– Позвольте мне наполнить вашу тарелку, мисс Роузмур.
Джейн не могла не улыбнуться Никерсону, кивая в знак согласия и наблюдая, как тот кладет ей на тарелку кусочки жареной говядины, тоненькие ломтики ветчины, аппетитные паштеты и всевозможные сыры.
– М-м-м, омары восхитительны, – прошептала стоящая рядом Люси.
Джейн попробовала один с тарелки, которую ей протянул Никерсон, и согласилась:
– Да, очень вкусные.
«Хорошо хоть кусочки такие маленькие и нет излишнего внимания окружающих», – подумала она.
– А что вы скажете о вашем спутнике? – притворившись оскорбленным, спросил Никерсон.
– О, только самое приятное. Но он мог бы более внимательно выбирать место во время танцев. – Джейн легко засмеялась, ее настроение немного улучшилось.
– Взгляните, там Генри беседует с бедной миссис Клифтон. Полагаю, он пытается отвлечь ее, пока муж зажал мисс Андерсон в углу. – Люси, нахмурясь, с отвращением покачала головой и направилась к мужу, Никерсон последовал за ней. Джейн двинулась было в ту же сторону, но ее остановил чей-то вопрос:
– Мисс Роузмур?
Джейн повернулась на голос. Перед ней стоял слуга, с любопытством рассматривая ее.
– Да? – удивленно произнесла девушка.
Не говоря ни слова, тот вложил ей что-то в руку и сразу же начал пробираться сквозь толпу. Джейн лишь изумленно посмотрела на удаляющуюся фигуру.
Раскрыв ладонь, она увидела маленький квадрат бумаги и удивленно заморгала. «Как странно!»
Оставив тарелку, Джейн заторопилась в дамскую комнату. Ей любопытно было узнать, что означало это послание. Как только за ней захлопнулась дверь, она дрожащими руками развернула клочок бумаги и прочитала три слова, написанных явно торопливым почерком.
«Сад роз. Полночь».
Может быть, это имело отношение к Никерсону и мисс Адар? Послание, назначающее тайную встречу? А может, это было что-то совсем иное. Ее сердце бешено застучало в предвкушении. Она искала глазами подпись. «Пожалуйста, только не Клифтон!»
И сердце замерло.
В нижнем правом углу стояла единственная элегантная буква «У». Послание упало на ковер.
«Уэстфилд».
Глава 13
Это было полное безумие. Прекрасно сознавая это, Хейден не в состоянии был удержаться, чтобы торопливо не написать записку. Его помолвка будет объявлена ближе к концу бала. Господи, он стоял среди темных ароматных кустов, тайком ожидая другую женщину. Он нервно вышагивал между веток с шипами, одной рукой ослабив галстук. Проклятый кусок материи был словно удавка на шее.
Хейден достал часы и открыл крышку. До полуночи оставалось две минуты. Он захлопнул крышку и засунул часы обратно в карман. Придет ли она? Он нагнулся и сорвал розу, ее бархатные лепестки напоминали по цвету губы Джейн, они были такими же нежными. Граф осторожно пробежал пальцем по кромке лепестка, вдыхая густой аромат.
– Лорд Уэстфилд?
Он повернулся, испытывая одновременно изумление и облегчение. Джейн стояла рядом. Ее лицо не выражало ничего, кроме раздражения.
– Я просил вас называть меня Хейден, – сказал он, бросив цветок на травяной ковер под ногами.
– Вы прекрасно знаете, насколько неуместно это будет звучать, лорд Уэстфилд. Мне напомнить, что вы помолвлены с другой? Честь называть вас так неофициально принадлежит мисс Апшоу, и ей одной. – Ее рот скривился, а брови нахмурились. – Почему вы назначили мне встречу здесь?
– Хочу поговорить с вами, и больше ничего.
– Тогда говорите быстрее. Я должна вернуться, прежде чем будет замечено мое отсутствие.
Хорошо отрепетированные слова вылетели у него из головы, неожиданно лишив его дара речи. Это было безумие. Ему надо было позволить ей уйти, прежде чем сюда нагрянет Никерсон. Внутренне рыча от разочарования, граф направился было обратно в танцевальный зал, но вдруг почувствовал ее нежные пальцы на своей руке и замер. Глубоко вздохнув, он повернулся к ней.
Джейн умоляюще смотрела на него сияющими в лунном свете глазами.
– Что вы хотели мне сказать? Говорите же! И прекратим эту сумасшедшую игру, лорд Уэстфилд. – Что-то изменилось в ее взгляде, словно пелена упала с пленительных глаз. И он увидел в их глубине горечь и боль.
Глубокую, мучительную боль, которую она так старательно прятала от всего света. Хейден неожиданно осознал ее страдания, почувствовал, что они опутали ее, словно густой туман.
Он закрыл глаза и отрывисто вздохнул. Был ли он причиной ее страданий? Эта мысль словно ножом пронзила его сердце.
– Боюсь, я плохо обошелся с вами, мисс Роузмур, – признался он хриплым голосом.
Она ничего не ответила, но нижняя губа заметно задрожала.
– Не могу принести никакие извинения, – продолжил граф, – кроме того, что мой разум затуманивается в вашем присутствии.
Его сердце бешено стучало в груди. Джейн по-прежнему молчала.
Граф машинально дотронулся рукой до мягкой ткани ее юбок. Это платье сильно отличалось от тех, в которых он видел ее раньше. Оно было более девичьим, почти сказочным, с изящными шелковыми листьями, окаймляющими подол. Модный низкий вырез платья приоткрывал ее пышную грудь, а матовый тюль поверх светло-голубого атласа придавал необычный оттенок ее нежной коже, интенсивнее подчеркивая глубокий цвет глаз.
Она была обворожительна.
– Вы надели сегодня это платье, чтобы помучить меня? Оно так идет вам. Невинное, но такое сексуальное, интригующее.
Ее глаза сузились, а щеки сердито раскраснелись.
– Может, вам трудно понять, но ваши вкусы не влияют на мой выбор туалетов. Я надела сегодня это платье, потому что голубой – любимый цвет мистера Никерсона, да будет вам известно. – Она вздернула подбородок.
Что-то внутри у него оборвалось.
– И вы влюблены в него?
– Вас это не касается, – резко заявила Джейн и отвернулась. Она сделала пару шагов, затем снова повернулась к нему: – Ну а если это так? Он джентльмен во всех отношениях и благороднее вас, хотя у него нет титула. Мистер Никерсон не пытается… не пытается… соблазнить меня, не угрожает на каждом шагу моей репутации. Он честен, бесхитростен и…
– Можно не продолжать, – прервал ее Уэстфилд. Кровь ударила ему в лицо. – Я все понимаю.
– Понимаете? Тогда почему мы здесь? Прячемся в тени, скрываемся, словно тайные любовники. Когда это закончится? Я совершенно ясно заявила, что не желаю выходить за вас замуж, к тому же сейчас вы помолвлены с другой. Вам не нужно ничего мне объяснять, лорд Уэстфилд.
– Ваши слова звучат весьма убедительно, но ваш поцелуй в Садах выдал вас. Я почувствовал желание в вашем поцелуе. Желание под стать моему.
– Ваша самонадеянность вводит вас в заблуждение. Тот поцелуй застиг меня врасплох, вот и все. – Она опустила глаза и вздрогнула. – Признаюсь, мне, возможно, было любопытно, не более того.
