— Очнулся, — улыбнулась одна из них. — Это я тебя подстрелила, с первого броска.
Остальные тоже посмотрели на меня:
— Потерпи, красавчик, мы уже скоро, — сказала ближайшая ко мне гарпия сиплым голосом. Остальные захохотали, издавая резкие каркающие звуки.
Вживлённый в моё среднее ухо чип-переводчик работал безупречно, старательно подбирая слова. Значит, эти дьявольские создания были разумными. Или вроде того…
Тут я понял, чем занимались эти уродливые создания. Они играли в карты. Партия, по-видимому, подходила к азартному финалу. Изловчившись, я перекатился на левый бок. Гарпии, казалось, не замечали моего присутствия, с головой уйдя в игру.
— Эй, девчонки! — крикнул я, как можно спокойнее. — На что играем?
Переводчик исправно превратил мои слова в каркающие звуки.
— Если я выиграю, то, прежде чем съесть твоё сердце, дам тебе шанс увидеть небо в алмазах, красавчик. Я ведь всё-таки женщина! — оскалила клыкастую пасть ближайшая гарпия.
«Да уж, всю жизнь мечтал о такой близости», — подумал я и спросил, стараясь усмирить дрожь в голосе: — Так вы, никак на меня играете, красавицы?
— На тебя! Заткнись! — рявкнула моя соседка и судорожным движением вытерла с подбородка слюну.
Было очень неуютно чувствовать себя окороком, припасённым на ужин. Мысль о том, что зрители будут в восторге от увиденного, не очень-то грела меня. Надо было что-то предпринимать для своего спасения. Упираясь головой в землю и по-змеиному выгибая тело, я ещё немного приблизился к гарпиям.
— Хорошая карта, — тихо сказал я той, что сидела ко мне спиной. — Похоже, последним, что я увижу на этом свете, будет твоя милая улыбка, — продолжал я.
— Почему это? — не выдержала, сидящая напротив гарпия.
— Наверное, потому что тебе не везёт в картах, — ответил я.
— Не лезь не в своё дело, ничтожный смертный! — гарпия взмахнула крыльями, явно задетая за живое моими рассуждениями.
Я шмыгнул носом и тихо произнёс: — Я бы тоже нервничал, если бы у моего противника были на руках все четыре туза.
Было видно, как мои слова медленно доходят до сознания гарпий.
— Какие ещё четыре туза?
— Нет у меня никаких тузов, — удивлённо пролепетала моя соседка. — Он врёт!
— Тогда покажи карты, — очень тихо, но грозно произнесла её подруга.
— Почему она должна показывать вам карты? — пришёл я «на выручку» своей соседке. — Это нечестно!
— Нечестно… — эхом повторила она.
— Так ты жу-у-льничаешь?! — в один голос зашипели её подруги, бросая карты.
Игра была окончена, не ясным оставалось только одно: кто же победитель?
— Я убью тебя! — заорала дальняя гарпия. От её крика завибрировали камни. Партнёрши взмыли в воздух и кинулись друг на друга.
Я на секунду зажмурился. Дело принимало интересный оборот. Ссора могла хоть как-то помочь мне. Но как? Я перекатился на другой бок, извиваясь, осторожно подполз к краю пропасти и посмотрел вниз. Подёрнутый туманной дымкой, водопад бушевал над соседней скалой, низвергая свои воды в круглое озеро. Отсюда до поверхности воды было не меньше сорока метров.
Вдруг что-то привлекло моё внимание. Я напряг зрение. Так и есть! Зелёный огонёк призывно мерцал над самой водой — режиссёр включил портал. Дело за малым — всего лишь свалиться с обрыва и… Если бы не острые камни, торчащие над самой водой. Для того чтобы попасть в портал или хотя бы в воду, мне нужно было прыгнуть с обрыва далеко вперёд, желательно хорошо разбежавшись. В этот момент одна из гарпий коротко вскрикнула и бросилась наутёк от своих разъярённых сестриц. В её широко раскрытых глазах застыло отчаяние. Она летела прямо на меня, с трудом набирая высоту. Увенчанные кривыми когтями, птичьи лапы волочились по земле. Я дёрнулся, с ужасом ожидая смертельного удара, но через секунду понял, что целью гарпии был обрыв. Именно там внизу, под сводом бушующих водяных струй, она искала спасения от своих подруг.
Решение созрело мгновенно. Зрителям понравится! Чёрные крылья заслонили от меня солнце, в лицо ударило смрадом. В какой-то момент гарпия оказалась прямо надо мной. Когтистая лапа разодрала рубаху, оцарапав плечо. Я оттолкнулся локтями от земли, рванулся вперёд и… зубами впился в узкое сухожилие чуть выше короткого заднего пальца гарпии. Она коротко взвизгнула, но всё же рванулась вверх. Мои челюсти пронзила боль, заскрипели зубы. Мышцы шеи напряглись так, что хрустнул позвоночник. Я повис зубами на лапе летящего чудовища.
Когда каменистый обрыв остался позади, я разжал зубы. Сердце ухнуло и провалилось вниз, туда, где простиралась вспененная поверхность горного озера…
— Стоп! Снято!
Я грохнулся на бетонный пол павильона, больно ударившись затылком и, кажется, вывихнув плечо. Вокруг засуетились ассистенты, замелькали вспышки фотокамер. Озабоченно расталкивая остальных, подбежал доктор Хедоури со своим белым чемоданчиком. Я попытался улыбнуться и потерял сознание.
Уже через пару часов Мескон неистово тряс мою ноющую руку:
— Поздравляю вас, Джек! Очень неплохо! Очень!
— Наверное, получилось не по сценарию, — сказал я, борясь со спазмом в горле. Помимо всего прочего, после перехода через портал покалывало лёгкие и нестерпимо чесался нос.
— В нашем деле сценарий — не самое главное, — засмеялся Мескон. — Одно только сражение гарпий на порядок повысит рейтинг нашей картины.
Мескон покровительственно похлопал меня по плечу:
— Обязательно вспомню о вас, когда начнём работать над следующей картиной. Задумки уже есть.
Я покачал головой:
— Спасибо, мистер Мескон, вы очень помогли мне, но…
Режиссёр наигранно вскинул брови: — Но?
— Но я не думаю, что захочу вернуться туда, — закончил я, понимая, что подписываю себе приговор.
К моему удивлению, Мескон понимающе улыбнулся:
— Джек, вам нужно отдохнуть, набраться сил. Не торопитесь сжигать мосты. Мы ещё вернёмся к этому разговору.
Через час мы расстались с ним почти друзьями, чему немало поспособствовала бутылка отличного коньяка.
Я вошёл в свою пустую, холостяцкую квартиру. На память от Николь осталась только фотография в деревянной рамке. Ну что ж, девчонки, теперь я — при деньгах! Вот только поскорее бы проходил этот чёртов «синдром перехода» — нос всё ещё нестерпимо чесался.
Утром я проснулся от нестерпимого зуда по всему телу. «Возможно, — обычная реакция на переход. Надо было расспросить доктора», — думал я. Кое-как добравшись до ванной — ноги почему-то слушались плохо, — я заглянул в зеркало. Отшатнулся. Ужас! Всё лицо было покрыто отвратительными лиловыми пятнами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
