здоровяк. — Просто все произошло так быстро. Плюс я немного накатил на старые дрожжи, — усмехнулся мой собеседник.
И когда только успел…
— Как выглядит Анри? — спросил я здоровяка, возводя вокруг себя магический доспех.
— Волосы по плечи. Обычно убирает их в хвост. Голубые глаза, аккуратная бородка. Невысокий, как вы примерно, — шепотом произнес Жуль, который крутил головой по сторонам.
Мда… Облегчил задачу, нечего сказать. Учитывая, что он сам возвышался над всеми, в том числе и надо мной, на полголовы, то в его понимании понятие «невысокий» было очень растяжимо. А еще почти все иллерийцы были длинноволосыми и с бородками. А голубые глаза в красных отблесках костров рассмотреть было, чёрт побери, как-то затруднительно!
Помимо этого, когда я использовал магический взор, чтобы понять, есть ли вокруг нас маги, я заметил, как энергия Жуля циркулирует по паутине магических каналов, а это означало, что здоровяк собирается использовать магию.
И не зря, ведь нас уже взяли на мушку.
— Его тут нет? — спросил я, убедившись, что рядом нет вражеских магов.
— Нет, — покачал головой Де’Жориньи.
— Отлично, — холодным тоном произнес я и сделал шаг вперед.
— Стоять на месте! — вскрикнул один из солдат Иллерии, державший меня на мушке. — Что тут произошло⁈ — он посмотрел на труп.
— Он предатель, — соврал я.
— Армандо? — удивленно спросил иллериец.
Ага, еще бы я знал, как его зовут…
— Да, — кивнул я. — Он…
— Поднял руки! — снова вскрикнул тот, что взял меня на мушку.
Я повернулся к Де’Жориньи.
— Жуль, вас могут ранить? — спросил я.
— Они говорят по галларийски! — крикнул кто-то из толпы солдат.
«Только догадались?» — усмехнулся я про себя.
Хотя. до этого мы общались шепотом. Плюс паника…
— Вряд ли, — пожал плечами здоровяк, и на его лице появилась довольная улыбка.
Все, что касалось мордобоя, этот человек ловил на лету и понимал без намеков.
— Огонь! — прозвучала команда, и лагерь иллерийцев заполнился звуками выстрелов и клубами порохового дыма.
Не знаю, как там обстояли дела у Де’Жориньи, но от моего магического доспеха пули просто отскочили и упали на землю.
Я же в этот момент был уже рядом с одним из стрелков, и моя шпага оставила росчерк на его шее. Пока иллериец пытался закрыть рану руками, бросив свой мушкет, я уже был рядом с другим.
В этот раз острие вошло в сочленение половинок его панциря и, пройдя между ребрами, вонзилось в сердце.
Я резко выдернул шпагу из уже мертвого солдата, тело которого еще не успело упасть на землю, и парировал ею атаку воина, попытавшегося проткнуть уже меня своим клинком.
К слову, в отличие от галларийцев, илеррийцы предпочитали вместо шпаг более привычные мне прямые клинки, один из которых я как раз и парировал родовой реликвией Кастельморов.
Отбив клинок, я пнул воина, который попытался поразить меня оружием в грудь, и он упал на землю. Будучи усиленным магией, я обладал силой, которая была несравнима с силой обычного человека.
Упав, воин начал жадно глотать ртом воздух. Удар пришелся прямо в область диафрагмы и панцирь не смог защитить моего противника от силы удара.
Сразу после этого на меня налетели сразу несколько противников, и я закрутился волчком, отбивая, парируя и уклоняясь от многочисленных ударов, обрушившихся на меня.
Да, я мог этого не делать, и магический доспех защитил бы меня от всех атак. Но, как и ранее, я не полагался на одну лишь магию, и если я мог избежать попадания любым другим способом, то делал это.
Убив еще одного иллерийца, я решил посмотреть как там дела у Жуля.
«Ого!» — удивился я, когда увидел нескольких солдат Иллерии, лежащих у его ног и не подающих признаков жизни.
«Чем он там сражался против меня на турнире, устроенном младшим Рошфором?» — попытался вспомнить я.
Точно. Двуручным деревянным мечом, который хорошо подходил этому здоровяку, ибо шпага в его руках смотрелась бы как зубочистка.
Сейчас, например, он выбивал все дерьмо из врагов голыми руками. И делал он это, к слову, довольно эффективно.
А тем временем я убил ещё одного «иллерийского пса», как их называло большинство жителей Галларии.
Во всяком случае, те, кто служил в армии и начал сражаться еще с молодости. Мне эти иллерийцы были не соперниками, поэтому, уложив одного, я хотел было убить другого, но вдруг послышалось «пли» и мой противник рухнул на землю.
Буквально через пару секунд снова послышались мушкетные залпы, и в лагере иллерийцев опять запахло порохом.
«Видимо, они не уяснили с прошлого раза, что пули меня не берут,» — подумал я, когда несколько пуль упали на землю рядом со мной.
Странно, выстрелов точно было больше, а это могло означать только одно.
«Де’Жориньи!» — я обернулся и увидел, как здоровяк, держась за грудь, упал на одно колено.
«Не успеваю!» — я уже видел занесенные над Жулем клинки и понимал, что не успеваю.
Яркая вспышка осветила лагерь иллерийцев, а затем время как будто бы замерло.
Мгновение, и я увидел, как у людей, окруживших Де’Жориньи, началась сначала какая-то паника, а затем лагерь наполнился криками и воплями боли и страдания. На землю упало несколько рук, которые продолжали сжимать мечи.
А затем я увидел его, и мне сразу стало понятно, что в дуэли против меня Жумельяк не использовал и трети своих настоящих сил.
Все решилось очень быстро. Тела иллерейцев одно за другим начали падать на землю, и вскоре рядом с Жулем не осталось никого живого.
Кроме Жозе, разумеется.
Да уж. Признаться честно, то, что я увидел, поразило меня. Я знал, что Жозе силен, но чтобы настолько… А ведь он не самый сильный маг. Тот же старший Рошфор был гораздо более одарен в магическом плане.
А ведь поговаривают, что его старший сын еще сильнее своего родителя!
Хотя высокопреосвященство Жумельяк тоже был тем еще монстром. И не удивительно, что его сын, который унаследовал элемент воздуха, уже стал таким сильным магом, а в перспективе может превзойти отца. Если выживет, конечно же. Ведь жизнь он себе выбрал явно неспокойную. А с другой стороны — мне ли его винить?
Во всяком случае, потенциал у него был. И был он довольно высок.
Между тем, лишившись около трети бойцов и увидев, как это произошло, иллерийцы не спешили атаковать нас напрямую и, побросав оружие ближнего
