Она проглотила комок в горле. Слезы брызнули из глаз. Саша знала, что не скоро увидит людей из своей прошлой жизни, а может, больше и не увидит никогда.
– Я понимаю, – ровным голосом произнес Толик. – И догадываюсь, что ты не захочешь назвать свой новый адрес. А кто теперь будет платить Гале?
– Я передам деньги. Ты… не волнуйся!
– И действительно, из-за чего бы мне волноваться? – вдруг насмешливо проговорил он и зло добавил: – Разве только лишь из-за того, что моему другу попалась баба-сволочь!
– Но ведь я делаю это и из-за Давида тоже, – прошептала Саша в телефонную трубку, ответившую ей резкими короткими гудками.
Все внезапно поплыло у нее перед глазами. Саша едва успела прислониться к стене и медленно осела на пол. Очнулась она от того, что домработница Света трясла ее за плечи и кричала:
– Александра Степановна! Что случилось?! Что с вами?! Что?!
– Не знаю! Наверное, слишком крепкий кофе выпила, – спокойным слабым голосом ответила Саша, хотя догадалась, что в ее организме зародилась новая жизнь. Ах, какое было бы счастье, если б этот малыш оказался ребенком Давида… Почему у них ничего не получилось?
Она поднялась на ноги и, покачиваясь, пошла в ванную. На полдороге остановилась.
– Света! Пожалуйста, не говорите никому, что я теряла сознание.
– И Юрию Андреевичу тоже? – заискивающим тоном спросила та, с тревогой глядя на хозяйку.
– Ему я сама скажу. – Саша знала, что домработница обо всем докладывает Юрию.
13. Чужая жизнь
Юрий не задал Саше вопросов по поводу ее самочувствия, и она поняла, что Света, вопреки обыкновению, ничего ему не рассказала. Это было странно. «Неужели она поняла, что я – не та Саша? Может, настоящая хозяйка больше общалась с ней? Делилась проблемами? Я пропаду, пропаду», – в смятении думала Саша, и сердце стучало в такт ее мыслям, часто и тревожно.
Этим утром они улетали в Женеву на личном самолете Юрия. Удивляться данному факту у Саши не было сил, ее мутило еще больше, чем накануне: наверное, сказались последние переживания.
Когда самолет оторвался от взлетной полосы, ей стало совсем плохо. К физическому дискомфорту примешивался болезненный, сосущий страх. Саша боялась авиакатастрофы, боялась своего разоблачения, боялась незнакомой страны, неизвестного будущего и того, что она уже никогда теперь не вернется в прежнюю жизнь.
Именно сейчас, в чужом мире, с чужим мужем, оставляя сына, мать и любимого, она часто думала о Давиде, особенно поняв, что опять ждет ребенка. Мысли метались от прошлого к будущему, и порой происходящее казалось ей нереальным, словно она смотрела остросюжетный фильм с собой в главной роли.
Самолет набирал скорость и высоту. Саша закрыла глаза. Юрий положил горячую ладонь на ее руку и шепнул:
– Не бойся! Со мной ничего не бойся!
Она благодарно кивнула, догадываясь, что на самом деле страх быть разоблаченным преследует и его. Саша понимала, что прислуга в Швейцарии знает «ее» гораздо лучше, чем Света в Киеве, и там нельзя совершить ошибки в поведении, манерах, привычках.
Когда стюард пошел разогревать обед, она попросила Юрия:
– Ты не оставляй меня одну, хотя бы пару дней. Я же ничего не знаю… – Она сжала его руку.
– Главное, не волнуйся! Ты хозяйка и моя королева! – Он улыбнулся бледной Саше.
– Я постараюсь! – дрожащим голосом ответила она.
Стюард поставил салаты и налил белое сухое вино «Шабли», даже не спрашивая, зная привычки хозяйки.
– Спасибо! – Саша поднесла бокал к губам.
Стюард сделал большие глаза, кивнул и пошел за хлебом.
– Моя жена никогда не говорила обслуживающим ее людям «спасибо», она кивала головой.
– Ну вот видишь, я обязательно проколюсь!
– Смотри на меня, я тебя выручу! – Он чокнулся с Сашей и отпил вино.
…Женева встретила их солнцем и яркими летними красками. За границей Саша оказалась впервые, но у нее возникло ощущение, что она здесь уже бывала. Лишь потом девушка догадалась, что видела все это в любительских фильмах Юрия.
Внутри «Мерседеса» пахло кожей и роскошью.
– Вот водичка! Попей, – ласково сказал Юрий, протягивая ей маленькую пластиковую бутылку, покрытую капельками влаги.
– Здесь что, холодильник? – удивилась Саша.
Он рассмеялся:
– Здесь? Здесь все «как в лучших домах Лондона и Парижа»! Поехали!
Саша смотрела в окно и не могла оторвать глаз от окружавшего ее пейзажа: затейливых цветников, бегущих вдоль дороги, дымчатой кромки леса на горизонте, пронзительно-белых, подсвеченных солнцем облаков.
Через час они подъехали к дому, который уместнее было бы назвать дворцом. Ухоженные клумбы, фонтанчики, даже маленькое озеро и огромные деревья, среди которых виднелись беседки, – все говорило о стабильности и достатке. К парадному входу вела великолепная мраморная лестница. Саша с улыбкой подумала о том, как обрадуется Павлик, когда она привезет его сюда и, взяв за руку, поведет вверх по этим белоснежным ступеням, но потом вспомнила, что здесь Павлику побывать не суждено. Мысли о сыне нарушили едва установившуюся в ее душе гармонию, и в дом Саша вошла с уже привычным ей настроением, в котором мешались тоска, отчаяние и страх.
В огромном холле был такой высокий потолок, что у нее закружилась голова и, если бы не вовремя подставленная рука «мужа», Саша наверняка бы грохнулась на пол.
– Добрый день, Варенька! – бодро поприветствовал Юрий молодую ухоженную женщину в белоснежном кружевном фартуке, которую назвать служанкой можно было разве только лишь с большой натяжкой. – Госпожа устала, да и не очень хорошо себя еще чувствует после операции. Проводи ее, а то не дай бог упадет!
Варенька, потупив глазки, кокетливо улыбнулась, и Саша поняла, что Юрия и эту девушку связывают отношения отнюдь не невинные. «Надо быть осторожной!» – подумала она, едва успевая за шустрой служанкой. Боковым зрением Саша отметила, что на стенах много картин в золотых рамах: шедевры экспрессионистов вперемешку с классицизмом. Интересно, это дань моде или действительно увлечение?
Поднявшись наверх и завернув за угол, Варя распахнула двери.
– Все, как вы любите, госпожа! – Саша кивнула. – Вещи принести сейчас или позже? – Она пытливо посмотрела на резко помолодевшую хозяйку.
Саша махнула рукой, давая понять, что ей все равно. На интуитивном уровне она догадалась, что поступила правильно. Как только дверь бесшумно закрылась, Саша вздохнула. Она не знала, что ей сейчас делать, и в растерянности принялась ходить по спальне, разглядывая и трогая дорогую мебель, словно безжизненное дерево могло дать ей какую-нибудь подсказку. Вдруг дверь распахнулась, и Саша увидела Юрия, а за его спиной раскрасневшуюся Варвару, в руках которой были чемоданы. Юрий глазами показал девушке, где их поставить, и, когда она, выполнив это, ушла, крепко обнял Сашу.
