четвёртого уровня. И тут эффект мне уже больше понравился. Там, где раньше были непробития, были не только вмятины, но и следы от в прямом смысле слова разорванного металла. Сама броня в этом месте не поддалась, но вот энергии удара хватило на то, чтобы именно разорвать доспех. Положительный момент. Очень.
Ещё минут пятнадцать я точно игрался со способностью. Было жутко интересно, как в итоге получится всё это при разных обстоятельствах, когда я не выбираю, куда именно будет применена способность, когда всё это делало подсознание и так далее. Иногда получалось так, что теневой клинок мог просто пробить стопу, иногда бил ровно в пах, иногда появлялся так, что не дотягивал до противника, к которому тянулся. Такая погрешность была маленькой, но… она была. А это впустую потраченная магическая энергия. Надо больше тренироваться. Но не сейчас.
Покинув комнату для тренировки способностей, я тут же увидел снова всех присутствующих. Они появились как рябь на воде. Сложно описать. У меня даже возник когнитивный диссонанс из-за этого. Я в прямом смысле слова завис от этого. Даже возникло желание погулять так, смотря на этот эффект, но меня отвлёк собеседник.
— В первый раз, да? — усмехнулся тот самый маг молнии, который отлично защищал город во время нападения демонов. — Вроде герой города, столько раз геройствовал, а некоторым обыденным вещам удивляешься, как ребёнок.
— Для кого-то, может, и обыденные, — посмотрел я на него. — А для кого-то нет. Я привык свои способности проверять в бою. Ибо тут… лишь имитация. Нет того накала страстей, нет этого чувства страха. Мне не понравилось. А вот этот раздел… он впечатлил, да.
После мы перекинулись с ним парой слов. Парень оказался не прост, почти сто шестидесятый уровень, прошёл пятый предел спиритических способностей. Этим можно было гордиться. Я бы хотел проверить свои способности против него, но не сейчас. Сейчас я направился к Рыжему.
Глава 16
Рыжий, как обычно, был на своём месте, лупил молотом по заготовке, при этом безумно улыбаясь. Нет, это был не мой меч, просто какой-то клинок, по форме самый обыкновенный короткий меч. Но даже тут гном вкладывал себя полностью, ему нравилось этим заниматься здесь, нравилось заниматься и в прошлом, в реальном мире.
Прошло минут пятнадцать после череды нагревов и ударов по металлу. Он опустил ещё раскалённую заготовку в бочонок с маслом, как я понял, после чего достал из сумочки «останки» от призраков, эфир, или как там правильно это называется, и посыпал чуть-чуть в масло. То засветилось, но свечение быстро исчезло, а гном стал улыбаться ещё шире.
— Именно поэтому я и попросил половину всей этой дряни, — усмехнулся он, подняв на меня взгляд. — Здоров, Тень. Я думал, ты придёшь пораньше. Но в любом случае ты вовремя. Я как раз планировал заниматься твоим клинком.
— С удовольствием посмотрю, — кивнул я и замолк, наблюдая за дальнейшими действиями гнома.
Тот взял клинок, рукоять, гарда и эфес уже отсутствовали, кинул всё это в специальный чан, который грелся до огромных температур. После этого он достал немного костяной пыли, бросил её в пламя, а эссенции призраков добавил в тот самый чан, в котором сейчас плавилось лезвие.
— Твой клинок был закалён рунами Войны и Смерти, — с улыбкой на лице и огнём в глазах, он начал рассказывать то, что делал, но отдалённо, только для понимания, почему раньше не получалось. — И этот металл по законам этого мира обычным огнём нельзя было расплавить. Нужно было что-то особенное, — сделал он паузу, заглянув в полость и широко улыбнувшись. — Нужно было то, что символизирует и Войну и Смерть. Кости скелетов, оживлённых магией, и эссенция призраков идеально подошли для этого. Они были воинами, что при жизни, что после смерти. Война удовлетворилась этим, позволив воздействовать на благословленное ею оружие. А так как они были неживые, но ныне окончательно умерщвлены, а их останки используются в благих целях… то и Смерть, которая отвечает за процесс циркуляции жизни и смерти, тоже осталась довольна, разрешив изменять металл. И вот сейчас, — он наклонил чан, из которого в подставленную заготовку начал выливаться раскалённый металл, — я смогу перековать твой клинок. Скажу даже больше. Он станет лучше, сильнее, относительно рун. Ибо они насытятся, впитают в себя силу Войны и Смерти, которые несут останки этих скелетов и призраков. Сделают сам металл крепче, теперь его будет не так просто сломать.
Я продолжал смотреть. Гном не стал ничего делать с заготовкой, он дал ей спокойно остыть до твёрдого состояния. В это время он подготавливал инструменты для того, чтобы обрабатывать эту заготовку. Делал он это не спеша, бросая иногда взгляды в сторону «коробки», в которой сейчас жидкий металл твердел. И когда всё подготовил, он сел возле формы и стал ждать.
Прошло минут тридцать. Он смотрел долго, чего-то выжидал. Я ни хрена не понимал в том, что он делал… но в какой-то момент он удовлетворённо хмыкнул, раскрыл форму, предварительно положив её, и вытащил оттуда щипцами ещё раскаленный клинок.
А дальше начался процесс. То он стучал, то опускал в масло, в которое каждый раз добавлял эссенции, то нагревал над пламенем, в которое бросал костную муку. И этот цикл… он был словно бесконечен. Но в какой-то момент он перестал стучать, перестал нагревать, охлаждать в масле. Он взял эфес, рукоять, которой стала одна из заранее подготовленных, не превращённых в муку костей, гарду, и всё это соединил с лезвием.
Дальше пошла заточка. Клинок пока был просто… клинком. Но его форма была интересной. Теперь это был не клеймор, больше походило на широкий полуторный меч. И на нём были интересные рисунки. Они чем-то напоминали старые рунные… но были изменены. И стали ярче. Они напоминали какую-то дикую смесь рунной вязи Смерти и рунной вязи Войны. Но результат получился… интересным как минимум.
Получился весьма интересный эффект, визуальный обман. Лезвие было обоюдоострым, но при этом, если смотреть с разных ракурсов, казалось, что кончик тупой. Но он был буквально бритвенно-острый. Сам клинок имел несколько оттенков. Конец лезвия был белоснежным, из-за чего и возникал обманный визуальный эффект, затем его сердцевина градиентом из белоснежного через серый перетекала в чёрный у гарды. На фоне этого градиента и была видна новая рунная вязь, которая, если присмотреться, словно пульсировала силой.
Теперь гарда
