– Что оно означает? – спросил он.
Оранж вернула ему книгу.
– Это слово они пишут на всех консервах. Оно говорит, когда консервам кончается срок.
Кончается срок. Не очень-то весело звучит.
– А может, оно означает что-то еще? – не унимался Минхо.
Оранж пожала плечами.
Рокси вздохнула.
– Давайте подумаем…
Она взглянула на небо, размышляя вслух:
– Временной предел, время, которое должно пройти, прежде чем что-то испортится, и… О!
– Что такое? – спросил Минхо.
Рокси ничего не ответила, но на лице ее появилось то самое выражение, которое Минхо видел, когда начинал говорить об Остатках нации. Глаза ее расширились, а губы сжались.
– Иногда люди так говорят… об умирающем.
Умирающем? Теперь это слово обретало смысл. Правда, Минхо не думал о тех умирающих и умерших, которых видел, когда солдатом охранял город Остатков нации. Это слово обрело смысл в связи с Клеттер.
– Те люди из команды Клеттер, про которых Айзек говорил, что она их застрелила… Может, она писала как раз про них?
Он внимательно рассмотрел текст вокруг слова Caducado и увидел вновь знакомое infección.
– А что, если все они были инфицированы? – спросил он. – Заражены?
– А зачем ей было тащить на остров зараженных? – спросила Оранж.
Минхо согласился – это не имело смысла. Они, должно быть, подхватили болезнь по пути.
Ни один капитан не прикончит свою команду ради развлечения.
– Может, она их убила именно из-за этого? – предположил Минхо. – Они заразились по пути, и ей пришлось всех пристрелить.
Он подумал о том, как часто в корабельном журнале встречаются слова reaction и infection. Реакция и инфекция…
– А может быть… – начал он.
Вот оно!
Наверняка это так!
Он посмотрел на капитанский мостик, чтобы удостовериться, что Доминик, Садина, Миоко и Триш все находятся у штурвала.
– Может быть, – предположил он, – ко всему этому имеют отношение сами островитяне?
Он вспомнил: кровь Садины, сыпь на шее миз Коуэн.
– Может быть, у них и нет никакого иммунитета?
Глава девятнадцатая. Дом с привидениями
1
Айзек
А вот и тот дом. Дом, где все изменилось; дом, где их приключение обернулось тем, на что они никак не рассчитывали, где им сперва пришлось спасаться бегством, потом выживать и, наконец, выручать тех, кто нуждался в их помощи и поддержке. Было в облике этого дома нечто, что ввергло Айзека в ужас еще до того, как все пошло наперекосяк. Окна были разбиты и покрыты пылью, краска на стенах облупилась, а боковые панели обуглились, словно по ним прошелся огонь пожара. Глядя на страшное место, где их с Садиной похитили, а Клеттер была зверски убита, он думал: как было бы здорово перезагрузить будущее и знать ничего не знать об Эволюции и исчезновении человечества, о чем поведали им Летти и Тимон.
А интересно, когда они встретили Летти и Тимона, те уже были полушизами? А где теперь лежит тело Клеттер? Айзек ускорил шаг, решив все это разведать. Браслет на его запястье с каждым днем становился все более сухим. Как ему хотелось, чтобы у Садины и остальной группы все было хорошо!
– Вы думаете, они уже недалеко от Аляски? – спросил он своих спутников.
– С каждым днем все ближе! – отозвался Фрайпан.
– А вы как считаете, миз Коуэн? Наверное, думаете, что Минхо уже выбросил Доминика за борт?
Ему нравилось, когда миз Коуэн смеялась.
– Да нет, – отозвалась она. – Думаю, Доминик ведет себя прилично. А вот Садина…
Она закашлялась.
– Садина может и упрямиться. Надеюсь, они с Минхо не повздорят.
Айзек на этот счет не особо беспокоился. Миз Коуэн была права – Минхо и Садина были в равной степени сильными личностями, но он наделялся на то, что Триш и Миоко помогут им держаться в рамках приличий. Он знал, островитяне всегда готовы помочь друг другу.
– Здесь у нас жарковато, но, по крайней мере, не мутит, – сказал Айзек. – Верно, Джеки?
Он рассчитывал, что девушка отзовется, но она смолчала. Странно, но несколько последних миль она вела себя очень тихо. Он повернулся к ней и повторил вопрос:
– Так, Джеки?
И вдруг он увидел, что она переставляет ноги с видимым трудом. Подняв на него глаза, Джеки пролепетала:
– Айз… Айзек…
– Джеки! Что случилось? – обеспокоенно спросил Айзек.
Он знал, что Джеки частенько бывает жертвой тошноты, но дорожка, по которой они шли, была прямой и ровной.
– Тебя тошнит?
– Если хочешь освободиться от лишнего багажа, лучшего места, чем те кустики, не сыскать, – вмешался Фрайпан, указав на тянущиеся вдоль дорожки заросли. Но Джеки не успела добраться до кустов. Ноги ее подкосились, и она рухнула бы, как дерево, сломанное порывом ветра, если бы Айзек не подхватил ее и не опустил мягко на траву. Ньют соскочил с плеча Джеки и исчез в придорожной растительности.
Джеки потянулась к миз Коуэн.
– Миз Коу…
Та взяла руку Джеки в свои ладони и спросила:
– Что с тобой?
Джеки безжизненно висела на руках Айзека.
– Я не чус… не чувствую губ, яз… языка и но… и ног.
Она говорила отрывисто и невнятно. Айзек посмотрел на Джеки, потом на дом, словно он нес в себе некое проклятье. Не исключено, что в нем поселился призрак Клеттер.
– Что с ней? – спросил Айзек старину Фрайпана. Но лицо старика, этого самого надежного источника мудрости, ничего не говорило. В поисках сыпи Айзек принялся лихорадочно рассматривать кожу Джеки. Ничего. Ни следов укуса, ни сыпи.
– Похоже, это не самое счастливое местечко, – сказал Фрайпан.
Айзек, страшно обеспокоенный, обернулся к миз Коуэн.
– Ничего не понимаю, – сказал он. – У нее нет сыпи, у вас есть, но вы стоите, а она – падает.
Он чувствовал жар, исходящий от кожи Джеки. Чем бы ее ни зацепило, их задача – как можно быстрее добраться до Виллы.
– Айз…
– Все будет хорошо, – отозвался Айзек. – Нам помогут. Вилла совсем близко. Я тебя понесу, хорошо?
И одним быстрым движением Айзек поднял Джеки на руки.
– Все будет отлично, – сказал он, стараясь ее успокоить. Но она не смотрела на него.
Джеки смотрела сквозь него.
– Айииз… – протянула Джеки заплетающимся языком. – Я тебя не виж…
2
Дома все не кончались, а Айзек с Джеки на руках все шел и шел. Бицепсы его горели, языки пламени, казалось, пожирали его мышцы, но он не останавливался, надеясь поскорее найти кого-нибудь, кто им поможет. Будь ему известно, где находится эта чертова Вилла, он бы побежал туда сломя голову, но, увы, адреса Виллы он не знал, и это обстоятельство делало отчаяние, которое он чувствовал, почти невыносимым.
– Смотри! Дома становятся все выше и выше, – заметил Фрайпан. – Должно быть, мы уже рядом.
Они подошли к особняку с колоннами на фасаде. Там кто-то двигался.
– Смотрите!
Миз Коуэн показала на человека, стоящего у входной двери, но Айзек не спешил его звать – вдруг это шиз! А нож, который Минхо дал Айзеку, приторочен к его ноге. К тому же лучший из истребителей шизов лежит почти неподвижно у него на руках.
– Пожалуйста, помогите! – закричала миз Коуэн. Фигура у крыльца повернулась в их сторону. Они подошли поближе, и Айзек, который к тому времени уже исходил потом и тяжело дышал, увидел, что это светловолосая женщина. Несмотря на страшную усталость, Айзек бросился бежать, с трудом удерживая Джеки на руках.
– Стоп! Не подходить! – крикнула женщина надтреснутым, дрожащим голосом. Похоже было, что она редко говорит громко и общается с другими людьми.
– Прошу вас! Нам нужна помощь!
Айзек замедлил шаг, но не остановился.
– Мы ученые, а не врачи. Мы не вправляем кости, и у нас здесь, это уж точно, не Дворец Шизов. Если у нее Вспышка, вам туда, а не к нам. Понятно?
Женщина отвернулась и открыла дверь, намереваясь войти в здание, которое, как надеялся Айзек, и было Виллой.
