тоже весь измазанный кровью. Пол был усеян серебряными и золотыми монетами, глиняными черепками и каким-то тряпьем. Стоял удушливый запах паленой шерсти.
– Что здесь произошло?! – в голосе Тофона звенела сталь.
Он с силой толкнул дверь. Тело Акматида сдвинулось на бок и уперлось в стену.
Алексиус безучастно посмотрел на хозяина и опустил руки. Несколько мгновений он собирался с мыслями, пытаясь совладать с гулкими ударами сердца и тяжелыми хрипами, вырывавшимися из его груди.
Наконец он нашел в себе силы ответить:
– Это был… спартанский шпион… Он хотел узнать, как я прочел те письма.
– Какие письма? – оторопело спросил Тофон.
– Которые нашли у Полизала. Помните судебный процесс?
Тофон недоверчиво покачал головой и переглянулся с Анитом, стоящим поодаль.
– Акматид, кажется, сегодня что-то спрашивал про суд… – в голосе Тофона звучали сомнение и тревога. – Мне это показалось странным… Но чтобы он оказался спартанским шпионом… – эллин покачал головой и снова оглядел каморку. – А что это за деньги?..
Леша отвел глаза:
– Спартанец хотел подкупить меня…
– Клянусь богами, это просто чушь! Здесь же сотни драхм!
– Он лжет, отец, – тихо сказала Пандора.
– Что?! – Тофон вздрогнул и повернулся к девушке. – Что ты хочешь сказать, дорогая?
– Он лжет! – громче повторила Пандора. – Я была здесь и все видела и слышала!
– Ты была здесь? Зачем?!
Пандора переступила порог комнаты и подошла к отцу. Тофон ободряюще коснулся ее плеча.
– Я вышла во двор помолиться богине и услышала странный звук… – девушка пристально посмотрела на Алексиуса.
Он напрягся.
Пандора прищурилась и с легкой усмешкой продолжила:
– Этот раб что-то затеял. Что-то нехорошее. Акматид в этот момент тоже вышел во двор. Он увидел Алексиуса и пошел за ним. Думаю, что Акматид поймал этого раба с поличным, а тот накинулся на него и убил.
– Госпожа! Но ведь это неправда! Я никуда не выходил!
– Ты обвиняешь меня во лжи, мерзавец?
– Госпожа, умоляю, вспомни хорошенько! Ты была за дверью? Может, слышала наш разговор?
– Да. Я отлично все слышала… – Пандора помолчала, словно собираясь с мыслями и припоминая что-то важное. Ее щеки залил густой румянец. Она отвела глаза от Алексиуса и продолжила: – Акматид увидел что-то подозрительное и пошел за Алексиусом в его комнату. Раб умолял не выдавать его и сулил Акматиду много денег. Но Акматид отказался покрывать его. Тогда Алексиус набросился на нашего гостя, а я стала звать на помощь.
– Они говорили что-нибудь про Полизала или письма?
Пандора снова пристально взглянула на Алексиуса. С каждой секундой ее взгляд становился все надменнее, увереннее и спокойнее. Румянец сошел. Щеки побелели. На тонком изящном лице проступили скулы.
– Пандора! Они говорили что-нибудь про письма? – нетерпеливо переспросил Тофон.
– Нет!
– Ты уверена? Может, ты что-то не расслышала?
– Я слышала абсолютно все с того момента, как Акматид вошел в комнату. Что ты медлишь, отец? Этот раб убил твоего гостя! Нарушил священные законы гостеприимства! Предал тебя и нашу семью! – голос девушки звенел в ночной тишине. – Он вор и убийца!
– Это ложь… – тихо сказал Алексиус. – Зевс свидетель, это ложь. Ты готова поклясться перед богами, госпожа?
Пандора пренебрежительно поморщилась:
– Как ты смеешь поминать богов после всего, что сделал? Я не собираюсь клясться перед тобой! Слишком много чести для такого мерзавца!
Алексиус посмотрел на Тофона и понял, что надежды нет. В глазах хозяина были ледяное презрение и обещание неизбежной кары.
– Ты обманул… – Тофон осекся. – Нет, ты предал меня и мою семью. Ты предал этот дом и этот город…
Лицо Пандоры скривилось в презрительной и торжествующей ухмылке.
Эллин расправил плечи. Казалось, что он стал выше ростом, на скулах играли желваки.
– Именем Зевса, я лишаю тебя своего покровительства! Перед лицом всех богов я клянусь, что ты понесешь наказание за свое преступление и…
Неожиданно даже для самого себя Алексиус вскочил и прыгнул к Пандоре. В его руке блеснул нож.
Он схватил девушку и прижал лезвие к ее тонкой шее:
– Всем отойти! Живо!
5
Позже, вспоминая этот момент, Алексей никак не мог понять, что же толкнуло его на столь чудовищный и безрассудный поступок. Полнейшая безысходность, чувство глубокой несправедливости, злость на Пандору за обман… Или было достаточно лишь одного ее надменного взгляда? Он дрожал от страха и ярости, а еще от того, что чувствовал сквозь хитон тепло ее тела, а волосы девушки щекотали его нос.
Тофон окаменел от ужаса: замер с разведенными в стороны руками, то ли удерживая слуг, то ли готовясь к прыжку. Его взгляд впился в лезвие ножа, прижатое к шее Пандоры.
– Всем отойти! – повторил Алексиус.
Тофон стал пятиться назад, оттесняя подоспевших слуг. Комната опустела.
Алексей стоял у стены, отгородившись девушкой, как щитом. До него постепенно стало доходить, что он сделал. Навалившиеся стыд, страх и отвращение мешали соображать.
Он потряс головой, отгоняя нахлынувшие мысли. Нужно действовать! Не останавливаться и не сдаваться! Нельзя дать Тофону прийти в себя. Здесь он в ловушке. Но и пешком отсюда не уйти. Нужно потребовать лошадь и перейти в другое место с хорошим обзором и несколькими выходами.
Продолжая одной рукой удерживать Пандору, Алексей подобрал несколько мешочков с деньгами и сунул их за пазуху. Затем шагнул вперед, подталкивая девушку к выходу. Но Пандора упиралась.
– Пошли! Быстро!
– Лучше убей меня, раб! Я не пойду с тобой, – девушка с силой толкнула Лешу.
Он испугался, что поранит ее, и перехватил Пандору свободной рукой, отведя руку с ножом за спину. Еще один рывок, и Леша понял, что не сможет ее удержать.
Крохотный огонек последнего уцелевшего светильника еле освещал комнату. Леша обвел каморку быстрым взглядом, пытаясь сообразить, что делать дальше. Потом толкнул Пандору вглубь комнаты, захлопнул дверь и подпер ее. Обессиленно привалившись к двери, он смотрел на девушку. От толчка Пандора упала на соломенный тюфяк, служивший Алексею кроватью. Теперь, брезгливо морщась, она поднималась, стряхивая с себя налипшую солому.
– Зачем ты обманула отца? – чуть ли не крикнул Леша срывающимся голосом.
– Я сказала правду: ты убил нашего гостя.
– Но если ты была за дверью, ты все слышала. Он ведь спартанский шпион!
– Это не снимает с тебя вины.
– Но… Ведь… Ты… – Алексей пытался найти слова. – Госпожа Пандора, пойми, дело не во мне! Если я виноват – накажи меня! Но спартанские шпионы – угроза всему полису!
– Угроза моему городу – такие мерзавцы, как ты, которые втираются в доверие к благородным гражданам, а потом грабят их, оскорбляют богов, нарушают клятвы и обеты!
