратов или какие-то существа -- принялось менять форму, расплываться, словно парафин. Вскоре часть поверхности водоёма покрыла белая субстанция. Очевидно, твёрдая, так как всадники спешились, вышли из-за бортов своих колесниц и ступили на неё. Над гладью пронёсся гул их шагов. Всего Лира насчитала порядка тридцати человек.
Одеты они были в бесформенные серые одежды, длинные и словно выполненные из клочков. На ногах узкими нитями темнели сандалии. Некоторые имели длинные бороды, заплетённые в аккуратные косы, некоторые -- совершенно выбритые и лысые, некоторые носили головные уборы вроде беретов. Аскетическая простота сочеталась с аккуратностью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
