ни капли эрегху! Как? Очень просто — высокоуровневую нежить ему приносили, а тот её только разделывал и подвергал Аберфорта хирургии. Самого Аберфорта Волан-де-Морт ни разу не приложил Круциатусом, а пытал легилименцией и зельями. Так Аберфорта было легко убить или свести с ума, но его враг свёл человека с ума в нужную ему сторону, закрепив результат легилименцией, и при этом умудрился обойтись без эрегху!
Он смотрел на корчащегося Аберфорта. Нет, уже не Аберфорта. Что делать? Конечно, Тёмная Магия зло, но он не хочет смотреть, как часами будет корчиться его брат, медленно умирая. И выходить погулять он тоже не хочет, как и звать Грюма.
Почувствовав, что сейчас он может вызвать Антипатронуса, который проглотит Лондон, он взял себя в руки.
Пальцы левой руки сделали давно забытый жест, который он не делал уже очень давно и обещал себе не делать никогда больше. Добавив волевое усилие и отдав кроху магической энергии, он завершил магию.
На месте Аберфорта вспыхнул Адский Огонь.
Для стороннего наблюдателя это была вспышка. Но он под чарами ускорения видел всё. Тело начало беззвучно рассыпаться на части. Тонкие лоскуты плоти почернели в темноте, рассыпались пеплом, развеялись струйками дыма и исчезли. Голова, упав в пыль, разинула рот в беззвучном хохоте. Она растаяла в воздухе, поглощённая пламенем; лохмотья кожи и осколки костей почернели, словно сжигаемые изнутри невидимым пламенем. Наконец мерцающий огонек высвобожденной энергии поднялся вверх и взлетел в черное небо, оставив отголосок изумленной невысказанной насмешки.
Меньше чем за одну десятую секунды всё было кончено — не осталось даже пепла.
Внезапная печаль окутала душу Альбуса, нахлынули все самые мрачные и самые тягостные воспоминания. Может, так и надо, чтобы он погиб в этой безжизненной пещере? Орден Феникса борется, но какой это уже по счету состав? И кто он теперь? Не более чем реликвия, неприятная помеха. Его предупреждение о крестражах доставлено, цель достигнута. Холод постепенно завладевал его телом, понемногу высасывал из него жизнь, хотя никаких дементоров рядом не было. Правильно ли он поступил? Что еще ему осталось?
Встав со стула, Альбус смотрел на то место, где ранее лежал сгоревший в Адском Огне Аберфорт. Нет, не Аберфорт, а то, что им когда-то было.
Бедняга Аберфорт. И почему это должен делать именно он? Альбус Дамблдор — Великий Светлый Маг. По совместительству, убийца родной сестры и брата с помощью Тёмной Магии…
Допустим, он убьёт Волан-де-Морта. И что? Все мы умрём, рано или поздно. А где наказание?
Отвлёкшись от мрачных дум, он подошёл к краю маленькой пещеры и начал искать вход в большую пещеру. Сейчас он посмотрит, как туда зайти.
Он всякого ожидал от Тома. Но ответ был прост, невероятно прост. Войти могут двое. Каждый всего лишь должен нужным ритуалом убить по одной жертве прямо здесь. И никаких путей обхода. Ломать чужие заклятия можно, но тут — огромная и ясная дорога. Пытаться её изменить бесполезно, чем больше стараешься, тем лучше вход блокируется. Либо играй по тем правилам, что есть, либо не играй вообще.
Альбус ужаснулся. Гипотетически, ту защиту, которая его ждёт дальше, можно легко истощить големами или магами. То есть то, что не получилось с хижиной получится здесь. Но чтобы слать туда кого-то, нужно каждому сделать билет, цена которого — человеческая жизнь. А даже если идти самому, то всё равно придётся лично убить в Тёмном Ритуале человека.
Проблем добавляло то, что схемы ритуала не было, и единственный вариант пройти дальше — либо знать, каким ритуалом убивать, либо перебор на подопытных.
А вот это очень похоже на Тома… Убивай других, иди дальше. И вполне ожидаемо от Тёмного Мага. Если подумать в таком ключе, то становится понятно, как пройти защиту хижины — нужно взять с собой пять-семь сильных магов. Сначала они будут тебя вести, а как станут бесполезны — их надо правильно принести в жертву, чтобы пройти дальше.
Альбус задумался. Его враг намного хитрее и бесчеловечнее, чем он думал. Здесь есть лазейка, но только для сильного и бессовестного мага, способного убивать других ради своих целей. И если Альбус пойдёт по этой лазейке, то он доберётся до крестражей, но в конце пути уже будет неотличим от Волан-де-Морта.
А если не пойдёт, то это как марафонский забег, в конце которого надо головой пробить во льду прорубь, потом нырнуть в ледяную воду, плыть подо льдом, в нужном месте опять головой пробить полынью и вылезти, чтобы взять груз и обратно вернуться с ним той же дорогой.
Что бы сказал Геллерт образца 1939 года? «Альбус, не лезь в хижину. Пещера проще. Всё окупится. Ради общего блага. Да и никто об этом не узнает. А войти в большую пещеру можно легко, используя Снейпа как отмычку. Слишком он мутный. А ещё лучше — притащи сюда Снейпа и пусть он перед смертью займётся перебором на пленных Пожирателях. А ты останешься с почти чистой совестью и чистыми руками.»
Альбус вздохнул. Он уже давно завёл себе правило — подумай, как бы поступил Геллерт Грин-де-Вальд и сделай наоборот.
Нет, он понимает — настали печальные времена. Он чувствует сильные эмоции, но он не должен поддаваться гневу. Альбус часто слышал: сейчас суровые времена, которые требуют суровых мер. Требуют жертв. С этим он согласен. Но есть вещи, которыми нельзя жертвовать, то, во имя чего мы сражаемся, то, что мы есть. Отвергая эти принципы, он обесценит любую, даже самую яркую победу в этой войне.
Он всегда считал, что великие свершения и ужасные свершения — разные вещи. Мир призывает нас к великим свершениям. Своими руками мы пишем историю. И он не может допустить, чтобы события, какими бы ужасными они ни были, изменили его. Он должен остаться собой. С этими мыслями он покинул пещеру.
Он нашёл только два тайника — Пещеру и Хижину. Придётся ломать защиту хижины Гонтов, ведь туда можно войти и без человеческого жертвоприношения. А пещера… Он что-нибудь придумает. У него это всегда неплохо получалось.
Естественно, сломя голову в хижину он не пойдёт. Попробует пару раз зайти и выйти, не удаляясь слишком далеко от входа. Посмотрит, удастся ли обхитрить «неведомый разум».
Никогда ещё летние каникулы не пролетали так быстро. Девятнадцать минут — вот максимальное время, которое он смог безопасно находиться в прихожей и «лабиринте» хижины
