Социальному министерству в здании правительства был отведен целый этаж. Восьмой. Там кроме кабинетов, конференц-зала и пресс-центра размещалось еще и небольшое кафе, которое посетители ценили не только за вкусную и всегда свежую еду, но и за наличие бара.
Дизайн заведения определялся местом, где оно расположено. Все было немного официально, даже строго, выдержано в сине-серебристых тонах, но общий колорит нарушали легкомысленные цветочки на салфетках и занавесках, да добавляли уюта светильники, выполненные в ретро-стиле.
За одним из угловых столиков сидели четверо — в остальном зал был пуст. Один из участников обеда был брит наголо, имел подвижные брови и большой рельефный нос. Напротив лысого сидел сам социальный министр. Высокий молодой человек, одетый стильно, и в то же время неброско, занимал место по правую руку от министра, по левую устроился худой мужчина средних лет, весь вид которого говорил, что он заскочил сюда на минуточку, перекусить, и вот прямо сейчас должен бежать по очень важному делу. Перед посетителями стояли высокие бокалы со светлым соком.
— Вот список, — министр вытащил из папки плотный лист тонированной по краю бумаги. — Майкл, вы просили.
— Да, спасибо. — Молодой человек взял лист. — Но тут не все. Тут только лаборатории и исследовательские центры, которые непосредственно курирует министерство. А нас интересуют все организации, так или иначе задействованные в пен-рит программе.
— Лицензию на проведение исследований имеют три лаборатории. При них есть клиники и поселки для адаптирующихся.
— Правильно ли я понимаю, — спросил лысый, — что больше никто не занимается пен-рит трансформацией…
— Как вам сказать… — министр замялся. — Технология старая. Начало программе было положено пятьдесят лет назад. Тогда это казалось панацеей…
— Значит, кто-то может заниматься этим, так сказать, в частном порядке.
— Да, но это не законно.
— У вас есть сведения по таким лабораториям?
— Достоверных нет.
— Курт, взгляните-ка сюда, — протянул Майкл бумажку координатору Второго отдела, — Вот адрес…
— Реабилитационный комплекс при клинике, — кивнул лысый, — чем он вас заинтересовал?
— Он один-единственный в черте города. Все остальное — дальше.
Четвертый собеседник, Калымов, покачал головой.
— Надо понять, зачем ее вообще могли похитить. Именно ее, не любого другого пен-рит, которых в городе довольно много.
Министр, отхлебнув из стакана, медленно ответил:
— Мы тут прикинули с экспертами. Получается, что похищение имеет смысл, если кто-то пытается повторить опыт на нормальных людях. С нормальной мыслительной деятельностью. Если эти гипотетические исследователи толком не знают, что должно получиться на выходе…
— И верней всего, это все носит политическую подоплеку, — перебил Майкл, которому было наплевать, что об этом неуважительном поступке подумает министр. — Если некто сможет доказать, что пен-рит трансформация никак не влияет на умственные способности носителя, а она не влияет, что доказывают ваши собственные исследования, и если удастся сделать так, чтобы носитель сохранял память, это будет прорыв. У вас ведь предстоят выборы, не так ли?
— Через полгода. — Министр мрачно кивнул.
— Если предположить, что исследования ведутся несколько лет… Скажите, что будет, если некая политическая сила предъявит результат успешной трансформации нормального человека? Полностью адекватный, вполне осознающий себя результат? И с сохранившейся памятью, конечно.
— Вы правы. Может случиться все, что угодно. Вплоть до государственного переворота. Но у них не получится. По определению. Лучшее оборудование стоит в наших центрах, у нас работают лучшие ученые. Наконец, у них не может быть такого научного материала, который за пятьдесят лет накопился у нас.
Министр залпом допил сок. Остальные к напитку так и не притронулись.
— Это означает, — заметил Вак, — что немного времени у нас есть. Если все так, как вы говорите, то Саше сейчас непосредственная опасность не угрожает.
— Это сейчас. — Майкл кивнул. — Думаю, если у них не получится с собственными опытами, то в качестве удачного эксперимента общественности может быть предъявлена она. И вот тут, уж не знаю, будет ли это напрямую привязано к дате выборов.
— И еще. Когда девушку похитили, последняя стадия трансформации была на пике. Иными словами, она очень мало, чем отличалась от прочих пен-рит. Процессы забывания протекали быстрей, чем процессы запоминания и осмысления информации. Преступники могли и не знать об этом. Поэтому ее могли признать не пригодной для политической игры и уничтожить. — Министр развел руками. — Чего бы, конечно, не хотелось.
— Понятно. Другие версии есть? — спросил Курт.
Майкл нехотя ответил:
— Есть, но они все на одном конце имеют похищение, на другом — труп. Например, она могла оказаться случайной жертвой маньяка, ненавидящего пен-рит, такой есть, и его еще не поймали.
— Ладно. Основной будем считать политическую версию, раз десять дней прошло, а труп так и не нашли, — ровно сказал Курт. — Скажите, министерство может учинить тотальную проверку всех своих учреждений, связанных с пен-рит программой? Или даже не только своих?
— Может. Но я почти уверен, что ее похитила не правительственная организация.
— Кто-то из ваших подчиненных мог действовать на свой страх и риск, — заметил Майкл. — В любом случае подстраховаться стоит.
Министр кивнул.
— Хорошо. Я дам распоряжение…
Канал дальней связи на этот раз почему-то не давал точно сфокусировать изображение. Но и того, что было видно, хватало. «Фотон» висел на дальней орбите, транслируя на «Корунд» картинку со своих датчиков. Планета оказалась серебристым шаром, ровным, как теннисный мяч.
— Облака, — авторитетно заявил Аск, — очень плотные облака.
Ему не ответили. И так было ясно, что поверхность скрыта под ровной облачной массой.
В тот час на мостике собрались все члены экипажа корабля, полюбоваться зрелищем. Ради такого дела запустили голопроектор, который обычно был отключен за ненадобностью.
Лаура вывела на трансляцию прямую связь с экипажем катера.
— Привет, — раздался голос Регины, — как вам нравится этот мячик? Снимки поверхности отсюда сделать не получится.
— Шикарный мячик, — отозвался капитан. — У вас целый арсенал локаторов и тест-зондов. Обойдутся археологи и без обычной картинки.
— Что-то не получается у меня с такого расстояния, — заметил Влад, — какой-то сбой идет, хоть тресни.
— У нас тоже картинка двоится, — заметила Лаура, — но это, скорей всего, из-за расстояния. Пробуйте поработать с ручными настройками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
