Советам народных депутатов, всем государственным органам на местах решительно пресекать ущемление прав гражданина независимо от его национальной принадлежности, использовать всю силу закона для недопущения разжигания национальной вражды и ненависти, принять меры к устранению нарушений жилищных, трудовых, пенсионных и других прав и свобод граждан.
Предложить Комитету конституционного надзора СССР дать заключение о соответствии принятых в связи с проведением референдума актов высших органов государственной власти республик, ограничивающих права граждан СССР, Конституции СССР и законам СССР.
Генеральному прокурору СССР в двухмесячный срок рассмотреть факты нарушения конституционных прав граждан, имевшие место в ходе проведения референдума СССР, и о принятых мерах доложить Верховному Совету СССР.
8. Рекомендовать государственным органам, учреждениям и организациям, политическим партиям, иным общественным объединениям, а также средствам массовой информации полнее учитывать в своей деятельности волю народа к сохранению нашего Союзного государства.
Считать необходимым принять меры по обеспечению строгого соблюдения законов Союза ССР, недопущению противоборства союзного и республиканского законодательств, по консолидации и сплочению общества на путях его демократического обновления.
Председатель Верховного Совета СССР А. Лукьянов Москва, Кремль, 21 марта 1991 г. № 2041–1В договоре о Союзе отразить результаты всесоюзного референдума
(Заявление Председателя Верховного Совета СССР)
В связи с поступающими в мой адрес многочисленными обращениями трудящихся с просьбой высказать свое отношение к проекту опубликованного Договора о Союзе суверенных государств считаю необходимым отметить следующее. Как известно, проект Договора был в основном поддержан Верховным Советом СССР 12 июля 1991 года. При этом Верховный Совет образовал полномочную союзную делегацию и поручил ей при доработке и согласовании проекта Договора исходить из ряда положений, сформулированных высшим органом власти страны. Прежде всего было указано на необходимость отразить в наименовании и основных принципах Договора результаты Всесоюзного референдума, в ходе которого абсолютное большинство граждан страны поддержало сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик. Аналогичный подход к наименованию и характеру нашего союзного государства был сформулирован и Съездом народных депутатов СССР. На заседании руководителей полномочных делегаций в Ново-Огареве эта позиция Верховного Совета СССР была подробно аргументирована. Однако она не нашла отражения в окончательном тексте Договора. И естественно, что данный вопрос, несомненно, потребует дополнительного обсуждения Съездом народных депутатов СССР, а возможно, и Всесоюзным референдумом, связанным с принятием новой Конституции. Верховный Совет СССР признал целесообразным предусмотреть в проекте Союзного договора наличие в СССР единого экономического пространства, единой банковской системы и закрепления за Союзом собственности, необходимой для его нормального функционирования как федеративного государства. Особо было оговорено требование установления самостоятельных налоговых поступлений в союзный бюджет. К сожалению, эти важнейшие положения не нашли достаточно четкого отражения в опубликованном тексте Договора. Об этом свидетельствуют и недавние заявления кабинета министров СССР, правления Государственного банка СССР, ряда других союзных органов. Тут, видимо, тоже требуются немалые коррективы в тексте Договора.
Исключительно серьезное внимание уделил Верховный Совет СССР прекращению так называемой «войны законов», на деле означающей вопиющее беззаконие. В связи с этим для включения в Договор была предложена норма, не допускающая приостановления Союзом ССР республиканских законов, а республиками — союзных законов, и разрешения возможных споров путем согласительных процедур или решениями Конституционного суда СССР. Несмотря на то что это предложение было поддержано виднейшими советскими юристами, оно также не нашло должного отражения в тексте Договора, подготовленного в Ново-Огареве. Нет особой нужды доказывать, насколько это опасно для формирования устойчивой правовой системы в нашей стране.
Значительно более четкого определения в Договоре требует порядок его реализации в переходный период, обеспечивающий преемственность в работе органов государственной власти и управления. Без этого невозможно будет поддерживать хотя бы в минимальной степени функционирование народного хозяйства в чрезвычайно тяжелой кризисной обстановке, сложившейся в стране.
Все эти проблемы требуют, по моему мнению, дополнительного обсуждения на сессии Верховного Совета СССР, а затем, видимо, и на Съезде народных депутатов страны.
Без этого такой наиважнейший для судьбы нашего государства документ, как Союзный договор, не сможет в полной мере выражать волю советского народа о сохранении Союза ССР — великой державы, призванной служить интересам граждан всех национальностей и оказывающей серьезнейшее воздействие на международную обстановку во всем мире.
А. Лукьянов
16 августа 1991 года
(«Правда», 20 августа 1991 г.)Мы подошли к водоразделу
(выступление на июльском (1991 г.) Пленуме ЦК КПСС 26 июля 1991 года)
Мы подошли к водоразделу, когда каждый из нас, каждый коммунист должен определить свою позицию. Сделать это обязывает время, глубокий кризис, охвативший практически все общество, падение доверия к органам власти, нарастание антикоммунистической истерии, ставшей в ряде мест легальной политикой государственного руководства. Обществу навязывают совершенно иные пути развития, проповедуется всеобщая денационализация, дефедерализация, десоветизация. Словом, отказ от многих и многих ценностей, которые прочно вросли в сознание и жизнь нашего народа. Водораздел, к которому мы подошли, должен обозначить, куда дальше пойдет партия: растечется ли она по нескольким рукавам или сохранит свое основное стержневое течение.
Обсуждаемый проект Программы и есть такой, на мой взгляд, водораздельный документ. Он позволяет сделать выбор, определиться по всем азимутам и прежде всего ответить на главный вопрос, ответить: чья мы партия? Партия трудящихся, рабочих, крестьян, интеллигенции или, как говорили совсем недавно, партия всего народа, включая быстрорастущее племя предпринимателей и дельцов теневой экономики. Ответить — стремимся ли мы к обновленному социализму, строю социальной справедливости и социальной защищенности человека труда или сворачиваем к обществу, в котором социализму места быть не может. Нам надо ответить, остаемся ли мы, двигаясь к смешанной, многоукладной экономике, на позициях приоритета общественных форм собственности либо этим приоритетом является частная собственность. Выбирая рыночную экономику, мы должны ясно сказать, является ли рынок целью или это средство для достижения благосостояния людей. Да и каким должен быть переход к рынку — диким и стихийным или регулируемым и управляемым? Твердо и четко надо ответить, какой мы видим нашу страну в будущем: союзным государством, обновленной федерацией равноправных и суверенных республик либо аморфным конфедеративным союзом государств с различными законами, банками, таможнями, сотнями тысяч беженцев.
Если мы ясно ответим на эти вопросы, если решительно объединимся на четких позициях, исключающих, естественно, коммунистический фундаментализм и всякий откат назад, нас поймут люди, за партией пойдут массы и не будет веры тем, кто под покровом либерально-демократических фраз пытается толкать нас совсем в другую сторону. Говорю об этом потому, что за последнее время, а за три месяца, прошедших после апрельского Пленума, особенно, противники нашей партии делают все возможное, чтобы доказать, что КПСС исчерпала себя и стала консервативной силой. К сожалению, и с этой трибуны я слышал такие голоса вчера. Делается все, чтобы отлучить коммунистов от демократии, внушить людям, что наша партия и демократия — это несовместимые понятия. Между тем если присмотреться, что делают те, кто клянется и божится демократией, то за словесным туманом все отчетливее выступают стремление к авторитаризму, грубый зажим иных мнений, идеологическая нетерпимость, то есть та самая демократура, которую в пылу откровенности вынуждены признавать даже сами ультрадемократы. Нагляднее всего это проявляется в их политике по отношению к Советам. И очень жаль, что в докладе проблема партии и Советов практически не была затронута. Вспомните, товарищи, Первый съезд народных депутатов СССР проходил под лозунгом «Полновластие Советам!». Радикалы шли с ним на выборы, требуя перехода власти от партийных комитетов к Советам. Но минует всего полтора года, и курс резко меняется. Что же произошло?
