Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

— Наши ученые-зоологи научились заманивать хищных кальмаров-самцов в лагуны на нерест, да видно перестарались. Пять дней подряд съедаем их по целой стае, а они все прибывают и прибываю. Икру кальмаровую я люблю, а от молоки у меня изжога, — пожаловался грампус.

— Да, наука, это— вещь! — подумал Пик-вик, живо представляя, как в его родовую лагуну заходят одна за другой стаи сардин, а еще лучше — сёмги, горбуши, кеты и лосося… Белуха Юлия, не обращая внимания на многочисленных свидетелей, поднырнула под Пик-вика, перевернулась на спину, и страстно прижалась брюхом к его животу. Пик-вик притормозил, и с вожделением ощутил приятную упругость ее млечных желез. Затем Юлия медленно в вертикальном положении стала опускаться вниз, и, достигнув песчаного грунта, заросшего водорослями, растянулась на нем, как на воздушной перине. Забыв про все на свете, Пик-вик приготовился к спариванию, но в самый ответственный момент в непосредственной близости от Юлии из-под земли вырвался и громко булькнул пузырь метана. Юлия испуганно взвизгнула и, оттолкнувшись от грунта хвостовым плавником, поспешила на поверхность. Отдышавшись, она прикоснулась рострумом (передняя часть дельфиньего черепа, расположенная впереди обонятельных капсул — Прим. Авт.) к его клюву, и предложила совершить повторное погружение.

— Поплыли лучше в коралловый сад. У меня сегодня уйма свободного времени, — прощелкал Пик-вик и напомнил новой знакомой о том, что они все-таки в общественном месте. Кроме того, он опасался, что о романе станет известно его ревнивой супруге, и тогда по возвращению домой его ждет грандиозный скандал.

— Ну, пожалуйста, хоть один разок. Все уже отправились на обед.

Нас никто не увидит, — настаивала развратная белуха, и Пик-вику пришлось согласиться. Как говорится, желание женщины — закон, до тех пор, пока желание мужчины — женщина. Получив удовольствие, Юлия, как типичная нимфоманка, сразу утратила к нему интерес. Она, вдруг, «вспомнила», что у нее через полчаса репетиция в музыкальном кружке. Пик-вик же, напротив, раззадорился и жаждал продолжения отношений.

— Знаешь, милая, я ведь использовал свои возможности только наполовину, — просвистел он, нежно кусая Юлию за грудные плавники.

Он, конечно, лукавил, но надеялся на то, что юная белуха вряд ли откажется от испытания более глубоких и проникновенных ощущений.

— Ничего, если я опоздаю на несколько минут, — неуверенно прощелкала она в ответ.

— В коралловом саду я знаю место, где живут огромные устрицы. Они такие большие, что едва умещаются во рту, — прощелкал Пик-вик, меняя тактику соблазнения. Ему было известно, что белухи — великие гурманы, которые за дюжину сочных устриц душу свою черной акуле по прозвищу Сатана без раздумий отдадут.

— Где, где это место? — оживилась Юлия, и Пик-вик понял, что попал прямо в десятку, то есть в центр окружности из воздушных пузырьков.

Лучшее время для прогулки по коралловому саду — ранние утренние часы, когда еще не взошло Желтое солнце, и поверхность океана гладка, как зеркало. В заповедной Золотой лагуне росло великое множество разноцветных мягких кораллов. Некоторые из них напоминали цветную капусту или гроздья древних морских раковин, другие — причудливые кружева, фестоны, цветы, деревья — сначала смутные, видимые как бы в нежном зеленом флере, потом расцвечивающиеся в самые роскошные, вместе с тем мягкие цвета. Здесь можно было встретить великое множество реликтовых рыб (рыбу-ласточку, рыбу-фузилер, рыбу-лев), окуней, черепах, колючих морских ежей и осьминогов. Охота на эту живность не возбранялась, но большинство посетителей Золотой лагуны старались сдерживать аппетит. Дело в том, что, пожалуй, кроме зеленых черепах и устриц, все прочие местные обитатели отличались весьма ядовитым и колючим характером. В устье пролива, соединяющего океан с Золотой лагуной, Пик-вика и Юлию ожидало сильное разочарование. Выплывший навстречу им длинноклювый дельфин со значком службы безопасности на спинном плавнике, представившись сержантом Цвиком, объявил им, что со вчерашнего дня проход в Золотую лагуну совершается исключительно по специальным пропускам. На вопрос Пик-вика о причинах запрета длинноклювый страж порядка сердито протрещал:

— Не велено, и все, точка.

— Зря ты так. Я ведь тоже военный. Пограничник. Нахожусь с увольнительной. Семь дней пробыл на дальнем кордоне без сна и отдыха, без нормальной пищи и без бабы, — обиделся Пик-вик.

— Извини, брателло, но свободный проход в лагуну временно запрещен. Это — приказ, — уже более миролюбиво просвистел сержант, с интересом поглядывая на Юлию.

— А если мы перепрыгнем через рельеф с южной стороны атолла? Там ведь, наверное, охрана не выставлена? — деловито, осведомился Пик-вик. В этот момент к сержанту приблизилась Юлия и игриво ткнула его в бок своей лобастой головой. Сержант от смущения зарделся всем брюхом и тихонько свистнул:

— В этом секторе охрана не выставлена. Прыгайте. Но в Голубую щель советую не заглядывать. Там зафиксировано какое-то странное свечение, а также затухание и поглощение ультразвука. Голубой щелью назывался кратер подводного вулкана — самое глубокое место в Золотой лагуне. Когда-то это была просто «дыра», но после того, как там стали тусоваться дельфины-гомосексуалисты, народ придумал более подходящий топоним. Пик-вик не удержался, чтобы не сострить насчет симпозиума инопланетян нетрадиционной сексуальной ориентации, и, взмахнув на прощание хвостовым плавником, поплыл обратно. Его подруга, покрутившись с минуту в нерешительности, последовала за ним. Добравшись до южной оконечности атолла, Пик-вик и Юлия набрали скорость и выпрыгнули высоко в воздух, чтобы определиться с местом, куда они будут заныривать. Затем они легко преодолели рельеф, отделяющий Золотую лагуну от моря, и с наслаждением погрузились в ее теплые и прозрачные воды. Там, куда они нырнули, было довольно просторно, — почти, как в море: обрывистый склон рифа уходил вниз так глубоко, что даже дна не просматривалось. Но ближе к центру начиналось мелководье. Там доминировали силуэты зонтикообразных мадрепор и тарелкообразных турбинарий. Ближе к поверхности подходили дерновинки светло-зеленых ксений и огромных желтых актиний. О месте поселения гигантских устриц Пик-вик узнал от о напарника Цви-лая, который любил посещать Золотую лагуну для молитвенного уединения и благочестивого созерцания. Порывшись в памяти, Пик-вик мгновенно визуализировал нужную карту местности со всеми ее характерными приметами, и попросил Юлию хорошенько продышаться. Им предстояло нырять в узкий туннель, который должен был привести их в труднодоступный Красный атолл, расположенный внутри заповедной лагуны. Проплывая через расщелины громадных валунов, усеянных темными гроздьями мидий, они не упустили случая поиздеваться над черноперой акулой, оторвав у нее хвост и плавники. Стеная и рыдая, акула вырвалась из зубов мучителей, и тут же стала легкой добычей гигантского осьминога, который затащил ее в свою пещеру. Перед тем, как войти в подводный тоннель, Пик-вик и Юлия просканировали его локаторами. Им ведь предстояло плыть в кромешной тьме, полагаясь на «картинки» поверхности туннеля, появляющиеся на сетчатке их глаз после обработки височными долями коры головного мозга отраженных ультразвуковых волн. К слову сказать, звуковые волны дельфины посылают точно направленно. Жировая подушка на челюстных и межчелюстных костях и вогнутая передняя поверхность черепа действуют у них, как звуковая линза и рефлектор: они концентрируют сигналы, генерируемые воздушными мешками, и в виде звукового пучка направляют их на определенный объект. Юлия с удовлетворением заметила в тоннеле два воздушных мешка, где она могла бы пополнить запасы воздуха. Пик-вик попросил ее не рисковать, так как вместо воздуха в мешках вполне мог скопиться метан или, что еще хуже, «веселящий газ», то есть закись азота.