Доргон.
— С-с-сукин сын, — зашипел Джош. — А уверял меня, что не слышал о рабах-квантрах.
— Вы не поняли, — вежливо поправила его Пенелопа. — Не сукин, а кобелиный. Ягуар принадлежит младшему сыну Орана Доргона, брату Гвендолин. Сам рроу Доргон на Арене не бывает и в дела сыновей почти не вмешивается.
— А этот младший здесь?
— Разумеется. В ложе С24.
Джош решительно кивнул и поднялся. Арена его интересовала теперь мало. Подозвав администратора, он озвучил тому свое желание переговорить с рроу Доргоном, получил согласие и, дернув Саманту за руку (оставлять ее без присмотра он побоялся), отправился на другую сторону трибун.
Доргон-младший был совсем еще молодым парнем, не старше самого Джоша. Саманте он категорически не понравился: какой-то сальный взгляд, плотоядно оглядевший ее с ног до головы, щегольские тонкие усики, красные пухлые губы. Как и Гвендолин, рроу Доргон был рыжим, но не таким, как сестра — чуть светлее и в веснушках.
— Рроу Да-Эдра? — удивленно протянул он. — А кто вы, черт возьми, такой? И что вам от меня надо?
— Я межпланетный посол с Квантра-14, — терпеливо, как ребенку, пояснил Джош. — Уполномоченный на выкуп из рабства своих соотечественников. Разрешение от межгалактического сообщества имеется.
— И чо? — Доргон младший явно дурачился.
— Раб по имени Ягуар вам принадлежит? Я хочу его выкупить.
— Ну допустим, мне. А с чего вы взяли, что я его продам?
— Статья 41, пункт 21-с. Уполномоченные представители планет, входящих в межгалактический союз, имеют право выкупить своего соотечественника по рыночной стоимости вне зависимости от согласия собственника.
— Да ладно! — страшно удивился парень. — Правда, что ли? — он набрал на браслете код и попытался кому-то позвонить, а потом выругался: Глушилка же!
Джош со скучающим лицом наблюдал за боями.
— Ладно, — театрально вздохнул рыжеволосый. — Предположим, есть такая статья. Ла-а-адно! Все равно Ягуара в любой день могут убрать, нельзя три раза подряд побеждать в финале Черного Великана. Рроу Корсу это не понравится. За мертвого или искалеченного хвостатого я не получу ничего, а тут баблишко. Не помешает, на самом деле. Пойдем наверх, там сеть. Посмотрю, почем нынче пятикратные победители Арены на рынке.
Джош похолодел. Интуиция ему подсказывала, что пятикратный победитель Арены стоит несколько дороже обычного раба. Между тем, денег у него оставалось не так уж и много. Из положенных ему трех месяцев прошли почти два. Кормить приходится трех человек. Саманте нужна одежда и всякие женские штучки: не покупать же ей какое-нибудь дешевое дерьмо? Комбинезон на ней был сшит модным дизайнером. Босоножки из змеиной кожи. Дома у него был доступ к семейным деньгам, а здесь — только выданная на расходы сумма.
Но прозвучавшая цифра буквально оглушила его.
— Десять тысяч тарэ? — переспросил он придушенно. — Вы шутите?
— Не верите? Посмотрите сами! А Черный Великан еще дороже… Ну что, выкупаете?
— У меня нет таких денег, — сглотнул Джош. — Но я попробую их достать.
— Я готов пойти вам навстречу, — ухмыльнулся Доргон. — Девочку во сколько оцениваете? Сертификат на нее у вас с собой? Хирургические вмешательства во внешность были, или натуралка?
В первый момент Джош даже не понял, что ему предлагают, во второй — пристально оглядел испуганную Саманту с ног до головы.
— Не продается, — наконец, с притворным сожалением развел он руками. — Дайте мне неделю срока.
— Разумеется, — с готовностью согласился рыжеволосый. — Обращайтесь. К тому же сегодня финал. Следующие игры начнутся через десять дней. Не выкупите — запущу Ягуара на новый круг.
— Я могу с ним переговорить?
— Приезжайте ко мне, — предложил Доргон. — И девочку берите. Раз уж вы не хотите ее продавать, дадите напрокат. Я скидку вам нарисую за это. Позвольте? — он набрал что-то на браслете, нажал кнопку. Браслет Джоша пиликнул. — Адрес я скинул, мой код тоже. Ой, там первый бой закончен! Пойдемте скорее, а то всё пропустим!
— Я, пожалуй, домой, — отказался Джош. — Дела, знаете ли, неотложные. Утюг дома включенным оставил.
— А, ну если утюг, — понимающе кивнул рыжеволосый. — До встречи. Жду вашего звонка.
Джош и Саманта вышли наружу, глотнули свежего воздуха с привкусом моря и медленно побрели в сторону дома.
— Ты и в самом деле хотел меня продать? — поинтересовалась девушка.
— Ага. Твоя рыночная стоимость перекроет половину суммы за Ягуара.
— Но не продал.
— У меня все равно нет второй половины, — ответил квантр уныло.
— Что ты будешь теперь делать?
— Домой звонить. Просить денег. Что еще-то? У меня реально нет таких денег, Сэм! И не смотри на меня, у тебя тоже нет. Сама же знаешь, генетическая экспертиза показала, что ты не дочь сенатора Дэйлиса и не можешь претендовать на наследство. А на леди Дэйлис было записано не так уж и много.
— Я напишу маме. Она что-нибудь посоветует. Сколько ей дали тюрьмы, не помнишь?
Джош внезапно остановился и недоуменно посмотрел на девушку.
— Куда напишешь? Сэм… Ты не знаешь? Твоя мама умерла чуть больше года назад. Сердечный приступ.
Глава 25. Мельничный жернов
Амадея, около 13 месяцев назад
Хурт переключил тумблер и нажал несколько кнопок. Покосился на подключенный планшет, и снова пробежал пальцами по кнопкам.
Ну не любил он эту виртуальную фигню. Окна, голограммы. Не то, чтобы он ими пользоваться не умел, но не любил. То ли дело рычажки, тумблеры, на худой конец — кнопки. Ощущение давления, вибрации под пальцами. Как ответ самого корабля на его подбадривание и комплименты.
Вот взять хотя бы эту яхту. Челнок челноком, прогулочный вариант. Последний кораблик, на котором будут искать контрабандиста и убийцу под грифом "особо опасен".
Ведь на вид и не скажешь, что сияющий новенькой краской корпус выполнен из особого сплава, способного сдержать прямо наведенный лазер. Да и ионные бластеры тоже, не вечно, конечно, но довольно долго. А уж про начинку и говорить не стоит — один только генератор полей даст фору любому флагману безопасников.
Хурт погладил консоль.
— Хорошая девочка. Если продержишься так ещё два гиппера, получишь апгрейд турели и ионный накопитель. Заслужила.
С такой теплотой он никогда не разговаривал с людьми. Даже с
