Признаться, я думал о своей прекрасной блондинке, которая вовсе и не блондинка, все утро. И мысли были самые тягостные.
Теперь, после того как прошел первый всплеск эмоций и мозг стал работать более рационально, душу стали раздирать сомнения.
Я даже пересмотрел то самое видео, что пришло с незнакомого номера, и пришел к выводу, что буду самым настоящим бараном, если упущу бабу, которая умеет так танцевать стриптиз.
А ведь Вика мне даже не рассказывала, что любит танцевать.
Боялась? Стыдилась своего прошлого?
На видео она заметно моложе, но от этого не менее уверенна в себе, дерзка и даже агрессивна. Но от этого не менее прекрасна.
Тот кто прислал это видео явно хотел ей насолить, а еще был осведомлен о наших с ней отношениях. Более, неизвестный пробил все данные обо мне, узнал номер личного номера, а это не так -то просто. Из всего этого легко сделать вывод: наш доброжелатель бывший Вики по имени Дима.
Козлище безрогое!
Унизить ее хотел.
И, мать твою за ногу, у него это получилось!
Особенно если вспомнить мою вчерашнюю реакцию.
Сейчас, когда первый шок, отрицание и боль от увиденного отступили, притупились, по другому стал смотреть на ситуацию.
И чем я, спрашивается, от безрогого отличаюсь?
Т олько лишь тем, что я олень?
М-м-д-а-а-а...
Неприятно, конечно, узнать, что твоя девушка, будущая жена и мать твоих возможных детей, торговала своим телом, но прошлое на то оно и прошлое, чтобы там остаться. Ведь, если бы Вика была меркантильной стервой, то точно бы не вернулась в родную деревню.
Тут полезно вспомнить науку деда Никифора и подумать о том, какое будущее меня ожидает, если я упущу Вику.
Есть ли счастье в одиночестве?
Нет. В нем только тоска, уныние и обида на весь белый свет.
Я хочу любить, быть мужем, отцом, в конце концов, а все остальное это жизненная мишура, что навязывает нам общество.
Обида, конечно, еще есть. За неоправданные ожидания. За разбитую иллюзию идеальности моей женщины. Это никуда не делось, но если поставить на чашу весов наше с Викой совместное будущее, то оно значительно перевесит всю эту непортребщину.
Уверенным движением беру в руки телефон и с садистским удовольствием удаляю скаченное видео, а после блокирую контакт.
Так вот!
И почему у меня такое чувство, будто это мой единственный правильный поступок сегодня?
С фермы уезжал с тяжелым сердцем. Понимание, что сегодня я сам своими собственными руками перечеркнул дело всей жизни, кошками скребло и раздирало душу. Но между тем было некое облегчение, правда, связано оно было уже не с работой, а с Викой.
Очень хотелось прийти к ней домой, сграбастать в свои объятия и зацеловать в сладкие щечки, губки, а потом сесть и поговорить по душам.
Вот только желаемое, как говориться, не всегда действительное.
Как я не стучал в дверь Викиного домика, никто открывать мне не собирался.
Я уже было грешным делом подумал, что Вика не хочет со мной разговаривать, и открыл двери своим ключом, но в доме никто меня не жал, кроме злобной Заразы.
Сначала я думал подождать Вику здесь, но черная кошка бешено сверкая глазами, глянула на меня из угла хозяйской спальни, и я быстренько ретировался из домика.
Все правильно.
Как ни крути, а это Викина территория.
Не факт, что она обрадуется мне. Свежо еще воспоминание того, как я приперся к ней с цветами и чуть было не получил ими по морде.
Дома меня ждал грустный и забытый всеми пес и злая как тысяча чертей Дина Альбертовна.
Мать в своей привычной манере, сложила руки под грудью и посмотрела на меня, словно я все еще маленькой мальчик, что принес в портфеле очередную двойку.
- И где ты был?! Я вся извелась! Разве так поступают с матерью?
Вот, что мне ответить на эти претензии?
- Мама, ты прекрасно знаешь, где я был - на работе.
- На работе он был! - фыркнула она, - Вся деревня галдит о пожаре на твоей ферме, а матери зайти показаться и рассказать, что да как время не нашлось?
- Разве ты не видишь, что я устал?
- Ты такой же, как твой отец! - прикрикнула она, - Тот тоже всегда уставал и не считался с моим мнением. Я тут переживала, места себе не находила, а он зайти к матери и рассказать, как дела времени не нашел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Материн эгоизм неискореним. Она такая всю жизнь была, такой и останется. Не смог ее изменить первый муж, ни материнство, даже молодой любовник не смог.
- Все плохо, мама. Что ты еще хотела узнать?
Она внезапно прищурилась и повела носом. Видать уловила запах перегара.
- Ты опять за старое! Опять пьешь?!
Дальше уже мать не затыкалась. Тараторила и тараторила, в целом, о вещах совершенно сейчас не важных. Голова у меня болела все больше, и больше и в какой -то момент я не выдержал и прикрикнул на нее:
- Ты можешь помолчать хоть немного. Видишь - мне плохо и без твоего глупого кудахтанья. Если хочешь помочь или посочувствовать - сходи на ферму и помоги делом. Если просто вынести мозг - уезжай обратно в город!
Дина Альбертовна редко получает от меня отпор, тем более в такой грубой форме.
- Но я же женщина..., - растерянно хлопнула она накрашенными глазами.
Перевел взгляд на ее ухоженные руки и почему-то подумал об обломанных и пожелтевших от работы ногтях Вики, которая всю, несмотря на больную ногу, помогала мне на ферме, вытаскивала телят из огня и помогала таскать воду.
- Вика тоже женщина, но это ей не мешает быть мне опорой и поддержкой. От тебя же одни только упреки.
- Знаешь что? Вику он мне еще в пример не ставил! Вы подумайте! - возмутилась мать, -Вот возьму и уеду! Сам теперь себе готовить и стирать будешь.
И сказала это с таким видом, что предыдущие годы это за меня она делала.
Я на это и бровью не повел. Только лишь состроил скорбную морду, подумал про себя:
«Слава тебе Г осподи! Неужели она все же свалит отсюда?»
Дина Альбертовна больше со мной не разговаривала, только вздернула напудренный носик и удалилась в спальню.
Надеюсь, собирать вещички.
Я люблю свою маму, но когда ее становится слишком много в моей жизни ее можно выпроводить из нее только через скандал.
Снова захотелось выпить, но поскольку спиртного дома не было, заварил себе кофе и вышел на веранду, где уселся на порог. Там ко мне в скором времени присоединился Туз, и мы на пару принялись с тоской гипнотизировать окна домика на соседнем участке.
Ждать нашу Вику...
Вот только ни через час, ни через два она не появилась.
Глава 23 Вика
Наутро после того, как Бобров свалил из моего дома в неизвестном направлении, я не стала уливаться слезами, жалеть себя или ходить из угла в угол, заламывая руки. Просто постаралась выкинуть мужчину из своей головы и заняться уборкой.
Дима не теленок на привязи.
Если я на самом деле ему дорога - он придет сам, а если нет.. .то, что же тут поделаешь? Значит не судьба.
Работа по дому всегда успокаивала меня, поэтому я, несмотря на ноющую боль в ноге, стала методично вымывать дом. Сначала подмела везде, потом, ползая на коленках, вымыла тряпкой тщательно каждый угол, начистила свои новенькие кастрюли так, чтобы ни жиринки на них не было, выкинула из холодильника несвежие продукты, оставив его в практически девственной чистоте.
Я сегодня никого не жду, а гамадрил, даже если заявится, то кормить его не собираюсь. Потому что еду еще заслужить надо!
Пусть валит к себе домой и ест мамочкины харчи!
К обеду я поняла, что не просто устала, а уже ног не чую. Причем больная нога разболелась еще сильнее. Да так, что терпеть боль больше сил не было.
Порывшись в аптечке, достала ампулы противовоспалительного и обезболивающего. Повертела в руках лекарство и поняла, что сама себе укол поставить не смогу. Во время болезни меня гамадрил колол, а когда его срочно вызывали на работу, приходила Лиза. У нее рука легкая - укол вообще не чувствуется.
