– Нидл Жагитич склонился над экраном кассового аппарата, – девяносто семь тысяч восемьсот восемь эсконов. Интуиция подсказывает мне, что эти деньги у вас есть.
– Ваша интуиция как всегда права, – Верблюд опустил смартфон на жёлтый символический рисунок кошелька, – я заранее просчитал размер будущее покупки.
– Чему я очень рад, – Нидл Жагитич и в самом деле весело улыбнулся. – Подтвердите перевод.
– Готово, – Верблюд прижал указательный палец к экрану смартфона.
– Как только вам потребуются новые боеприпасы или иное снаряжение – сразу обращайтесь ко мне, – произнёс на прощанье Нидл Жагитич. – Как постоянному покупателю я дам вам хорошую скидку.
– Непременно, Нидл Жагитич, непременно, – Верблюд толкнул наружу входную дверь.
Коробки и пакеты с боеприпасами и снаряжением сверкают яркими картинками. Чтобы прохожие удивлённо не озирались, а полицейские не смотрели подозрительно вслед, все покупки Верблюд сложил в большой синий мешок для мусора, как раз остался после ремонта. Всё меньше шансов привлечь к себе ненужное внимание.
Сто тысяч эсконов Верблюд взял на максимально возможный срок – на три года. Спасибо хорошей кредитной истории. Денег как раз хватит, чтобы внести пять ежемесячных платежей, а дальше банк закроет ядерная бомба. Коллекторы и судебные исполнители гораздо больше будут озабочены спасением собственных жизней, нежели выбиванием долга. Проблема в другом.
На Егорьевской улице полно прохожих и машин. С объёмным синим мешком на спине Верблюд смотрится нелепо, зато на него мало кто обращает внимание. Благо сейчас лишь вторая половина рабочего дня, а не глухой час ночи. Тогда с таким баулом на спине было бы далеко не уйти. Верблюд развернулся по направлению к площади Блошиный рынок.
Цифровая экономика во всей красе. В кредитном договоре, что Верблюду пришлось подписать, есть крайне неприятный пункт. Согласно ему банк имеет право проверить, на что именно пошли сто тысяч эсконов. Финансовым воротилам вряд ли понравится, что на самом деле их деньги ушли на оружие, а не на универсальный промышленный станок. Могут быть проблемы. Впрочем, всё не так уж и плохо.
Верблюд удобней перехватил объёмный мешок. Коробка то ли от дробовика, то ли от станка для закатки патронов очень неудачно упёрлась ребром в спину. Одна надежда – судебная волокита. Банку потребуется два-три месяца, чтобы сначала заметить, потом провести профилактические беседы, потом подать в суд, выиграть его и потребовать все деньги, либо расстаться с «Антикварной мастерской». Главное – вовремя платить ежемесячные взносы. Согласно тому же договору Верблюд вправе потратить сто тысяч эсконов на всё что угодно, хоть на шлюх и кабаки. Вот такой очень приятный юридический прокол.
Глава 20. Заделать ход
– Геннадий Григорьевич, мы только что выяснили, на что именно вы потратили выданный вам кредит, – тонкие жиденькие усики под носом банковского клерка, или кто он там на самом деле, грозно шевельнулись. – Какое-либо оборудование для своей мастерской вы так и не приобрели. Вместо этого в первый же день вы потратили практически все средства на покупку оружия. В частности, – клерк опустил глаза вниз за пределы экрана, – на снайперскую винтовку «Астана», помповый дробовик «Вепрь 4», снайперский прицел «Глаз орла»…
Банковский клерк в строгом деловом костюме словно робот принялся перечислять все покупки в магазине «Старый охотник». В ответ Верблюд смиренно молчит и лишь кивает в такт. Внешне он само внимание и покаяние.
Обычно для разговоров, в том числе и официальных, Верблюд пользуется смартфоном. Тем самым смартфоном, что «Другая реальность» дала ему почти три года назад в качестве стартового набора вещей. Но этот звонок очень важный, поэтому Верблюд вывел его на экран ноутбука. Хотя лучше бы он этого не делать. На гораздо более широком экране банковский клерк выглядит ещё смешней, ещё несуразней. Жидкие усики под носом должны были бы добавить ему солидности. Однако, на самом деле, два жалких кончика лишь подчеркнули, что банковскому клерку едва перевалило за двадцать лет. Вот как плохо пытаться выглядеть старше, чем ты есть на самом деле.
– Признаю и не буду отрицать, – торопливо заговорил Верблюд, едва банковский клерк закончил перечень покупок, – я изначально не собирался тратить взятые у вас деньги на оборудование для своей мастерской.
– Но почему? – нежданная откровенность пробила клерка.
– Дело в том, что меня едва не ограбили, – Верблюд принялся «лепить горбатого». – Я не знаю, что там написано в официальной полицейской статистике, а на деле ходить по улицам Зинганана с каждым днём всё опасней и опасней.
– Но почему именно дробовик и снайперская винтовка? – от удивления глаза клерка едва не убежали на лоб. – Почему вы не обзавелись гораздо более дешёвым газовым баллончиком, электрошокером, травматическим пистолетом, наконец?
– Вы не поверите, но тот самый грабитель наставил на меня электромагнитный автомат, – в тон работнику банка ответил Верблюд. – А если он опять явится в мою мастерскую? Что я наставлю на него в ответ? Газовый баллончик? К тому же до этого месяца я исправно платил ежемесячные взносы.
Главное, вовремя перевести тему. Помповый дробовик для самообороны годится более чем, а вот снайперская винтовка – не очень.
– Не так уж и исправно, – глаза банковского клерка вернулись в глазницы. – Последний платёж просрочен.
– Всего лишь на три дня, – тут же пояснил Верблюд. – Сейчас перед вами должны быть данные моего счёта. Я немедленно погашу задолжность.
– А почему вы не сделали этого раньше? – банковский клерк сурово нахмурился, отчего жиденькие усики под его носом «замахали крыльями».
– Виноват, мой косяк, – Верблюд прочистил горло, неуместный смех упорно лезет наружу, как пена из только что вскрытой бутылки шампанского. – Замотался, забыл. Но впредь я обещаю платить вовремя.
– Но почему вы потратили все деньги на оружие? – банковский клерк наконец-то перестал «махать крыльями».
– Потому что вы не дали бы мне денег на оружие. А договор, который мы подписали, разрешает мне потратить выданные средства на всё что угодно. Хоть на шлюх и кабаки, – парировал Верблюд.
Последний аргумент подобен удару кувалдой под дых. Банковский клерк тут же растерял былую прыть и задор. Понял, сволочь, что, едва разговор закончится, как Верблюд тут же внесёт очередной месячный платёж и тем самым у банка не останется законных претензий, только их личные страхи и сомнения.
– Хорошо, – усатый клерк опять гордо приподнял голову,
