На несколько мгновений враги оказались скованы боем, между ними с треском вспыхивали разряды энергии, слетавшие с оружия.
Издав победный рык, герольд отбросил Клиону в сторону, так, что Воющая Баньши не удержалась на ногах. Воительницы ринулись к упавшему командиру, но опоздали — опередивший их демон с недостижимой быстротой опустил топоры на повергнутого экзарха.
Первый клинок надвое разрубил шлем Клионы, другой вонзился в нагрудник.
В момент удара Каиллеах завопила и с новыми силами бросилась на чудовище. На шаг отставшая от неё Лоронай резко скомандовала:
— Поднимается Буря Клинков. Пожните скорбь павшей!
Действуя согласованно, Воющие Баньши окружили герольда. Извиваясь и делая выпады, каждая из них наносила по дюжине ударов за несколько секунд, оставляя длинные раны в багровой плоти. Фийанна прервала смертоносные атаки, чтобы уклониться от топора, направленного ей в голову.
— Берегите тыл, а я прикончу тварь, — бросила она остальным храмовым девам, пропустив бронзовый клинок над головой.
Воительницы обернулись, перенося внимание на подступающих кровопускателей. Митенет опоздала, и зазубренное лезвие вонзилось ей в спину: могучий удар пробил доспех, бронзовый клинок рассек позвоночник. Падая с плачущим криком, Воющая Баньши последним в жизни выпадом вонзила острие меча в морду своего убийцы.
Фийанна, одержимая духом Кхаина и подгоняемая яростью, сравнимой с неистовством слуг Кровавого Бога, обрушила на герольда стремительный шквал ударов. Оставляя порезы на груди и горле врага, воительница теснила его шаг за шагом.
Из ран хлестала кровь, загрязняя светлую броню Воющей Баньши, но Фийанна продолжала наседать на демона, а сестры защищали её от атак с тыла; клинки Смертельного Вопля пели, пока их владелицы бились с выжившими кровопускателями.
— Умри же! — гневно выпалила Фийанна. — Вернись в проклятые владения, что породили тебя, злобная тварь!
Следующий удар воительницы перерубил кривую ногу герольда в колене, заставив чудовище повалиться набок. Ещё до того, как демон коснулся пола, Воющая Баньши рванулась вперед и вонзила меч в белый шар вражьего глаза. Дважды содрогнувшись, воин Кхорна замер без движения.
Кровопускателей осталась только треть, и к Смертельному Воплю присоединились остальные аспектные воины, во главе которых шел Тилеаннар. Навершие рунного посоха ясновидца сияло пурпурным огнем психической энергии.
Уцелевшие демоны быстро погибли, оказавшись в полном окружении, но успели забрать с собой нескольких Зловещих Мстителей, пришедших на помощь Воющим Баньши.
После безумия битвы тишина Ланимайеша показалась гробовой. В ней не было скорби — пока что. Боевые маски, призванные в храме, сдерживали чувства горя и утраты.
— Скорей же, берите их путеводные камни и уходим из этого злополучного места, — нарушила молчание Лоронай.
Самоцвет на груди Митенет сверкал ярче обычного, ведь теперь дух воительницы хранился в убежище его кристаллического сердца. Пока воины других аспектов занимались своими павшими, Лоронай вытащила камень души погибшей сестры из золоченой оправы и опустила в мешочек на поясе.
Каиллеах, подошедшая к телу Клионы, столкнулась с проблемой. В доспехе экзарха оказалось пятнадцать путеводных камней, каждый со своим оттенком и яркостью свечения. Навсегда отданный Кхаину, дух храмового наставника не вливался в Бесконечный Круговорот Бьел-Тана, а оставался в броне, сливаясь с душами ушедших раньше.
— Мы не можем забрать её с собой, — сказала Наримет. — Кто из нас пожертвует жизнью, чтобы нести павшую сестру? Я — нет.
— Можно вытащить все камни, — Каиллеах склонилась над павшим экзархом.
— На это нет времени, — ответила Лоронай. — Чем дольше промедление, тем больше демонов явится.
Воительница на мгновение умолкла, заметив, что ясновидец уходит.
— Видишь, Тилеаннар уже двинулся дальше.
— Простой выбор для той, кто столько раз проходила по этому пути, — отозвалась Наримет. — Скажи, будущая-автарх, легко ли тебе бросить павшую сестру?
— Нелегко, но необходимо, — Лоронай говорила тихо, будто сама с собой. — Слишком много погибло рядом со мной, но, если мы задержимся здесь, их станет ещё больше.
Девы Смертельного Вопля не знали, как поступить. Никто не решался обречь Клиону на судьбу хуже смерти — пятнадцать душ, запертых в броне экзарха, безнадежно сгинут, когда Тилеаннар пробудит Бесконечный Круговорот Ланимайеша и запустит самоуничтожение мира-корабля.
Почувствовав беспокойство сестер, Лоронай нехотя уступила.
— Хорошо, вернемся за Клионой перед отбытием. Её гибель окажется бессмысленной, если мы не отправим оболочку Ланимайеша в варп. Идемте же, выполним задание и после того унесем павших в безопасное место.
Молчаливо согласившись на предложенный компромисс, остальные последовали за ней. Фийанна бегом догнала уходящих подруг.
Кристаллическая матрица в центре мира-корабля пульсировала красным в ответ на ритуалы Тилеаннара, обращенные к охваченному порчей Бесконечному Круговороту. Резко и сильно пахло кровью, демоны Хаоса пытались пробиться через ослабленный барьер между варпом и вселенной смертных.
Небольшие группы кровопускателей и стаи ужасных гончих плоти прорывались в брешь, где их встречали шквалы сюрикеновых очередей, разряды энергетического оружия и клинки Воющих Баньши. Хотя атаки оставались разрозненными, эльдар приходилось нелегко, и они не расслаблялись ни на мгновение, ожидая новых вторжений.
— Сколько ещё? — спросила Каиллеах. — Я чувствую, как завеса истончается с каждым сделанным вдохом. Скоро они придут в великом числе, и мы их не остановим.
— Пробуждение духов почившего мира-корабля — не минутное дело, — ответила Лоронай. — Они очень долго спали, позволяя распространиться этому разложению.
— Будем сражаться, сколько нужно, пока больше не сможем биться, — с озорством усмехнулась Фийанна. — Ты что, думала, что постареешь в рядах Воющих Баньши, младшая сестра?
— Я надеялась увидеть не одну битву.
— Есть лишь одна битва, Каиллеах, и редкие, краткие мгновения мира между сражениями. С тех пор, как Темные Силы впервые коснулись наших сердец, мы обречены вести войну, которую не можем выиграть.
— Не можем, или не хотим, Фийанна? — резко вмешалась Лоронай. — Длань Кхаина на тебе становится тяжелее с каждым врагом, сраженным тобою.
— Быть может, я приветствую это, сестра. Подобное не приходило тебе на ум?
Срубив голову проявляющемуся кровопускателю, Наримет метнулась к сестрам-воительницам. За её клинком протянулась дуга алых капель.
— Клиона только что погибла, а ты уже собираешься заполнить оставленную ею пустоту? Неужели её кровавый урок ничему тебя не научил? Или жажда обрести проклятие Кхаина замедлила твою руку?
Прежде чем Фийанна смогла ответить на обвинение, воздух задрожал от прилива энергии, и ему отозвался далекий рев. Казалось, что пол зала раскалывается на куски: сеть Бесконечного Круговорота засияла багрянцем, а затем алые линии начали расширяться, разрывая преграду между мирами.
Из бреши-в-пустоте проталкивались оскаленные звериные морды и чешуйчатые тела охотников Кхорна, рычавших и щелкавших зубами гончих плоти.
Выстрелы Огненных Драконов накрыли приближающихся тварей, и секундой позже на полупроявившихся чудовищ обрушилась Фийанна, глубоко вонзив меч в костяной гребень на голове передового создания.
— Не я сгубила обреченную Клиону! — крикнула воительница. — Смотрите на ту, что пришла к нам последней — она виновата во всем!
Каиллеах присоединилась к Фийанне у варп-разлома, паля из сюрикенного пистолета.
— Ты не ошибаешься, сестра. Моя опрометчивость, мое желание показать себя навлекли погибель на Клиону. Я смирилась с пролившейся кровью нашего экзарха, как смиряюсь с любой кровью, проливаемой мною под маской Кхаина.
Воздух до такой степени насытился психической энергией, что вокруг Воющих Баньши кружились призраки, подсвеченные красным сиянием Бесконечного Круговорота, ныне пульсировавшего новой жизнью. Телепатически объявив о завершении своих ритуалов, Тилеаннар отступил от обнаженных узлов пси-сети.
Приток демонической энергии был остановлен на некоторое время, и теперь ясновидец мог без опаски открывать врата Паутины в сердце проклятого мира-корабля. Двинув навершием посоха в слияние сверкающих кристаллических нитей, он создал овальный портал, окруженный дрожащим серебристым сиянием.
Воины других аспектов отступили, следуя за ясновидцем во врата, но Фийанна непреклонно оставалась на месте, высоко держа клинок. Из вязких алых луж, натекших со стен, вырастали все новые кровопускатели.
— Мы не оставим Клиону! — твердо произнесла Фийанна. — Так решено!
