Следующее за тем посещение шахты номер шесть несколько подняло настроение Лаврова: проходка шахты шла по плану, и он остался доволен и работами и организацией поселка. Вызвав из Москвы на мыс Желания Березина и разрешив ему взять с собой для ознакомления со строительством корреспондента Эрика Гоберти, он встретился с ними в назначенном месте, и все трое в подводной лодке Лаврова направились к первенцу великого строительства – шахте номер три у острова Рудольфа.
Глава девятнадцатая
На дне океана
Капитан подводной лодки посмотрел наверх, на куполообразный матовый экран, и отдал команду:
– Внимание! Приготовиться ко входу в порт!
– Есть приготовиться ко входу в порт!
На нижней полосе экрана, впереди по носу, в обычной на этих глубинах тьме проступало круглое желтое пятно. Пятно быстро росло, светлело и наконец заполнило всю переднюю часть экрана. Через минуту в этом световом пятне уже можно было видеть сначала смутные, потом все более ясные очертания огромного сводчатого тоннеля, освещенного изнутри множеством ярких ламп. По обеим сторонам входного отверстия стояли широко раздвинутые половинки ворот. Внутри, на ровном дне, почти во всю стометровую длину тоннеля виднелись два странных сооружения, похожие на скелеты гигантских китов с поднятыми кверху короткими, широко расходящимися ребрами. На одном из этих сооружений, слегка охваченное с боков его ребрами, лежало длинное кашалотообразное тело, сильно расширяющееся впереди и суживающееся к заднему концу.
Было ясно, что на этом своеобразном ложе покоилась одна из тех советских подводных лодок, для которых прототипом послужил знаменитый «Пионер», совершивший в свое время первый в истории глубоководный поход через два океана, из Ленинграда во Владивосток.[43]
– Две сотые хода вперед! – отдал новую команду капитан.
– Есть две сотые хода вперед! – отвечал вахтенный лейтенант, работая на клавиатуре щита управления.
– Одна сотая право на борт! Так держать! Одна десятая хода вперед! Погружение три метра! Так держать! – следовали одна за другой команды капитана, и лейтенант едва успевал повторять и выполнять их.
Труднейшая операция входа в подводный порт-тоннель длилась, впрочем, недолго. Через десять минут подводная лодка легла рядом с первой, уже находившейся в порту. Внешние портовые ворота к этому времени автоматически закрылись, и заполнявшая тоннель вода стала быстро убывать. Скоро матово поблескивающее дно подводного порта совершенно обнажилось, но все его обширное пространство, залитое светом, оставалось пустынным. Тишину нарушали лишь громкие вздохи где-то скрытых воздушных насосов, восстанавливающих нормальное давление воздуха в тоннеле.
Наконец почти одновременно на правых бортах лодок откинулись широкие площадки и легли горизонтально над влажным дном. Из далекого конца тоннеля донесся мягкий грохот раздвигающейся стены. В широко раскрывшийся проход ворвались яркий свет и глухой шум человеческого поселения, отрывистые голоса людей, жужжание и гудение работающих машин, приглушенный лязг и скрежет металла.
Под сводами тоннеля послышался шорох катящихся на резиновых шинах электрических платформ. Электрокары остановились у откинутой площадки большой, ранее прибывшей подводной лодки. Изнутри ее показались люди, протянулась лента транспортера, выносившая на площадку тяжелые бочки, невидимые краны стали подавать тюки и ящики. Возгласы людей, грохот передвигающихся грузов, гудение крановых моторов, мелодичные звонки электрокаров гулко раздавались под сводами этого необычайного порта. Возобновилась прерванная на время работа по загрузке и выгрузке подводной лодки.
В раскрывшихся внутренних воротах порт-тоннеля показались два человека. Впереди торопливо шел пожилой полный человек с кругло подстриженной седой бородой, шапкой черных с проседью курчавых волос и живыми черными глазами под мохнатыми бровями. Он был одет в свободную коричневую куртку с отложным воротником и темным галстуком; куртку стягивал широкий пояс. За ним следовал смуглый молодой человек, почти юноша, с худощавым бритым лицом и большими горящими глазами.
На откинутой площадке подводной лодки появилась группа пассажиров в сопровождении капитана.
– Ну, еще раз спасибо, товарищ командир, за приятное плавание, – обернулся к капитану Лавров. – Идем, идем, товарищи! Вот и Гуревич спешит сюда, сейчас будет потасовка. Готовьтесь, товарищ Березин, – с веселой усмешкой сказал он, повернувшись к своему спутнику.
– Ну что же, – вздохнул Березин, смущенно улыбаясь и проводя ладонью по круглой бритой голове. – Я уже привык быть козлом отпущения.
– Такова, кажется, участь всех работников снабжения, – рассмеялся кто-то позади.
Разговаривая, все сошли с площадки и стали на влажное стеклянное дно тоннеля.
– Здравствуйте, Сергей Петрович! Здравствуйте, Николай Антонович! – приветствовал приезжих Гуревич. – Давненько не видали вас в нашей подводной берлоге.
– Немало, вероятно, здесь перемен, – говорил Лавров, пожимая Гуревичу руку и направляясь к выходу из порт-тоннеля.
Все последовали за ним. Вокруг сновали электрокары, в вышине проносились краны с тяжелыми грузами в цепких лапах.
– Немудрено, Сергей Петрович, ведь вы у нас не были, пожалуй, месяцев пять. Позвольте вам представить Андрея Глебовича Красницкого, начальника насосной станции.
– Рад познакомиться с вами, Андрей Глебович, – сказал Лавров. – Мне много говорил о вас Самуил Лазаревич – и только одно хорошее. Вы здесь, кажется, всего месяца два? Ну как? Втянулись уже в работу?
– С головой, Сергей Петрович, – ответил, слегка смущаясь, Красницкий. – Работа уж очень интересная. Я ведь с самого начала, как только был опубликован проект, стал его горячим сторонником. Я даже темой дипломного проекта взял разработку детали гидромониторной установки.
– Ах, вот как! – сказал Лавров, уступая дорогу стремительно несущемуся электрокару. – Так это ваш проект прислал мне Московский гидротехнический институт? Теперь я и фамилию вашу отлично припоминаю. Очень рад познакомиться с ва= ми. – Лавров, улыбаясь, оглядел юношу, потом вдруг прищурился и медленно произнес: – Позвольте… и лицо ваше кажется мне знакомым, где-то я вас видел. Вы не помните? Не встречались мы?
Красницкий смущенно посмотрел на Лаврова:
– Не помню, Сергей Петрович, не думаю.
– А! Вспомнил! – воскликнул Лавров, кладя руку на плечо Красницкому. – Ведь это вы выступали на дискуссии во Дворце Советов и предложили просить правительство о созыве комиссии?
– Ах, это… – смешался Красницкий – Да, это был я. Но ведь вас не было тогда на докладе профессора Грацианова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
