Читаем без скачивания Тебя предупреждали… - Лориэн Лоуренс

шрамы, острыми зигзагами пересекающие демоническое лицо, и у меня защипало глаза. Майк положил руку мне на плечо и сжал его. Я шмыгнула носом и продолжила:

– Её волосы стянули мне руки и ноги. Она хотела меня утопить. А потом… потом…

– Потом я её вытащил, – широко улыбнулся Майк.

– Слава богу, что ты был с ней, – выдохнул Ред и обхватил руками голову. Казалось, за последнюю неделю он постарел лет на десять. – А что насчёт отрубленной руки?

– Я видела её дважды, – сказала я. – В первый раз – перед тем как упасть в воду. Она сжимала сгусток оранжевого света. – Я повернулась к Майку. – Ты точно ничего этого не видел?

– Не-а. Ничего. А вы свет видели, Ред?

Ред тоже помотал головой:

– Ни разу. Только Мэри его видела.

Я посмотрела на одного, затем на другого:

– Может, я могу его видеть, потому что живу в её доме?

– Или это из-за твоего папы, – предположил Майк. – У одного из старичков его нога – может, это породило какого-то рода связь?

Ред поморщился:

– Это не имеет значения. Суть в том, что старички пытаются заманить тебя туда. Они чудовища, вот и всё.

С этим было не поспорить. После прошлой ночи я уже никогда не смогу смотреть на водоёмы, как раньше.

– Когда увидела руку во второй раз? – спросил Ред.

– Сразу после того, как Майк меня вытащил. Я оглянулась и увидела её плавающей на поверхности под чёрным деревом.

– Под чёрным деревом?

Я взмахнула руками:

– Ну знаете, такое большое дерево на краю пруда, чёрное, как после удара молнии? Частично в воде?

– Всё, я понял, о чём ты, – кивнул Ред.

– А что, если это источник их энергии? – спросил Майк.

– Что именно?

– Та рука, которую видела Куинн: может, это её необходимо уничтожить, чтобы остановить старичков?

– Нет, это было бы слишком просто, – помотал головой Ред. – И зачем им открывать тебе их слабое место?

Я уставилась на него:

– Может, они не рассчитывали, что я выживу? – Я повернулась к Майку. – А вдруг Беа всё-таки видела нас, когда уходила от пруда? Та песня, которую она мычала себе под нос, – это её я слышала из воды. Наверное, это часть заклинания. Магия. – Я выпрямилась на своём деревянном стуле. – Нужно туда вернуться!

Лицо Реда помрачнело:

– Даже не думай!

– Но вдруг эта рука – действительно источник энергии? У нас не будет другого шанса их остановить. Время заканчивается! Эттвуд и Смит упоминали Четвёртое июля…

– …и что они собираются принести Паркер в жертву, – добавил Майк. – Мне тоже очень не нравится эта идея, но Паркер права: придётся сходить на рыбалку.

– Категорическое нет! – отрезал Ред. – Вам нельзя подходить к пруду – это слишком опасно. Очевидно же, что они заманивают вас в ловушку, чтобы утопить. Забыли их угрозы?

– Но я уверена, что свет – это подсказка. Не лицо, а именно свет. Мне кажется, он приведёт меня к руке.

– Или к смерти.

– Если бы старички желали мне смерти, я бы уже была мертва, – возразила я. – И потом, я же буду не одна.

Майк выпятил грудь:

– Да, с ней буду я. – Он продемонстрировал свои бицепсы. – И всё вот это.

Я шлёпнула его по руке.

Ред встал:

– Если это ваш план, то я в нём не участвую.

Мы с Майком переглянулись:

– Что?!

– Вы не можете выйти из операции «Охотник за привидениями»! Вы нам нужны!

– Я делаю это с тяжёлым сердцем, – обернулся от двери Ред. – Но вы играете с огнём, что куда опаснее, чем вам кажется, и я не могу… не могу сидеть и смотреть на это. – И он ушёл.

Майк недолго помолчал, затем пожал плечами:

– Опять мы с тобой одни против всех.

– У тебя удочки есть?

* * *

Мы условились, что пойдём к пруду завтра днём. Но уже утром Майк объявился на пороге нашего дома:

– Простите, миссис Паркер. Надеюсь, я вас не разбудил.

– Глупости, Майкл. Я уже привыкла к твоим визитам. – Она сделала приглашающий жест. – Позавтракаешь с нами?

– Я бы не отказался от стакана молока. Спасибо, миссис Паркер, – с улыбкой ответил Майк.

Мама помахала мне:

– Куинн, займись, ладно? Мне нужно в душ. Ранняя смена, помнишь? – И с кофе в руках она убежала наверх.

Билли устроился у ног Майка. Я налила молока, и мы поболтали о погоде, пока не услышали шум воды.

Я наклонилась к нему:

– В чём дело? Мы вроде собирались встретиться позже?

Он резко посерьёзнел:

– Я только что видел, как миссис Смит шла к Беа.

– И что?

– А то, что это для них необычно. Ты знаешь не хуже меня, что они просыпаются, пьют чай, поливают свои розы и едут на работу. Так рано они в гости друг к дружке не ходят. Что-то затевается.

– Так пойдём узнаем, – прошипела я, вскакивая.

Стараясь не привлекать внимания, мы перебежали через улицу. И хотя это было не первое наше подглядывание, сейчас всё воспринималось по-другому: ведь в прошлый раз, прячась в розовых кустах мисс Беа, мы ещё многого не знали.

Мне в ногу снова впился шип, но в этот раз нам повезло: окно гостиной было открыто.

Мисс Беа, волоча за собой воздушный шлейф очередного длинного вечернего платья, расхаживала взад-вперёд по комнате, а миссис Смит сидела на диване, держа двумя руками чашку с чаем.

– Энжела лишь упомянула, – сказала она, – что заклинание работает уже не так хорошо, как раньше.

Мисс Беа ускорила шаг, на поворотах полы юбки хлестали её по ногам.

– Да как она смеет жаловаться! – возмутилась она. – И это после всего, что я для неё делала все эти столетия!

– О, Беатрис, – проворковала миссис Смит, – всё не совсем так. Она ценит твои труды. Мы все…

– Что-то не похоже. Я предложила ей сделку. Благодаря мне она получила мужа, жизнь. А самое главное – она получила, как и все вы, бессмертие.

Миссис Смит поставила чашку на кофейный столик:

– Нет причин так расстраиваться, Беатрис…

– Я спасла всех вас! – продолжала мисс Беа, мечась по комнате. – С помощью маминого заклинания я отомстила за опороченное имя Гуди, которое этот город смешал с грязью, когда её сожгли на костре! – Она махнула рукой на висящий над диваном портрет красивой женщины с тёмными волосами.

И тут меня будто молнией ударило. В воде была не Мэри Хов – это был призрак матери мисс Беа! У меня мурашки побежали по спине, а вспотевшие ладони едва не соскользнули с края подоконника.

– Или вы всё забыли?! – рявкнула Беа.

– Нет-нет, Беатрис. Конечно, нет.

– Прошло