– Ну вот и дождались, Джиг. Уже скоро.
– Ты вроде как задрожал.
– Это у меня всегда так, когда я взятки в страже брал. Нервное. Пройдет. Восемь тысяч кавалерии!
– Выстоим. Они через лес пик до нас не доберутся, не боись. Хотя лучше боись.
Вдоль баталий пошли жрецы Сагры, наставляя воинов перед битвой. Джиг, как и все воины, забормотал молитву, посвященную богине войны.
Откуда-то с севера донеслось два еле слышных хлопка.
– Магия! – ахнул пикинер, с которым Джиг совсем недавно поделился чесноком.
– Какая к Неназываемому магия?! – успокоил заволновавшихся солдат сотник. – Пушки недомерков на Нуаде заговорили! Видать, там уже пошла потеха!
Воины вытягивали шеи, пытаясь разглядеть, что творится на противоположной стороне Поля Фей, но длинный темный "язык" Регского леса загораживал замок и мешал рассмотреть, что там происходит.
– Смотрите! – крикнул кто-то.
Джиг перевел взгляд с леса на левую дорогу. На той стороне поля появились первые силы армии Неназываемого.
* * *
– У нее имя есть? – спросил гном, раскуривая трубку.
– Вообще-то это он.
– Ну хорошо, у него имя есть?
– Непобедимый.
– Что же, вполне подходит, – одобрительно кивнул канонир, с интересом разглядывая лохматую крысу, надежно угнездившуюся на левом плече Медка. – А меня Одзаном, стало быть, кличут, а ребята – Перцем зовут.
– Медок.
– Да я уж знаю. Мне тысячник сказал. Из Диких, если не ошибаюсь?
– Да.
– Слышал я о том, что с вами у Одинокого Великана произошло. Горячо было?
– Не знаю, я в это время был в другом месте.
– А... Я слышал, что пятидесяти вашим удалось выжить и выбраться?
– Сорока семи.
– А... Они в твоей сотне?
– Нет, в центре, насколько я знаю.
– Хм? – Гном выпустил колечко дыма. – А тебя тогда каким чудом в правую армию занесло?
– Сказали, что сотник нужен.
– Стало быть, ты со своими ребятами теперь наши бороды охранять будешь?
– Стало быть, так.
– Экий ты немногословный, братец, – пожаловался гном.
– Уж какой есть.
Вдали вновь раздалось: "Бум! Бум!" Гном встал во весь свой небольшой рост, достал маленькую подзорную трубу явно карликовской работы и навел ее на замок, находящийся как раз по прямой линии от Точеных Лук.
– У них там жарко. Уже минут сорок палят. И враг чего-то к нам не спешит. Неужто Лепзан за нас всю работу сделает? А ведь был дурак дураком. Раньше не мог фитиль нормально поджечь, а вон ведь теперь как палит! Помню, случилась у нас в Стальных шахтах одна история...
Медок не слушал словоохотливого гнома и, прислонившись к стене, закрыл глаза. На Поле Фей он оказался достаточно неожиданно. С тех пор как маг в Кукушке сказал, что Дикий здоров и полностью излечился от последствий орочьего шаманства, прошло не так уж много времени. От силы месяц-полтора. Покинув Пограничное королевство, Медок добрался до Ранненга, а оттуда до столицы. Здесь надлежало передать письма, что ему оставил Алистан Маркауз. Когда все дела были сделаны и Медок решал, что делать дальше – дождаться возвращения отряда в Авендуме или сразу отправляться к Одинокому Великану, – разразилась катастрофа: Неназываемый вторгся в королевство. Король стал собирать армию, и Медок, не колеблясь, пошел добровольцем. Случай столкнул его с Изми Маркаузом, который помнил желтоволосого воина еще по схватке с огром в королевском дворце. Лейтенант гвардии сразу же предложил Дикому взять под свое командование сотню. Медок поначалу отказывался, говорил, что его место с товарищами, с теми, кто выжил после падения Одинокого Великана, но милорд Изми умел убеждать. Теперь под командованием Медка находилось шесть десятков отчаянных рубак, набранных в Точеные Луки из всех отрядов, и сорок арбалетчиков из отряда северян Шега. Прорва народу. Медок, который раньше не командовал более чем десятком, поначалу испугался, но за неделю общения понял, что разницы между десятком и сотней практически никакой. Отдавай приказы да смотри, чтобы ребята не лезли на рожон, когда не надо.
Теперь его сотне отдали приказ охранять одну из трех пушек, расположенных в Точеных Луках. Почему именно его сотне поручили защиту гаомьего расчета, а не другим пяти тысячам солдат, находящимся в укрепленной деревне, Медок не знал.
– Смотри-ка! Этим счастливчикам повезло, клянусь горном моего деда!
Возглас гнома вывел Медка из задумчивости. Дикий встал, поднял с земли огролом и посмотрел налево. К холму на полном скаку неслась кавалерия. Еще один такое же отряд – линия красно-зеленого, направлялся в сторону левой армии.
– По четыре тысячи в отряде! – сощурив глаза, высказал свое мнение Ротт – командир арбалетчиков сотни Медка. – Похоже, "раки" выставили всю свою кавалерию. Левым тяжело придется!
– Поднимай ребят, Ротт! – отдал приказ Медок, следя за накатывающимся на холм красно-зеленым валом. – Если споткнутся на холме, попрут на нас.
Вам! – содрогнулись небеса, и Медок он неожиданности втянул голову в плечи.
– Мортира с холма жахнула! – хохотнул Перец, задрав голову к небу.
Медок тоже посмотрел наверх и увидел, как дымная свеча возносится к солнцу, на миг замирает в наивысшей точке, словно бы раздумывая, стоит ли ей падать, и с визгом несется к земле. Гномы на холме просчитались, кавалерия уже миновала тот участок, где должно было упасть ядро, и мощнейший взрыв лишь взметнул в небо землю. Единственным положительным моментом этого выстрела было то, что лошади задних рядов, не ожидавшие ничего подобного, перепугались и на некоторое время в рядах противника воцарился полный хаос.
– Куда палите, мерзавцы?! – заорал Перец, потрясая кулаками, словно его могли услышать. – В молоко лупите, карликово племя! Вы же ее теперь полчаса перезаряжать будете! Косорукие! Кто у них там в расчете?! Жиргзан! Разворачивай орудие! Боги дадут, забубеним кавалерии в левый фланг! Когда нам теперь еще придется пострелять?!
* * *
После выстрела мортиры лошадь все еще продолжала нервничать, и Изми Маркауз вновь потрепал ее по шее. Животным не нравился незнакомый шум, но тут уж ничего не поделаешь. На левом фланге центра все еще было спокойно, резерв не требовался, основная часть битвы была впереди, и воинам королевской гвардии оставалось лишь смотреть, как кавалерия "раков", пришедшая по левой дороге, разделилась на две равные части и, набирая темп, нацелилась на пехоту центра и баталии левой армии.
* * *
– Бах!
– Бах!
За спиной принца бухнуло, и два ядра, просвистев над головами пехоты, понеслись к приближающейся кавалерии. Первое ядро, не причинив противнику никакого вреда, просвистело над всадниками и упало далеко в поле. Второе угодило прямо в несущихся солдат-кавалеристов, сшибло несколько человек и взорвалось в центре атакующего порядка. Даже отсюда были слышны крики людей и вопли раненых и испуганных лошадей. Атакающий строй кавалерии "раков" вновь сломался, и там началось форменное безумие. Всадники едва справлялись со взбесившимися лошадьми, и ни о какой атаке сейчас не могло быть и речи. Сталкон Весенний Жасмин даже пожалел, что гномы не стали выжидать, а выстрелили несколько раньше. Кавалерия даже не успела подобраться к его армии, и двухъярдовые луки Играющих с ветром сейчас просто не достали бы до всадников. А какой разгром мог бы получиться, если бы паника охватила лошадей несколько ближе к позициям, чем они сейчас находились!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
