в Японском Сёгунате. Всё, в общем-то, логично, учитывая, что дед — единственный в мире целитель-архимаг [8].
Катарина Лупергод раскопала, что у деда было три официальных супруги, восемь детей, двадцать внуков и семнадцать правнуков. По документам числится, что Язва родился аж в 1928-м году. Если всё и дальше так пойдёт, то свой вековой юбилей Геннадий Саваки скоро отпразднует в мире Унии.
Дальше начинается самое интересное. Согласно картотеке Сёгуната, Геннадий Довлатов [он же Саваки], эмигрировал в Японию в 1954-м, сбежав с каторги на Колыме. Взял фамилию Саваки, осел в Токио и стал целителем в стране, восстанавливающейся после отгремевшей Второй мировой войны.
Вскоре в 1956-м женился на Акито Рукии и обзавёлся парой прекрасных детишек. Тоже целителей, между прочим! Потом, следуя традициям [или, скорее, приказу Сёгуната], Язва женился второй раз на Ко Синабаки. Это случилось в 1962-м году. Сама дамочка из древнего рода Ко.
Всего через год первая супруга деда, Акито Рукия, погибла в автомобильной катастрофе. Дело шито белыми нитками! Это я как выходец из семьи следователей говорю. Целителя-ветерана [2] сложно убить, даже если он на легковушке влезет под фуру. Но Рукия погибла…
Затем в 1967-м, спустя пять лет, Геннадий женился в третий раз на Розалинде Бланшет, чем, видимо, поверг в шок всех домочадцев. С мадам Саваки [Ко] семейная жизнь трещала по швам так, что о них судачила вся Япония тех лет.
Если бы развод в те годы не считался моветоном в Сёгунате — давно бы разбежались. В том же году Геннадий Саваки прорвался в архонты [6] и, как следствие, перестал стареть. Деду тогда исполнилось всего-то сорок три! Весьма выдающийся результат для одарённого, восходящего по рангам.
С тех пор в семье деда начало твориться что-то странное. Дети от первой супруги — Рёма и Аюми — отказались от фамилии Саваки, взяв фамилию Акито. Сеть их целительских косметологических клиник расположена в Осаке. ИМЕННО ИМ дед сплавлял тех клиентов, за которых не успевал браться сам. Сейчас род Акито едва ли не монополизировал эту сферу услуг в Осаке.
Вторая супруга, мадам Ко Синабаки, до сих пор живёт под фамилией мужа. В последний раз старушку видели на севере Японии, в фамильном гнезде рода Ко в компании внуков. По слухам, Язва с ней не общался аж с 1994 года. Вместе их в последний раз видели на свадьбе младшего сына от мадам Ко.
Собственно, след некой двадцатипятилетней Саманты Бланшет обнаружился среди потомков от третьей супруги деда — Розалинды Бланшет. То есть, «Саманта Саваки» приходится Язве внучкой. Целитель-ветеран [2] со специализацией на семейном деле. Она обслуживает узкий круг аристократов Токио… а также до прошлого года выполняла роль официального помощника Геннадия «Язвы».
Договориться с ней о встрече вышло только после внесения депозита в десять тысяч долларов за разовую консультацию. Пришлось задействовать маскировку. Под техникой продвинутого «Сокрытия», с изменённой внешностью и документами на имя Михаила Фрольцова я встретился с ней в кафе в центре Токио.
— Фрольцов-сан, — следуя японскому этикету, Саманта коротко поклонилась. — Благодарю за то, что выбрали клинику Саваки. Начиная с сегодняшнего дня, ваш персональный менеджер всегда будет с вами на связи.
— Полегче, Саваки-сан, — я шутливо замахал руками. — У нас вроде как «разовая встреча». Семейный целитель роду Фрольцовых пока не нужен.
— Как скажете, — девушка опустила глазки. Взгляд выдал лёгкое разочарование.
Внешность… обычная европейка. Тёмные волосы, зелёные глаза, идеальная внешность с намёком на вмешательство целителей-косметологов. Чертами лица Саманта явно пошла в мать или отца. На деда она совершенно не похожа.
— Наш разговор конфиденциален? — спрашиваю чисто для проформы.
— Да, конечно! — улыбка у Саманты снова стала ярче. — С момента внесения вами оплаты на меня распространяется действие Кодекса Целителя, а на вас врачебная тайна. Всё, что вы скажете, останется между нами.
— В таком случае… вы ведь внучка Геннадия Саваки? Целителя-архимага [8] из Комитета Силлы?
— У вас неверная информация, — Саманта, усмехнувшись, покачала головой. — Геннадий Саваки имеет ранг абсолюта [7]. Точнее, имел на момент своего исчезновения.
— Вот как? — я усмехнулся. — А если я скажу, что видел Геннадия ещё год назад и могу дать клятву, что его реальный ранг был архимаг [8]?
— Вы можете верить, во что хотите, — Саманта качнула головой. — Как дед… то есть Геннадий Саваки связан в вашим вопросом, Фрольцов-сан?
— Видите ли, — смотрю девушке в глаза. — Двадцать пятого мая прошлого года… или, возможно, немного позже Геннадий Саваки должен был лично вам, Саманта, оставить указание. Связаться с его внуком Михаилом Довлатовым в Аране.
Маска спокойствия Саманты дала брешь. Глаз дёрнулся, когда я назвал дату.
— Но вы с ним не связались… Ни до начала Сопряжения. Ни после исчезновения Комитета Силлы. Почему вы это сделали?
— Ты, что ли… Михаил? — тон, поза и мимика девицы резко изменились. — Тот самый внук от его брака в Российской Империи?
Саманта глянула на меня так, будто окатила ведром помоев.
— Роду Саваки не нужны нахлебники! Дед свалил с Комитетом, оставив семейную клинику Саваки на нас с матерью. Заказов стало меньше. Дошло до того, что я теперь хватаюсь за мелкие подработки, вроде этой «частной консультации».
На последних словах я поперхнулся.
— Мелкие подработки? То есть десять тысяч баксов за двухчасовую консультацию без целительского лечения это, по-твоему, мелочь?
— Подножный корм, — голос Саманты стал холодным. На лице показалось отвращение. — Пока дед был здесь, я меньше чем за пятьдесят кусков никого не брала на консультацию.
— Погоди, — вдох-выдох… успокоиться. — Ты вообще хоть что-то обо мне знаешь?
Саманта недовольно фыркнула.
— Пособник орков, редкостный бездарь, сосущий соки из рода Хаммер и каких-то там американских Лордов… Тебя ещё почему-то поместили на обложку журнала «Тайм» в прошлом году. Слышала, в Штатах тебя объявили в розыск? Ещё какой-то идиот из Поднебесной на днях ляпнул, будто ты стал целителем-учителем [3] за год.
С ведром помоев я, пожалуй, ошибся. Тут минимум цистерна наберётся. Эта девица как рот откроет, так нечистоты наружу льются.
Видимо, третья супруга Розалинда и её потомки использовали фамилию деда для привлечения японских аристократов на «семейную подписку». А как дед пропал, выяснилось, что сама клиника — полное дерьмо! Да ещё и с ценниками, задранными в космос. Десять штук баксов — это, по их меркам, «подножный корм»⁈
— Может, что-то ещё?
