армии после Стародубской операции к новому наступлению не были готовы, особенно 282, 155 и 307 стрелковые дивизии. Времени же для перегруппировки не было. Поэтому части 13 Армии не сумели своевременно поддержать ударную группировку и действия ее захлебнулись».[168]
Стоит отметить, что командование Брянского фронта прекрасно понимая, в какой ситуации находится армия, продолжали насыщать ее маршевым пополнением даже в ходе боев. Так, 1 сентября 13-я армия получила 1343 человека маршевого пополнения, из них 1018 человек было направлено в 307-ю стрелковую дивизию.[169]
Таким образом, возможностей Брянского фронта даже с учетом усиления авиацией для разгрома 2-й танковой группы Гудериана было недостаточно.
С другой стороны, мы должны понимать и логику действия Ставки ВТК, которая прекрасно понимая, какая кризисная ситуация сложилась на южном участке советско-германского фронта изыскивала любые возможности для ликвидации кризиса. В том числе у нее под рукой имелись и войска Брянского фронта, пусть и не в самом лучшем состоянии, но не задействовать их в попытке остановить немецкое наступление, было бы преступно. Поэтому Ставка ВГК всячески торопила А.И. Еременко с началом наступления, и требовала от него решительного успеха. Так, в директиве Ставки ВГК № 001540 направленной в штаб фронта в 02.50 2 сентября выражалось недовольство действиями войск фронта и требование в кратчайшие сроки «вдребезги разбить группу Гудериана»:
«Ставка все же недовольна вашей работой. Несмотря на работу авиации и наземных частей, Почеп и Стародуб остаются в руках противника. Это значит, что вы противника чуть-чуть пощипали, но с места сдвинуть его не сумели.
Ставка требует, чтобы наземные войска действовали во взаимодействии с авиацией, вышибли противника из района Стародуба, Почепа и разгромили его по-настоящему. Пока это не сделано, все разговоры остаются пустыми словами.
Ставка приказывает: Петрову оставаться на месте, а всеми соединенными силами авиации способствовать решительным успехам наземных войск. Гудериан и вся его группа должна быть разбита вдребезги. Пока это не сделано, все ваши заверения об успехах не имеют никакой цены. Ждем ваших сообщений о разгроме группы Гудериана».[170]
Пока армии Брянского фронта вели бои с наседающим противником и готовились к наступлению, единственным средством воздействия на наступающие корпуса Гудериана оставалась авиация. За 1 и 2 сентября 1941 года ВВС фронта совершили 397 самолетовылетов на разведку, бомбометание, штурмовку, прикрытие и сопровождение своих войск. Было сброшено 1066 бомб разных калибров, 2324 ампулы с жидкостью «КС» и 711500 листовок. Психологической войне и пропаганде среди немецких войск командование Красной Армии продолжало уделять должное внимание. Вот только эффективность этих действий в условиях вражеского наступления и побед была крайне низкой.
Потери ВВС Брянского фронта составили 16 самолетов (10 Ил-2, 3 Пе-2, 2 Су-2 и 1 Як-1), также 4 Ил-2 были повреждены. При этом было заявлено об уничтожении 59 танков, 140 автомашин, 51 орудия и 1 самолета Не-126.
При этом бомбо-штурмовым ударом подвергались не только мотомеханизированные колонны противника, но и аэродромы базирования немецкой авиации. Так, утром 1 сентября два звена Ил-2 атаковали материальную часть и летно-технический состав противника на аэродроме Стародуб. В связи с сильной задымленностью над целью результаты атаки не были установлены.[171]
Не смотря на активность советской авиации повлиять на темпы немецкого наступления, она не смогла. Противник продолжал владеть инициативой и во второй половине дня части 29-й моторизованной дивизии форсировали Десну в районе Нововасильевки и захватили плацдарм у поселка Знобь, оттеснив соединения 13-й армии, которые готовились к наступлению. Последовательное оттеснение от Десны советских войск 29-й мотодивизией было предпринято Гудерианом для обеспечения и прикрытия основного плацдарма у Новгород-Северского, о чем он пишет в своих мемуарах:
«29-я мотодивизия перешла через мост у Новгород-Северского, а затем продвинулась на север для обеспечения северного фланга плацдарма, созданного 24-м танковым корпусом, а также для содействия продвижению 17-й танковой дивизии».[172]
Не получала должной поддержки своей авиации и подвижная группа А.Н. Ермакова, которая регулярно страдала от налетов «штук». Пока в высоких штабах планировали наступательную операцию по разгрому Гудериана, главная ударная сила Брянского фронта продолжала методично перемалываться немецкими войсками. 2 сентября при поддержке авиации 17-я танковая дивизия решила окончательно разгромить окруженную 108-ю танковую дивизию. Все атаки противника в течение дня были отражены. Успех дался дорогой ценой: убитыми и пропавшими без вести было потеряно 38 человек, ранеными 32 человека, подбито и сгорело 5 танков (1 КВ-1, 3 Т-34, 1 Т-40), 10 орудий (2 122-мм гаубицы и 8 76-мм орудий) и 6 тракторов. При этом было заявлено об уничтожении 22 танков противника и до двух рот пехоты.[173] 17-я танковая дивизия отчиталась о 6 уничтоженных за день Т-34 и признала потерю 7 своих танков.
Новую попытку пробиться к окруженной дивизии предприняла 141-я танковая бригада, усиленная пехотой 282-й стрелковой дивизии, которая сменила потрепанную 4-ю кавалерийскую дивизию.
Примерно в 7.40 2 сентября в штаб 18-й танковой дивизии стали поступать первые сообщения о наступлении советской пехоты с танками 141-й танковой бригады от деревни Селено (ныне не существует, 3 км юго-восточнее деревни Ужа) на запад, на деревню Петровск. Атака была отбита. В 12.20 последовала повторная атака 24 танков 141-й бригады через Филипповичи в северо-западном направлении, в 13.00 они вышли восточнее деревни Колодезки, а еще через полтора часа 8 танков с востока подошли к реке Уж.
Тем временем в 14.00 другая танковая группа 141-й бригады ударила с юга на высоту в 1 км северо-западнее Потапово, где в течение часа уничтожила 88-мм зенитную батарею, потеряв при этом по немецким данным 1 КВ-1 и 4 Т-34. С 16.00 последовало два бомбово-штурмовых удара на эту высоту Ju-87, после чего к 17.30 танки были отведены в Потапово, но вскоре советские танки вновь пошли в атаку и на этот раз завязали бой не с противотанковой артиллерией, а с танками 2-го батальона 18-го танкового полка, которые успешно отразили этот удар.
Около 19.00 последовал третий за день налет Ju-87 (на этот раз всего 6 штук) на танки 141-й танковой бригады в Потапово, после чего в 20.00 при поддержке артиллерии высоту, которую вновь заняли немецкие войска, атаковала только пехота 282-й стрелковой дивизии, которая была отброшена контратакой танков 2-го батальона 18-го танкового полка. Отступившие полки 282-й дивизии заняли оборону на рубеже Филипповичи — Кветунь — Колодезки. Весь вечер артиллерия 282-й стрелковой дивизии, а также танки 141-й танковой бригады вели беспокоящий огонь по высоте с дальней дистанции.
Вечером 2 сентября штаб 47-го моторизованного корпуса отдал
