Читаем без скачивания Прикончить чародея - Сергей Мусаниф

В детстве мои опекуны дозволяли мне играть с другими детьми. Но родители других детей не приходили от этой идеи в восторг. Сын барона, которого с детства готовили к профессии чародея… От такого надо держаться подальше.

Вот все и держались.

Исидро хотел, чтобы я вырос мудрым. Мигель хотел, чтобы я вырос сильным. Дон Диего просто хотел, чтобы я поскорее вырос. На мои личные чувства всем было наплевать.

Может быть, именно поэтому я с ними и расстался.

Чародеи — не рыцари в сверкающих доспехах, и не притягивают повышенного женского внимания. А если бы даже и притягивали, я все равно бы не знал, что мне с этим вниманием делать.

Я не знаю, когда именно понял, что Карин привлекает меня, как женщина. И я даже не был уверен, что она меня привлекает. Я имею в виду, если бы вы выросли в пустыне, откуда бы вы знали, как выглядит вода?

Правда, если бы вы не знали, как выглядит вода, вы бы просто не выросли. Даже в пустыне.

Ну, вы понимаете, что я имел в виду этой метафорой.

Случайные прикосновения Карин будили во мне чувственные ощущения, которых я ранее не испытывал. Но я никогда в жизни не проводил столько времени бок о бок с представительницей противоположного пола, исключая только мою кормилицу. Может быть…

Я не знаю.

Не знаю, как называется это чувство. Не знаю, что мне с этим делать и стоит ли делать с этим хоть что-нибудь. Зато я точно знаю одно — мне не стоит рассказывать о своих сомнениях Карин.

Она — воин. Она жесткая и решительная, у нее четко расставлены приоритеты и она знает, чего хочет от этой жизни, и что ее абсолютно не интересует.

Мне бы толику ее уверенности.

Мы выбрались из-под земли в районе предгорий, оставив подножие Серых гор в нескольких километрах за своей спиной. Местность была мне незнакома — когда я двигался с юга на север, я воспользовался Перевалом Трехногой Лошади, самым коротким и безопасным путем. Тогда у меня на хвосте не висела туча преследователей, и я мог себе это позволить.

По мере нашего продвижения на юг холмы плавно перетекали в равнину, поросшую лесом, и вечером следующего дня мы оказались по уши в природе.

Контраст по сравнению с подземельями гномов получился разительный. Гномы правы, людям еще долго не придет в голову лезть под горы и пытаться вытряхнуть подземную цивилизацию с насиженных мест.

Теперь мы были укомплектованы для путешествия не в пример лучше. У нас имелись спальные мешки, запасные комплекты одежды, оружие, немного золота и недельный запас продуктов. Свою долю поклажи Карин умудрилась втиснуть в свою сумку, с которой не рассталась даже по ходу наших злоключений под землей. Мне гномы выделили наплечный мешок.

Отдых под землей пошел нам на пользу. Мы залечили свои раны и набрались сил. И то время, которое мы провели у гномов, выгодно отличалось от всего остального путешествия, ибо никто не пытался нас убить.

Увы, как только мы покинули подземное королевство, ситуация изменилось, и течение событий вернулось в свое уже привычное нам русло.

Карин сбила меня с ног подсечкой, и стрела снайпера вонзилась в дерево за моей спиной на высоте моей груди.

Карин откатилась в сторону, закрывшись от стрелка стволом другого дерева. Я тоже постарался убраться с линии выстрела.

Лежа на земле, я формировал подходящее случаю заклинание, одновременно пытаясь отыскать взглядом снайпера. А это явно был снайпер, возможно, тот самый, с которым мы уже имели неудовольствие встречаться по ту сторону гор. По крайней мере, он использовал стрелы с таким же оперением.

Магия бесполезна, если ты не можешь увидеть своего врага. Я переключил свое зрение в инфракрасный режим, подобный тому, которым пользуются драконы. Легче явно не стало. Лес — он и есть лес, он всегда полон мелкой живности, а многочисленные стволы деревьев позволяют спрятаться даже роте солдат.

— Лежи на месте, — коротко приказала Карин, сбросила с плеча сумку и поползла куда-то в лес. На мой непрофессиональный взгляд она двигалась не в ту сторону, но я не счел себя вправе указывать на это специалисту.

Чем дальше, тем больше меня выводила из равновесия эта ситуация с телохранителем. Мне казалось нечестным посылать кого-то рисковать жизнью из-за меня. Интересно, думал бы я так же, если бы моим охранником был мужчина?

Я решил оказать Карин посильную помощь, подставившись еще под один выстрел и заставив снайпера себя обнаружить.

Поскольку я все-таки не такой уж дурак, предварительно я выставил перед собой невидимый силовой щит.

Я поднялся на колени и высунулся из-за дерева.

Мне показалось, что стрела летит прямо мне в левый глаз. Вполне возможно, что именно туда она и летела.

Это было незабываемое ощущение — видеть приближающуюся ко мне смерть, и на мгновение моя душа ушла в пятки. Это длилось не дольше одного удара сердца — в следующий миг стрела ударилась о щит, отскочила от него и упала на покрывающий землю слой перегноя.

Метрах в ста пятидесяти кто-то коротко вскрикнул. Поскольку голос принадлежал не Карин, я подумал, что она обнаружила стрелка раньше, чем он ее.

Обнажив меч и продолжая удерживать перед собой силовую завесу, я бросился крик.

Теперь с той стороны доносился звук схватки. Мечи сталкивались между собой с характерным звоном, который может издавать только очень качественно обработанный металл.

Подобравшись поближе, я испытал желание сунуть свой меч обратно в ножны. Потому что мое присутствие оказалось совершенно бесполезным.

Карин билась двумя подаренными гномом клинками, стрелок защищался мечом и коротким кинжалом. Движения бойцов были так быстры, что я не успевал их отслеживать. По общепринятым стандартам я мог считаться совсем не плохим фехтовальщиком, но этим двоим я и в подметки не годился. Любой из них был способен нашинковать меня в фарш быстрее, чем я успел бы моргнуть.

На мой взгляд, это был редкий случай, когда силы опытных фехтовальщиков оказались равны, а случается такое крайне редко.

Обычно равны между собой только дилетанты — оба одинаково ничего не умеют. Когда боец выходит на профессиональный уровень подготовки, такого случиться не может в принципе. Ибо каждый из них прошел свой путь по общей дороге к совершенству, и любой лишний сантиметр этого пути обычно оказывается решающим.

Бои профессионалов никогда не длятся долго. Один просчет, одна мелкая, почти незаметная ошибка, одно не слишком удачное движение, любой, даже самый незначительный внешний фактор, и лучше подготовленный боец берет верх над тем, кто оказался хотя бы чуточку меньше подготовлен.

Но иногда, очень редко, случается и такое, что одно предельное мастерство сталкивается в бою с другим.

Когда совершенство сталкивается с совершенством, нам, серым и убогим, остается только скромно курить в стороне. Я не мог вмешаться в бой и оказать Карин помощь, хотя желание было безмерным. Но противники передвигались так быстро, что я не мог направить на снайпера ни своего клинка, ни заклинания.

Тридцать секунд. Минута. Две.

Это было невероятно.

Высекаемые при ударах искры падали на землю дождем. Ноги бойцов танцевали на опавших листьях стремительный и грациозный танец. Мечи двигались так быстро, что в какой-то момент становились невидимыми.

Вдруг Карин вскрикнула и упала на одно колено. Я поднял свой клинок, чтобы придти ей на помощь, но это было излишне.

Ее противник отшатнулся, выронив меч. Мгновением позже я разглядел, что он уронил меч вместе со своей правой рукой, отсеченной по локоть.

Самое странное — на лице стрелка не было боли или ужаса. Я не сразу понял, что означает выражение его искаженной физиономии, а когда понял…

Это было изумление.

Крайняя его степень.

— Не может быть, — выдохнул снайпер. — Ты всего лишь…

— Женщина, — сказала Карин и вонзила меч ему в грудь.

— … человек, — поправил он, падая на землю.

Для надежности Карин перерезала снайперу горло. Жестокость?

Вряд ли. За последние недели я пересмотрел свое мнение относительно того, что является поистине жестоким, а что вызвано насущной необходимостью.

Карин молча вытерла свой меч об одежду мертвого снайпера и вложила оружие в ножны. Даже не глядя в мою сторону, она сходила за своей сумкой, и я слышал ее сдавленные проклятия в мой адрес.

Вернувшись, она в сердцах швырнула сумку на землю. В брошенном на меня взгляде я прочитал жгучую ярость.

Хм… Пожалуй, я это заслужил.

— Какого дьявола… — начала Карин. — Нет, не так. Подожди минутку.

Я подождал, пока она закончит пинать ни в чем не повинное дерево.

— Начнем еще раз, красавчик, — сказала Карин. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Это зависит от того, что именно вас интересует.

— Сущая мелочь, — сказала она. — Как говорят гномы, небольшие технические подробности.