о том, зачем я вообще пришла к Змию.
– А я думал, просто соскучилась, – усмехнулся декан. – Но нет, Маша, я по-прежнему категорически против.
– Неужели ты не понимаешь, мне магией пользоваться нужно, – вздохнула грустно. – Хоть по чуть-чуть, хоть изредка, но нужно. Она ведь наружу рвется. Да и скучно мне в Академии. Русалки вон в прудах плещутся, у оборотней своя чаща есть, лешим деревьев понасажали, для фей состязания на маневренность полетов устроили. А для меня ничегошеньки.
Ну, с русалками я слегка приврала – по зиме никто из них в прудах не плескался, только разве чтоб весточки родным передать. А так, они в ваннах отмокать предпочитали. Уля там порой пару часов проводила, хорошо хоть прежде спрашивала, нужно кому туда, или нет.
Зато состязания фей действительно существовали. Через полтора месяца, на весеннее равноденствие, как раз начинались отборочные к всесказочному турниру, и наши феи активно рассекали по столовой и коридорам общежития, чтобы подготовиться. Профессора их, правда, упорно на улицу выгоняли, только на морозе у многих крылышки застывали.
– Ладно, уговорила, – улыбнулся декан. – Идем.
– В другой мир? – я приготовилась призвать магию.
Дверь в круглую комнату можно было из любого места открыть, а немагический квадрат мы лишь для скрытности прежде использовали.
– Не совсем, – покачал головой Змий. – Я все еще против этого. Но развлечение тебе организовать вполне смогу.
И он пошел в сторону выхода.
Я поспешила следом, хотя первое, что мне представилось – это работа в библиотеки. А что, вполне себе в духе декана развлечение, книжки перебирать.
– И что ты прицепилась с этой библиотекой? – закатил глаза дракон.
Вдвоем мы вышли на улицу, дошли до стадиона. Змий щелкнул пальцами и по его периметру на секунду вспыхнули рыжие искры, тут же погаснув.
– Фейерверки пускать будем? – вскинула брови я.
– Ну, если ты так хочешь… вообще, думал устроить тебе полеты на драконе…
– Согласна! – недослушав, перебила. – Только чур верхом, а не на хвосте.
Летать на Змые мне понравилось – захватывающие чувства. А если еще и попу при этом морозить не будет – вообще красота.
Змий крыло подставил, да так удобно, будто в самолет по трапу взошла, а не на дракона взгромоздилась.
– Добро пожаловать на борт авиакомпании Горыныч, осуществляющей ограниченные пассажирские перевозки. Капитаном вашего корабля назначен Змий, который самый светлый, – усмехнулся дракон. – Устраивайтесь поудобней, пристегните воображаемые ремни, крепко возьмитесь за шейные наросты. Крепче, чем за хвост в прошлый раз.
Смотри-ка, настроение у декана сейчас хорошее, сразу видно. И шуточки шутит.
Сидеть на нем было очень даже удобно – подогрев, все дела. Будто не на крылатой зверюге расположилась, а в машину села. Наросты как раз прям в руки просились, и попе тепло очень.
– Устроилась? – хмыкнул Змий. – Тогда идем на взлет.
Сделав пару шагов, он замахал крыльями, обдув меня ветром, а после оторвался от земли. Глаза засыпало снегом, но как только я смогла их открыть, то натурально о…балдела.
– Полет проходит на небольшой высоте, но вы можете оглядеть прилегающие окрестности, – прокомментировал Змий. – Еще раз напоминаю, что нужно держаться крепко и по спине не разгуливать.
Разгуливать я точно не собиралась, а держалась так, что аж пальцы сводило.
Сейчас мы летали в пределах стадиона, на который Змий наложил невидимость. Чтоб, значит, сберечь свою профессорскую честь, ага.
Но даже отсюда Академия была как на ладони. Никогда прежде не видела ее с такого ракурса – все либо снизу, либо из окна. Ну и с крыши однажды.
Здание замка пестрело башенками, переходиками, пилястрами и прочей архитектурной чушью.
Эх, вот бы еще выше подняться. Может хоть оттуда туман, что окружал Академскую территорию даже в самые лютые морозы, рассеется.
– Туман, Маш, для защиты, – пояснил Змий. – А выше нельзя, иначе заметят.
Вот тебе и хваленая магия Древних. Даже у очкастого мальчика мантия-невидимка была, а тут бог почти что и ничего.
– Силы надо рационально тратить, – вздохнул дракон. – С умом. Они же не бесконечны.
А потом, вопреки своим словам, дохнул огнем, что внезапно нас коконом окутал. Стало гораздо теплее. Круто, не мог раньше что ли такое провернуть?
На очередное возмущение декан реагировать не стал, хотя клянусь, я почувствовала, как глаза закатил.
Поднялся выше, покинув пределы защитного купола стадиона, покружили над замком.
– Класс, – крепко держась за дракона, немного свесилась вбок, чтобы лучше видеть. – А как в фильме можешь?
– В смысле?
– Ну, высоко подняться, превратиться в человека, чтоб мы среди облаков поцеловались, потом снова обратно в дракона… романтика.
– Маш, лет тебе сколько?
– Двадцать один летом стукнуло…
– А ты в школе хоть училась? В обычной, человеческой?
– Да…
Что-то слишком подозрительные вопросы мне Змий задает. Удумал чего-то.
– Ведерко рядом ставила?
– Какое ведерко?
– Чтоб знания, которые в тебя впихнуть пытались, обратно через уши не вытекали.
– Да ну тебя, там, зато красиво было, – и фыркнув, я попыталась отвернуться.
Только пользы не вышло, потому что голос Змия звучал внутри головы, а не снаружи.
– Красиво, потому что фильм. В реальности у тебя бы рот от встречного ветра раздуло. А с учетом того, что сейчас зима, еще б и снегом набило, – хмыкнул Змий. – Да и целоваться в таких условиях мало приятного.
– Не романтик ты. И вообще, измерение же сказочное. Может и гравитация здесь волшебная.
– Не романтик, – согласился декан. – А гравитация тут обычная. Которая притягивает. Чтоб дома на месте стояли. И нас бы с такой высоты на шпиль замка быстрее бы накололо, чем мы поцеловаться успели.
– Жаль.
Полетав еще немного, мы вернулись – за пределы Академии Змий меня даже после «пожалуйста» не вынес. Правила ведь.
С высоты казалось будто весь сказочный мир – это и есть сам замок, а вокруг туман и пустота. Аж любопытно стало, что же такого они там скрывают.
– Ничего, Маш, никто не скрывает, – сказал вслух Змий, превратившись в человека. – Не строй теории заговора там, где их нет.
– А где они есть? – усмехнулась я.
– Нигде нет, – ответил Змий, хотя на секунду показалось, что запнулся немного.
Может и правда, воображение слишком богатое? Надо будет у Ули спросить, она-то знает.
– Или дождаться лекций по сказографии на эту тему, – фыркнул декан. – Академию вроде к концу года проходят.
– Ну или так, – пожала плечами.
Сказография оказалась весьма обширным предметом, включавшим в себя не только простой ландшафт измерения, но и то, какие королевства и где находятся, кто где правит, кто с кем враждует. А изучать нам ее предстояло все четыре года, постепенно углубляя знания.
Вернувшись в комнату все же решила спросить у
