– В нашей столовке и то гораздо вкуснее и дешевле!
Этим заявлением изрядно развеселил спутника.
– У тебя что, денег нет?
Это предположение было по меньшей мере странным, поскольку Павел, будучи всего-навсего ведущим специалистом, получал не меньше его, начальника лаборатории, только за то, что был племянником директора института и сыном управляющего нефтяной компании, под крылом которой существовал их НИИ.
Придирчиво разглядывая выловленный им из тарелки жилистый кусок мяса, Пашка наставительно произнес:
– Важен принцип, мой дорогой!
Расплатившись с официанткой, причем Павел не преминул недовольно попенять ей на низкое качество поданной им еды, вышли на улицу. Октябрь был вполне обычный: с мелким противным дождем, слякотью и той особой промозглостью, что возможна только осенью.
Медленно отправились к виднеющемуся невдалеке коричневому зданию НИИ. Павел молча курил, и Юрий завистливо следил за его рукой с сигаретой. Может, плюнуть на собственные убеждения и влиться в дружные ряды наркоманов-табакокурильщиков?
Тут Пашка замер, заметив кого-то в конце улицы, и восхищенно зацокал языком:
– Вот это краля! Блеск!
Юрий невольно посмотрел в ту же сторону и тоже присвистнул. Навстречу шла чрезвычайно милая девушка, он бы даже сказал, солнечная. В симпатичной кремовой курточке, в кремовой же шляпке, она улыбалась так светло и радостно, что от ее улыбки всем прохожим становилось веселее, и они отвечали ей такими же доброжелательными улыбками.
Но девушка никого не замечала. Она улыбалась чему-то своему, сокровенному, и не глядела по сторонам.
Пашка самоуверенно шагнул ей наперерез, перегораживая дорогу. Юрий остался позади, с интересом следя за разыгрывающейся сценой. Самому ему участвовать в ней было невместно: ведь у него уже была подруга, с которой, конечно, можно в любой момент расстаться, но всё же…
Девушка подняла глаза на стоявшего на дороге парня и вопросительно подняла ровные брови. Было в ней что-то легкое и нежное, что иногда называют не совсем верными словами: не от мира сего. Пашка, словно хищный зверь, почуявший свежую кровь, подобрался, как для прыжка и воркующе проговорил:
– И кто вы, милая девушка? Почему я вас не знаю?
Странно знакомый Юрию голос насмешливый ответил:
– Ну, наверное, потому, что вы не адресный стол и даже не справочное бюро.
Юрий сделал шаг вперед и оказался в поле зрения незнакомки. Она напряглась, лицо тут же построжело, и только тут по напряженному взгляду он узнал свою бывшую жену. Саша быстро обогнула Павла, как бетонный столб, и ушла, не оборачиваясь. Тот раздосадованно пожал плечами.
– Что это на нее нашло? – перевел взгляд на онемевшего дружка и всё понял. – Похоже, это одна из оставленных тобой пассий.
Юрий несколько побледнел от потрясения. По сути, он никогда не видел Сашу по-настоящему, хотя и прожил с ней почти три года! Не оправившись от этого поразительного открытия и всё еще глядя ей вслед, неосмотрительно уточнил:
– Это моя бывшая жена.
Павел притих, искоса поглядывая на спутника. Осторожно спросил:
– Надеюсь, ты не будешь возражать, если я за ней приударю?
У Юрия внезапно закипела кровь, как будто Саша до сих пор была его женой и дружок посягал на его священные права.
– Конечно, буду! – сказанные со злостью слова не остановили вольнолюбивого Павла.
– Ну-ну, ревнуешь? С чего бы это? Ты ведь почти женат. А может, у тебя и дети есть?
Юрий признал, всё еще видя перед собой нежный взгляд Саши:
– Дочь. Анюта. Ей три, нет, четыре года.
Павел насмешливо протянул:
– Так сколько? Точнее сказать можешь? Ты, небось, и не видел ее после развода?
Это было неприятной правдой, но Юрий процедил:
– Это моя ошибка, но я ее исправлю. А ты к Саше не лезь!
Предусмотрительно намотав на ус, что девушку зовут Александрой, друг непонятливо протянул:
– А чем я вдруг стал плох?
Юрию не хотелось ссориться по-настоящему и он постарался объяснить:
– Она настоящая, понимаешь? Она не жеманная девица, к которым ты привык, и вообще, считает, что главное достоинство человека – это порядочность.
Павел немного озадачился, но, приосанившись, горячо себя похвалил:
– Я очень порядочный, где-то даже чересчур!
Сообразив, что без его наводки Павел всё равно Сашиных координат не узнает, Юрий успокоился. Павел тоже затих, ничего у него не выпытывая, и Юрий наивно решил, что тот подчинился предостережениям старшего по званию.
Разошлись каждый по своему отделу. Павел, немного подумав и что-то вычислив, набрал номер отдела кадров. Небрежно покачиваясь в кресле, спросил:
– Марья Степановна, вы не могли бы посмотреть, есть ли у Боброва в личном деле старый адрес? Или хотя бы телефон?
Хотя ответы на подобные вопросы рядовым сотрудникам давать не полагалось, Марья Степановна прекрасно разбиралась в хитросплетениях родственных связей и понимала, кто есть кто в их конторе. Не по званию, а по возможностям. Подняла личное дело Юрия и продиктовала Павлу несколько телефонов и два адреса.
Первый Павел откинул: то был адрес родителей Боброва, он его знал, а вот другой его заинтересовал. Из записанных телефонных номеров по наитию выбрал средний, решив вечером позвонить.
В восемь часов, выбрав, по его мнению, оптимальное время для разговора с работающей молодой мамашей, набрал номер. Ответил немного запыхавшийся знакомый голос. Он удивился восторженной дрожи, пронизавшей его тело от макушки до пят.
– Здравствуйте, милая девушка! Вот мы с вами и снова встретились!
Она встревожено спросила, не узнавая, кто говорит:
– Кто это?
Он поспешил рассеять ее подозрения:
– Не волнуйтесь, ничего плохого я не хочу. Мы сегодня с вами почти познакомились, но поскольку я имел несчастье идти рядом с вашим бывшим мужем, вы не захотели со мной говорить.
Она вспомнила и печально поинтересовалась:
– Это Юрий дал вам мой телефон?
Он произнес:
– Нет, что вы! – но так неуверенно, что она уверилась в подлинности своей догадки. Разочарованно протянула:
– Знаете, у меня муж скоро с работы придет. Так что, думаю, вам мне лучше не звонить. – И положила трубку.
Павел тоже отключил телефон, задумчиво оценивая, правда это или нет. Закрыв глаза, заново прокрутил в голове произнесенные ею не слова, а интонации, и, как Станиславский, патетически воскликнул:
– Не верю!
На следующий день, ничего не говоря Юрию, – ведь всем давно известно, чем меньше знаешь, тем крепче спишь, – отправился после работы по Сашиному адресу. Прикинув, что она с дочкой придет не раньше семи часов, перекусил в кафе, ведь рассчитывать на плотный ужин в первый же день знакомства – это фатовство. Потом скромно поджидал ее возле дома, укрытый от противного мелкого дождя большим черным зонтом, даже не пытаясь зайти в подъезд.
