внимательно слушают.
— Да, сэр.
— К тебе могут вернуться инженеры. Только что прислали новый план боя: саперы будут взрывать и затыкать главный туннель багов там, где он ближе всего подходит к поверхности. Это слева от тебя, у «Охотников за головами». Другая саперная рота проделает то же в месте, где туннель разветвляется. Это миль за тридцать справа от тебя, на территории Первого. Они заткнут бульвар с двух сторон и отрежут самую большую их колонию. Интересно, что такую же штуку устроят и в других местах. Далее — по ситуации. Или баги начнут прорываться наружу, и нам придется организовать бойню. Или затаятся внизу, и тогда придется спускаться самим.
— Понятно, сэр.
Я не был уверен, что понял абсолютно все, но задачу, кажется, уяснил.
— Пусть твои ребята на фланге войдут в контакт с саперами, когда те прибудут, и помогут, если понадобится.
— Хорошо, капитан.
Просьба о помощи саперам меня не огорчила. Военные инженеры почти равны Мобильной Пехоте. С ними приятно работать. Когда становится жарко, они мигом бросают свои дела и дерутся — может быть, не так профессионально, но не менее храбро, чем мы. Или работают на переднем крае, в самой гуще сражения.
— Ну, держись, сынок…
Двенадцать ушей. Это означало, что на каждый пост я могу поставить только полгруппы. Капрала и трех рядовых. А половину отряда отправить спать. Перегруппировка отряда заняла не более десяти минут: я детализировал план, довел все координаты до сведения сержантов и предупредил насчет возможного прибытия инженеров. Как только отделения доложили о включении новых постов прослушивания, я перешел на общий канал:
— Нечетные номера! Ложись. Вам два часа на сон. Один… два… три… четыре… пять — спать!
Скафандр, конечно, не пуховая перина, но спать в нем можно. В гипнотическую подготовку перед боем, кроме всего прочего, включается удивительный трюк, позволяющий в редкие минуты отдыха десанта единственной командой заставить людей моментально заснуть.
Причем команду может дать и не гипнотизер. Затем в нужный момент можно точно так же разбудить ребят, и они будут свежи, бодры и готовы к драке. Этот трюк часто выручал нас, если не сказать — спасал: измученному, измотанному человеку очень трудно заснуть, он еще больше изматывается и в конце концов оказывается не в состоянии драться.
Сам я спать пока не собирался. Правда, никто и не приказывал, а я не напрашивался. Мысль о том, что на глубине нескольких сотен футов засели тысячи багов, прогоняла сон начисто. А вдруг экстрасенс не все услышал? Или вдруг баги смогут подкрасться, минуя посты прослушивания?
Пусть все это плод моего воображения, но я не хотел оставлять багам ни одного шанса.
Я включил личный канал связи:
— Сержант! Можете отдохнуть с ребятами. Я пригляжу за всем. Ложитесь. Даю два часа на сон. Один… два…
— Прошу прощения, сэр. — Да?
— Если я правильно понял новый план боя, в ближайшие четыре часа не предполагается никаких действий. Вы могли бы отдохнуть сейчас, а потом…
— Забудьте об этом! Я хочу проверить посты прослушивания и дождаться саперов.
— Хорошо, сэр.
— Сейчас я рвану к номеру третьему, вы останетесь с Брамби и отдохнете. А я…
— Джонни!
Я мигом переключил канал.
— Да, капитан? — Неужели Блэки нас слушал?
— Ты установил все посты?
— Да, капитан. А все нечетные уже спят. Я как раз собираюсь пройтись по всем постам. И…
— Пусть это сделает сержант. Я хочу, чтобы ты отдохнул.
— Но, капитан…
— Ложись. Это приказ. Тебе дается два часа на сон. Один… два… три…
— Капитан, с вашего позволения, я хотел бы сначала проверить посты. А потом отдохну, если вы так хотите. Но лучше бы мне оставаться на ногах…
От неожиданно громкого хохота Блэкстоуна у меня даже заложило уши.
— Очнись, сынок. Ты проспал час с лишним! Глянь на часы…
Я посмотрел и почувствовал себя круглым дураком.
— Ну что, проснулся, сынок?
— Да, сэр. Кажется, да, сэр.
— Судя по всему, становится жарче. Поднимай нечетных — пусть четные немного поспят. Если повезет, в их распоряжении будет целый час.
Я делал все, не говоря ни слова отрядному сержанту. Я был зол на него. И на Блэки тоже. На Блэки — за то, что против моей воли отправил спать. А на сержанта — за то, что со мной никогда не проделали бы такой штуки, не будь он настоящим командиром, а я — подставным.
Но после проверки третьего и первого постов (все оказалось тихо) я остыл. В конце концов, злиться на сержанта за то, что сделал капитан, просто глупо.
— Сержант…
— Да, мистер Рико?
— Вы не хотели бы отдохнуть с четными? Я подниму вас на несколько минут раньше.
Он замялся.
— Сэр, я хотел бы еще проверить посты прослушивания.
— Разве вы еще этого не сделали?
— Нет, сэр. Весь последний час я спал.
— Вот что. Поддайте-ка жару капралам, пусть подтянутся. Сейчас будить никого не станем, но, когда придется это сделать, секунды могут решить все. И тогда многое будет зависеть от них.
— Понял, сэр.
Я проверил еще один пост, потом перешел к тем четырем, что были расположены над городом багов. Требовалось некоторое усилие воли, чтобы подключиться к прослушивателю: с помощью уха я действительно слышал их — где-то на невообразимой глубине раздавался шелест. Наверное, баги переговаривались друг с другом. Мне ужасно хотелось все бросить и сбежать как можно дальше от зловещего уха, но единственное, что оставалось, — это не показывать своих чувств.
Я подумал, что прилетевший к нам экстрасенс — просто человек с гипертрофированным слухом. Но баги находились там, где он сказал. В Кадетском корпусе мы специально прослушивали записи с болтовней багов, и я мог различать эти звуки. Четыре поста на нашем участке передавали шумы, характерные для большого города. Шелест мог быть речью (хотя зачем им речь, если всех на расстоянии контролирует каста интеллектуалов?). Хруст хвороста, шелест сухих листьев, изредка вой на высокой ноте, который фиксировался только над городом. Этот звук явно был механического происхождения. Может быть, вентиляция?
Характерного шипения и треска, означавших, что баги прокапывают новый ход, пока не появлялось.
Звуки над их бульваром были другими. Тяжелое громыхание, временами доходящее до рева, словно проезжал мощный транспорт. При проверке пятого поста у меня появилась идея. Я приказал людям у четырех постов над туннелем кричать каждый раз, когда шум на бульваре будет возрастать. После нескольких экспериментов я счел нужным доложить капитану Блэкстоуну.
— Капитан…
— Джонни?
— Движение по туннелю одностороннее — от меня к вам. Скорость — примерно сто десять миль в час.
