Пчелка, очень-очень Плохая. Но сегодня ты порадуешь дядю Якуба и порадуешься сама!
*** Мия ***
Наверное, когда я попала в беду, я надеялась, что Якуб меня вызволит. Мысленно не произносила его имени, но сердцем ждала именно его появления.
Когда это случилось, теперь я просто не могла контролировать собственное тело и реакции на этого мужчину.
Наглый, самовлюбленный мудак! Но мудак роскошный, сексуальный…
Мне хотелось покусать его, побить хорошенько за то, что он так плох и одновременно с этим настолько хорош! Покусать, а потом запрыгнуть на его мощное тело с разбега, обхватить бедра-колонны своими коленями, прижаться всем телом и никогда-никогда не отпускать!
Разве можно одновременно так раздражать и восхищать и…
Возбуждать!
Он, правда, меня возбуждает.
Под панцирем истерики, которая едва не вырвалась наружу, под плотным налетом страха, сомнений и привычки справляться самой, за броней решимости не подпускать к себе никого из мужчин находится местечко для него – моя ахиллесова пята и персональный ад.
Он желанен многими, красив по-суровому, зрел и преступно горяч.
Выдает пошлость за пошлостью, но тело сладко сжимается, а стенки влагалища вибрируют от предвкушения.
Каждое прикосновение – как откровение.
Даже когда его палец просто ведет от бедра до колена, обрисовывая чашечку по кругу, мне кажется, он совершает что-то непристойное.
Его взгляд прикован к развилке между моих ног.
Напряженные складки и клитор молят о прикосновении, и я ощущаю, как его голодный взгляд скользит по мне.
Еще больше заставляет желать Его!
Якуб обнял меня крепче. Большие ладони заскользили по телу и по спине, согревая, прогоняя пики мурашек страха и заселяя вместо них – острое предвкушение и жажду близости.
Часть меня хотела бы рассказать ему все-все-все, открыться так, как раньше ни перед кем не открывалась.
Но разум еще шепчет из последних сил: «Беги! Беги, пока можешь!»
Но я уже не могу…
И не хочу.
Как я могу сбежать сейчас, когда его толстый, длинный палец медленно крадется по внутренней стороне бедра, заставляя тело пылать и жаждать большего.
Якуб уверенно провел пальцем по бедру, скользнул дальше и немного погладил меня между ног, коснувшись напряженных складочек.
Всего лишь одно-два прикосновения, но я закричала, вцепившись в его плечи пальцами, когда он трогал меня там.
Между ног.
Где все горело.
Где все текло.
Ужасно сильно…
Если он снимет меня со своих бедер, то увидит, какой липкой и мокрой стала ткань его темных джинсов от моих соков.
– Чувствуешь, какая ты мокрая?
Его губы скользнули по шее и приблизились к мочке уха, задевая ее немного.
Мучительно усиливая пытку.
– Мокрая для моего члена…
Спина выгнулась дугой.
– Мокрая для меня…
Мурлыкающий шепот в ушко.
Еще одна порция беспроигрышного соблазнения.
– Хочешь его?
Якуб перехватил мою ладонь и опустил на свою ширинку.
– Я вытрахаю тебя сначала в машине. Просто разочек проедусь по тебе изнутри, раскатаю по стволу ласково… – пообещал он. – А потом мы продолжим дома. На столе. На комоде. На полу. На кровати. У окна… Я буду брать и брать тебя до тех пор, пока ты не выдоишь мои яйца досуха, но и после всего я заставлю тебя трястись от желания и почти дам кончить.
– П-п-п-почти? – пробормотала, не понимая, как еще мой язык способен двигаться и выдавать звуки.
– Почти дам, – согласился. – Чтобы ты желала меня. И брала под самый корень, изнывая от нетерпения. Принимала меня всюду… – крепче сжал задницу. – А теперь покажи! – потребовал он.
– Что?
– Покажи, как ты любишь играться со своей киской! – ухмыльнулся он. – Покажи, как ты это делаешь одна…
Якуб настойчиво разместил мои пальчики на половых губках и надавил… полыхающим взглядом и требовательным голосом:
– Поиграй для меня!
Глава 18
Мия
Маньяк… Самый настоящий и безумно сексуальный…
Его глаза вспыхнули как яркий костер.
Он не вынуждал меня касаться себя, но приказывал и подавлял волю.
Одни рокочущие интонации чего стоили!
– Поиграй…
Его ладонь легла на ширинку, пальцы ловко выпустили пуговку и чиркнули замком.
– Поиграй, как следует, и я разрешу тебе присесть на него… – провел пальцами по члену через трусы.
Как… Как оказалось, будто я была готова его умолять?!
Не понимаю.
Впрочем, это уже не имело значения.
Мои пальцы погладили клитор, который словно пронзило током от одного прикосновения.
– Медленнее! – приказал Якуб. – Я хочу, чтобы ты сделала это медленнее. Просмаковала момент!
Меня затрясло от вожделения, от предвкушения.
Я сделала так, как он приказал. Не потому что он загнал меня в угол и просто порвал все вещи! Мне не хотелось сопротивляться ему.
Только не сейчас… Возможно, позднее? Да-да, позднее я снова отвоюю свои права и свободы, но сейчас мне просто хотелось побыть слабой, доступной и немножко влюбленной.
Самую малость…
Нельзя не влюбиться в то, что читалось в его глазах. Нельзя не проникнуться его грубостью и мрачноватой резкостью, от которой все струны внутри дрожали.
То, как он говорил, как не стеснялся выражаться, пробуждало внутри меня слишком жаркое пламя.
Бесполезно пытаться потушить его.
Проще дать огню сожрать дотла и выжечь…
Мои пальчики скользили по напряженным складкам, липким, скользким от влаги, которая даже по бедрам потекла.
Якуб шумно вздохнул.
– Медленнее! – рыкнул. – Ты делаешь это слишком быстро. Я хочу, чтобы ты поглаживала свою щелочку медленнее и хныкала от желания получить разрядку. Хочу, чтобы ты умоляла меня вставить в тебя
