в ширину так раздался, что стал на шкаф походить.
Мы с ним вместе в одной школе учились. В школе его так и звали «шкафом». Очень он был огромный.
И сила была в нем страшная. Мы на него всем классом нападали, а он нас, как щенят, раскидает в разные стороны, а сам стоит посередине и смеется.
Вышел однажды такой случай. Устроили мы в школе вечерний спектакль. И вот, во время самого спектакля, понадобилось зачем-то на сцену поставить кафедру. Кафедру надо было принести из класса, кафедра тяжелая, ну, конечно, обратились к Васе за помощью.
А надо сказать, что во всех классах лампочки были вывернуты, чтобы освещать зал и сцену. А потому в классах было темно.
Вася кинулся за кафедрой в класс, да в темноте вместо кафедры ухватился за печь, выломал ее из стены и выворотил в коридор. Потом пришлось этот класс ремонтировать и новую печь ставить. Вот какой сильный был мой приятель Вася Иванов.
Окончить школу Васе не удалось. К учению он был мало способен и сколько ни учился, так и не мог запомнить, сколько будет семью шесть. Память у него была плохая и сообразительность медленная.
Я из IV класса в V перешел, а Вася на второй год в IV остался. А потом и вовсе из школы ушел и уехал с родителями в Японию.
Вот в Японии-то с ним и произошел случай, о котором я хочу рассказать.
Приехал Вася с родителями в Японию. Родители решили Васю на какую-нибудь службу пристроить. Но служба не подыскивается. Разве если только грузчиком. Да уж очень это невыгодно.
Вот кто-то и сказал Васиным родителям: «Да вы, говорит, пристройте вашего сына борцом. Вон он какой у вас сильный. А японцы борьбу любят. Только они в этом деле большие мастера. Так что пусть ваш сын в их школе борцов поучится. И есть тут такая школа, где учитель японец, господин Курано, по-русски хорошо говорит. Так что вашему сыну там как раз удобно будет. Окончит школу и знаменитым борцом станет».
Обрадовались Васины родители.
– Где же, – говорят, – эта школа помещается?
– Там-то и там, – говорят им, – на такой-то японской улице.
Вот привели Васю родители в японскую школу борьбы. Вышел к ним старичок японец, маленький, желтенький, весь сморщенный, на сморчка похож, посмотрел на них и по-русски спрашивает:
– Вам кого, – спрашивает, – нужно?
– А нам, – говорят Васины родители, – нужно господина Курано, учителя японской борьбы.
Старичок японец посмотрел на Васю, ручки потер и говорит:
– Это я и есть Курано, мастер джиу-джитсу. А вы, я вижу, ко мне ученика привели.
– Ах! – говорят Васины родители, – вот он, наш сын. Научите его вашему искусству.
– Что ж, – говорит японский старичок, – видать, ваш сын довольно сильный молодой человек.
– О! – говорят Васины родители, – такой сильный, что просто ужас!
– Ну это, – говорит японский старичок, – еще не известно. А впрочем, если хотите, я могу взять его на испытание.
– Очень хотим, – говорят Васины родители. – Возьмите, пожалуйста.
И вот Вася остался на испытание у господина Курано, а Васины родители домой ушли.
– Идемте за мной, – сказал господин Курано и повел Васю за собой во внутренние комнаты.
Идет Вася за господином Курано и боится стену плечом задеть, чтобы дом не сломался, такой домик хрупкий, будто игрушечный.
Вот пришли они в комнату, устланную соломенными ковриками. Стены тоже соломенными ковриками обиты. А в комнате ученики господина Курано занимаются: хватают друг друга за руки, на пол валятся, опять вскакивают и друг друга через голову перебрасывают.
Господин Курано постоял немного, посмотрел, что-то по-японски полопотал, руками помахал и опять к Васе по-русски обращается:
– Пусть, – говорит, – мои ученики дальше занимаются, а мы с вами пойдемте вон в ту отдельную комнату.
Вошли они в пустую комнату, тоже обитую соломенными ковриками.
– Ну, – сказал господин Курано, – вы знаете, что такое джиу-джитсу?
– Нет, – говорит Вася, – не знаю.
– А это, – говорит господин Курано, – и есть наша наука борьбы. По-русски слово джиу-джитсу значит «ломка костей», потому что мы такие приемы знаем, что действительно одним ударом ладони даже берцовую кость сломать можем. Только вы не бойтесь, я вам костей ломать не буду.
– Да я и не боюсь, – сказал Вася, – я ведь крепкий.
– Ну, – говорит господин Курано, – на свою крепость вы особенно не надейтесь. Сейчас мы посмотрим, какая ваша крепость. Снимайте вашу куртку и засучите рукава. Я посмотрю, какие у вас на руках мускулы.
Вася снял куртку, засучил рукава и согнул руку. Мускулы на руке вздулись шарами. Японец ощупал Васину руку и покачал головой.
– Вот смотрите, – сказал господин Курано, – мы больше всего ценим вот этот мускул, который у вас довольно слабый.
С этими словами господин Курано засучил свой рукав и показал Васе свою худую и жилистую руку.
– Вот я руку сгибаю, – сказал господин Курано, – вы видите вот тут, сбоку на локте, шарик. Это и есть мускул, который мы ценим больше всего. А у вас-то он слабый. Ну ничего. Со временем и у вас будет крепкий. А теперь возьмите меня под мышки и поднимите.
Вася взял господина Курано под мышки и поднял его легко, как маленький пустой самоварчик.
– Так, – сказал господин Курано, – теперь поставьте меня обратно на землю.
Вася поставил господина Курано на пол.
– Хорошо, – сказал господин Курано, – некоторая сила у вас имеется. А теперь ударьте меня.
– Хы-хы! – сказал Вася. – Как же это я вас ударю?
– А так, возьмите и ударьте! – сказал господин Курано.
– Мне как-то совестно! – сказал Вася.
– Ах! – с досадой сказал господин Курано. – Какие глупости! Говорят вам, ударьте меня! Ну? Ну,
