Мысли Сиафа смешались. Чести стать личным посланником Осквернителя удостаивались единицы… Но почему же выбрали именно его, опального мага, несколько лет пребывавшего в позорной ссылке?.. Кто эти загадочные союзники и что могло побудить их вступить в отношения с такой бесчестной личностью, как Абаддон Осквернитель?!
Сиаф рискнул покоситься на Зарафистона. Тот не пошевелился и не проронил ни звука. Даже глаз его теперь не было видно из-под капюшона, но Сиаф с трудом сдержал улыбку, заметив, как пальцы его покровителя рассеянно гладят расшитое рунами одеяние. Непосвященным эти движения показались бы случайными и машинальными, но ученик главного мага Хаоса прекрасно понимал, что это — послание, смысл которого заключен в значении рун, к которым он как бы невзначай прикасался,
Зарафистон явно предупреждал Сиафа о том, что ему готовят западню, но того, кто сумеет ее избежать, ждет великая награда. Едва заметно кивнув Зарафистону в знак того, что его сообщение понято, Сиаф обратился к Осквернителю:
— А кто же будет вторым посланником?
Улыбнувшись одними губами, Абаддон бросил короткий взгляд в сторону толпы придворных, которая тут же расступилась. Вперед вышел высокий мускулистый монстр, закованный в стальные доспехи с медными пластинами. Плоть его во многих местах пронзали острые крюки, по прикрепленным к ним цепям струилась кровь. Чудовище оскалило безгубый рот. От его лица вообще мало что осталось. Сиаф увидел лишь маску, сшитую из кожи убитых врагов. Яростно заревев, существо вскинуло руку с цепным топором и приветствовало Абаддона.
— С тобой отправится Ганнибар Барка, — заявил Осквернитель. — Каждому из вас будет поручено отдельное задание. И горе вам, если вы его не выполните!
— Слушаю и повинуюсь. — Склонив голову, Сиаф размышлял о новом, не самом приятном повороте дела.
Зачем отправлять с таким деликатным заданием звероподобного Ганнибара?! Всем известно, что Ганнибар Барка — тупое свирепое животное в получеловеческом обличье. К тому же он — один из последователей безумного Кхарна Предателя…
Как и Сиаф, берсерк Ганнибар впал в большую немилость Осквернителя. Его легионам было приказано захватить богатую полезными ископаемыми Ахиллию и превратить эту отдаленную планету в базу для снабжения и ремонта боевых кораблей Абаддона. Вместо этого слабоумный берсерк не только позволил своим воинам полностью уничтожить население Ахиллии, но и не захотел или попросту не смог помешать опьяненным кровью зверям наброситься на прибывшие следом подразделения сил Хаоса и истребить их.
Гнев Воителя не заставил себя ждать. В шахты и мастерские Ахиллии отправили миллионы рабов, а воинов Ганнибара оставили на планете их охранять. Самого же Ганнибара послали усмирять свой кровожадный нрав на самый отдаленный фронт.
Сиаф не мог понять, зачем Абаддону понадобились двое изгнанников. Вряд ли это было совпадением или проявлением несвойственного Осквернителю милосердия… Маг не забыл о том, что Зарафистон предупредил его о тайной ловушке. Сиаф искоса поглядывал на воинственного Ганнибара, который — если вообще был способен думать о чем-то, кроме кровопролития, — наверняка размышлял сейчас о том же. Кому же из них двоих предназначена эта ловушка? Или — им обоим? Зачем Абаддону понадобилось отправлять их на это задание вдвоем?
Поняв, что знает слишком мало, Сиаф осмелился заговорить:
— Кто же эти союзники, о Повелитель? И как они нас узнают?
Абаддон вновь зловеще усмехнулся:
— Ты наверняка утомлен долгой дорогой. Отдохни и соберись с силами, а потом наш верный Зарафистон сообщит тебе все, что ты должен знать.
Через три недели после отбытия обоих посланников на окраине скопления Циклопа из варпа вынырнул разведывательный крейсер. Стремительно проникнув вглубь пограничной звездной системы, он вышел на орбиту третьей от светила планеты. Это был бесплодный кусок скальной породы, настолько никчемный, что лишь самые педантичные имперские астрографы занесли его координаты в длинный и до сих пор не завершенный список звездных систем Империума.
От вращавшегося на орбите корабля отделился зловещего вида черный челнок. Он приземлился точно в заданном квадрате, и на пыльную поверхность безжизненной планеты высадились три взвода элитных подразделений космических десантников Черного Легиона. Несколько бойцов тут же заняли огневые позиции на границах зоны высадки, остальные же начали прочесывать близлежащую территорию. Не прошло и минуты, как командир десантной группы услышал в наушниках вокса возбужденный возглас. Итак, они нашли то, что искали.
В самом центре небольшого кратера стоял ничем не примечательный контейнер из обсидиана высотой около пятидесяти сантиметров. На нем не было видно каких-либо швов, креплений, ручек или замков. Только гладкий камень. Планета была лишена атмосферы, поэтому ветер не мог потревожить пыль, покрывавшую ее поверхность. Командир десантников с растущей тревогой заметил, что в радиусе сотен метров вокруг нет никаких следов. Оставившие контейнер исчезли бесследно.
Грязно выругавшись, командир велел одному из бойцов отправиться к кратеру и забрать контейнер. Взвод стал отступать к челноку. Десантники держали оружие на изготовку, осматривая в прицелы планету, на которую, судя по всему, много тысяч лет не ступала нога ни одного живого существа. Уже через три минуты после посадки челнок снова взмыл ввысь.
Спустя шесть дней контейнер был доставлен в покои Абаддона и установлен на черной мраморной плите. Осквернитель рассматривал его, поражаясь чужеродной безликости странного предмета. Меч Повелителя беспокойно зашевелился в ножнах. В дверях появился Зарафистон.
— Вы звали меня, Воитель? — проговорил маг с привычным подобострастием. — Полагаю, мы получили ответ от наших новых союзников?
— Открой! — приказал Абаддон, ткнув пальцем в сторону контейнера.
Маг Хаоса согнулся в низком поклоне и шагнул к мраморной плите. Несколько минут он пристально разглядывал странный предмет, затем простер над ним покрытые чешуей руки и осторожно коснулся совершенно гладкой поверхности, бормоча магические заклинания. Полумрак чуть рассеялся, когда вокруг контейнера вспыхнуло приглушенное сияние.
Через несколько секунд на его крышке засветились руны. Длинные гибкие пальцы Зарафистона потянулись к ним, касаясь их в определенной, известной лишь ему одному последовательности.
Послышалось шипение. На крышке контейнера возникло и стало расширяться похожее на зрачок круглое отверстие, из которого показались струйки какого-то едкого газа. В воздухе запахло гнилью разложения вперемешку со странным кисло-сладким ароматом.
— Ну, — спросил Абаддон, — какой ответ они нам дали?
Сунув руку в отверстие, Зарафистон извлек прекрасно сохранившуюся в криоконтейнере голову Ганнибара Барки. Черты его лица были страшно искажены. Берсерк умирал медленно и в страшных мучениях.
Взглянув на жуткое послание, Абаддон усмехнулся.
— Они согласны! — пробормотал он.
Глава 3
Лилеатона равнодушно наблюдала за отважным, но бессмысленным сопротивлением последнего из человеческих кораблей. Все его щиты вышли из строя, двигатель был серьезно поврежден торпедой, а в корпусе зияло не меньше десяти пробоин. Судно стремительно теряло кислород, но оставшиеся в живых мон-кеи не сдавались.
Эскадрилья похожих на стрелы космических бомбардировщиков под командованием Корна ринулась в очередную, и на этот раз наверняка последнюю, атаку на обреченный корабль. Лилеатона наблюдала за их перемещением на тончайшей мембране тактического экрана, выточенной из кости духа. Уцелевшие орудийные башни вражеского корабля дали ответный залп. С довольной улыбкой Лилеатона проследила за тем, как бомбардировщики прорвались сквозь заградительный огонь, предоставив командорам расстреливать собственные призрачные изображения, созданные генераторами защитного голографического поля.
— Жду ваших приказаний, капитан! — прозвучал в голове Лилеатоны голос Корна. — Вам нужны пленные мон-кеи?
Хотя устройство связи не всегда могло передать все оттенки и интонации голоса, Лилеатона очень живо представила себе, как сейчас усмехается Корн…
— Маэль даннан, — ответила она на диалекте воинов своей давно погибшей родины.
Слово «даннан» означало «смерть» и применялось только по отношению к животным и другим низшим существам. «Маэль даннан» — полное и безжалостное истребление.
Космические бомбардировщики неумолимо приближались к цели, играючи уклоняясь от шквального лазерного огня. Когда-то давно Лилеатона и сама летала на бомбардировщике. Воспоминания о тех временах навсегда стали частью ее существа. Она знала, какие чувства переполняют сердца пилотов, когда они ощущают возбужденный гул своих машин и напряженно следят за тем, как растет в прицелах цель… Лилеатона наблюдала за последними минутами схватки, не переставая восхищаться мужеством и умением пилотов. Тысячи раз она видела, как они наносят удар, и сама тысячи раз участвовала в подобных атаках, но в такие моменты ее по-прежнему охватывал неописуемый восторг…
