Дьюк высунул голову из-под куртки и спросил:
— Ты уверен, что из этого положения нет другого выхода? Может, попробуешь пуститься наутек?
Алвис покачал головой:
— Нет, сначала я выпотрошу хотя бы парочку этих чудовищ.
— Ага, значит, тебе надоело все время убегать?
— Примерно так.
— Ну как знаешь. Только не потеряй меня в схватке. Мы, дьюки, знаешь ли, теряемся. Еще иногда нас крадут. Но сейчас совсем другой случай.
Сказав это, Дьюк спрятался в карман и притих.
Между тем курули двинулись к Алвису. Сидевшие на крыше спрыгнули на мостовую и присоединились к своим товарищам. Сельда скомандовала:
— Берите его в полукольцо и нападайте. Всех он не убьет. А тот, кто уцелеет, отправится сегодня утром спать на полный желудок.
Курули зашипели.
Алвис взмахнул кинжалом:
— Если это будет еще возможно. Клянусь, распорю живот первому, кто ко мне подойдет.
Курули взяли его в полукольцо, и теперь оно сжималось. Юноше стало не по себе от этих уставившихся на него холодных, мертвых глаз, длинных, белых, тянущихся к нему рук.
Впрочем, отступать было поздно. Ничего не оставалось, как постараться продать свою жизнь подороже.
«Кто знает, — подумал юноша. — Может быть, мне еще удастся вырваться? Нападать курули будут всем скопом и, конечно, станут друг другу мешать. Убью их как можно больше, а потом попытаюсь прорваться к порту».
Он снова взмахнул кинжалом. Один из мертвецов лишился кисти руки и, отшатнувшись, едва не сбил с ног своего соседа. В этот момент на Алвиса бросились сразу два мертвеца. Полоснув одного из них по животу, юноша ловко перекинул кинжал в левую руку и вонзил его в грудь второго.
Курули попытался перехватить его руку, но Алвис уже выдернул кинжал и полоснул очередного сунувшегося к нему живого мертвеца по щеке, развалив ее, словно ломоть хлеба.
Сельда потеряла терпение и крикнула:
— Нападайте на него все сразу. Все! Задавите его массой!
Курули ринулись на Алвиса.
И тут началось что-то невообразимое. Больше всего это напоминало кучу малу. Алвис успел полоснуть парочку мертвецов, но тут кто-то схватил его за ногу. Юноша упал, на него рухнуло несколько курули. Каким-то чудом не выпустив кинжал из рук, Алвис умудрился вонзить его в живот навалившегося на него мертвеца.
Будь курули меньше, они бы его несомненно одолели, но они, как юноша и рассчитывал, мешали друг другу. Извиваясь, словно червяк, под грудой навалившихся на него тел, Алвис каким-то чудом умудрился отползти в сторону. Правая рука его оказалась свободна. Воспользовавшись этим, юноша снова вонзил кинжал. Вцепившийся в отвороты его куртки мертвец перестал двигаться и разжал руки.
Алвис врезал по чьей-то голове рукояткой кинжала и, отчаянно работая локтями, стал выбираться из «кучи малы». Один из курули попытался вгрызться ему в ногу, но всего лишь вырвал кусок материи из штанины. Другой схватил рукой за шею. Услышав, как совсем рядом с его правым ухом лязгнули челюсти, Алвис нечеловеческим усилием выдрался из рук противника и оказался на свободе.
В следующую секунду к нему протянулось сразу несколько рук, но Алвис уже вскочил и бросился наутек.
Оглянувшись на бегу, он увидел Сельду. Та все еще стояла на крыше.
— Прощай, королева! — крикнул Алвис. — Советую тебе сменить слуг. Уж больно они неуклюжи.
Он не удержался и расхохотался.
— Мы тебя найдем! — завопила Сельда. — Мы тебя обязательно найдем!
— Добавь сначала своим слугам прыти! — крикнул юноша. — Добавь им немножечко прыти.
Он хохотал и никак не мог остановиться. Схватка с курули заставила его осознать, что не все еще потеряно. Главное — он не умер и даже оставил с носом королеву живых мертвецов. Конечно, не будь у него кинжала охотника, курули сейчас наверняка уже обгладывали бы его кости. Но все-таки… все-таки… он остался жить. И это было не так уж и плохо.
«Итак, врагов стало несколько меньше, — подумал Алвис. — Вот именно — несколько. Если считать с членами гильдии воров, то их даже сейчас более чем достаточно».
Эта мысль его несколько отрезвила. В самом деле, он выиграл один бой, но враги в любую минуту могут запросто с ним сквитаться. И до тех пор, пока не кончится ночь красных дьяволов, он не может покинуть этот город.
«А почему нет? — подумал Алвис. — В этом городе становится опаснее, чем в ночь красных дьяволов. Может быть, и в самом деле, оставшись в нем, я сделал ошибку? В любом случае ее можно исправить. Надо дождаться утра и удрать. Куда угодно, хоть обратно на дорогу, лишь бы подальше от курули и головорезов. Дождаться утра…»
Темный шар со светящимися глазами и полыхающим огнем ртом едва не закатился ему под ноги. Перепрыгнув через него, Алвис покачал головой.
Каких только тварей не появляется на улицах в ночь безумных предсказателей! По крайней мере, ничего подобного этому шару он за свою жизнь не видел.
Конечно, в другое время он бы обязательно остановился и рассмотрел этот шар получше. Но только не сейчас. Тому, за кем гонится стая живых мертвецов, тратить время на пустое любопытство не стоит.
Алвис пробежал еще один квартал и свернул на другую улицу. Теперь порт был совсем рядом. Юноша уже слышал отдаленный плеск волн.
Он оглянулся. Улица позади него была пустынна.
Стало быть, он оторвался от преследователей. Надолго ли? Впрочем, теперь у него была фора во времени. Ее надо использовать. Как?
Алвис понимал, что без денег попасть на какое-нибудь судно будет очень сложно. Впрочем, он верил в свою удачу. Она уже выручала его не раз.
Улица кончилась. Перед юношей был порт. Не сбавляя скорости, он кинулся к причалу.
Кстати, теперь на нем толпилось несколько десятков человек самой причудливой наружности. Похоже, в порт совсем недавно забрела толпа безумных предсказателей. Некоторые из них сосредоточенно созерцали море, словно надеясь в его просторе найти ответ на какие-то очень важные вопросы. Другие, присев прямо на доски настила, читали толстые, переплетенные в кожу тома. Третьи вполголоса разговаривали. Лица у них были очень серьезные.
Алвис подумал, что у предсказателей, видимо, наступило время медитации. Интересно, сколько оно продлится?
У причала стояли четыре корабля. Два из них были самыми обычными рыбацкими шхунами и ничем особенным не выделялись. Еще одно судно наверняка прибыло в порт издалека. Алвис безошибочно определил это по украшавшей его нос деревянной фигуре единорога. Насколько он знал, такие фигуры ставили на нос своих кораблей лишь купцы из далекого южного города Гам. Четвертое судно было паровым. Корпус оно имело плоский и широкий, целиком сделанный из обработанного особым составом листа гигантского дерева фуху. Такое судно мог себе позволить лишь очень богатый человек, поскольку один корпус, не говоря уже об остальном оборудовании, стоил баснословно дорого. Правда, такая цена компенсировалась тем, что суда, сделанные из листа дерева фуху, славились своей необыкновенной прочностью. Состав, секрет которого хранили лишь несколько мастеров, делал гигантские листья прочнее железа. При этом они оставались почти такими же легкими, как до обработки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
