Читаем без скачивания Хроника революции - Николай Старилов

Распоряжение штаба Петроградского военного округа начальнику охраны Балтийской железной дороги, 24 октября: "Главнокомандующий приказал Вам ни в коем случае охрану станции не снимать, комиссаров, присланных от Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, на станцию не допускать, так как вы подчинены только штабу округа, который действует в контакте с Центральным Исполнительным Комитетом. Предупредите войска, покушающиеся занять Балтийский вокзал, что с фронта двигаются эшелоны, верные Временному правительству и Центральному Исполнительному Комитету крестьянских и рабочих депутатов. Генерал-квартирмейстер штаба округа Подполковник Пораделов. 24 октября 1917 г".

"Военно-революционный комитет при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов предлагает немедленно командировать 150 человек из гвардии Измайловского полка для охраны Балтийского вокзала в распоряжение комиссара Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов тов. Каца. Председатель Н.Подвойский Секретарь Антонов".

Донесение начальника охраны Балтийской железной дороги поручика Синеокова в штаб Петроградского военного округа, 24 октября: Доношу, что на Балтийский вокзал прибыла рота Измайловского полка от Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов для несения совместной службы с охраной, но будет в подчинении у комиссара; кроме того, измайловцы выставляют караулы для захвата телеграфа и телефона. Прошу Вашего распоряжения. Своими силами Балтийский вокзал не удержать. Нахожусь на Варшавском вокзале, где все благополучно. Поручик Синеоков".

Юзограмма Центробалта всем Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, 24 октября: "Петроградскому, Кронштадскому и всем Советам солдатских, рабочих и крестьянских депутатов и всем верным революции гарнизонам и фронту. Балтийский флот зорко следит за центром и колыбелью революции Петроградом. По первому зову Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов наша мощь и наше оружие вместе с вами, преданными революции. Призываем всех товарищей в эти минуты, когда предатели революции во главе с Временным правительством стягивают все свои контрреволюцонные силы к Петрограду, быть истинными стойкими и беззаветными баррикадными бойцами за права угнетенного класса и за передачу власти в руки самого народа, истекшего кровью. Балтийский флот не дрогнет ни перед какими силами реакции врагов революции. Комитет Балтийского флота".

Утром курьер из Смольного привез в Петропавловскую крепость пакет с приказом за подписью Подвойского о том, что Керенский стягивает войска к Петрограду и хочет с их помощью и с помощью юнкеров утопить в крови революцию. Военно-революционный комитет призывал комиссаров частей гарнизона и важнейших стратегических объектов быть особо бдительными и принять все меры обороны. На немедленно созванном совещании Благонравов сообщил о полученном приказе. Тут же был намечен план охраны крепости. Крепостная стена стала принимать боевой вид - на ней установили пулеметы для обстрела Троицкого моста и набережной, вышку Народного дома занял наряд пулеметчиков, к воротам крепости встал усиленный караул, а на прилегающие улицы вышли патрули. Благонравову сообщили, что комендант крепости Васильев часто сносится по телефону со штабом Керенского на Дворцовой площади и, по-видимому, намеревается, опираясь на местную команду и часть самокатчиков, арестовать комиссаров, большевисткую ячейку и "водворить в крепости порядок". Одновременно по телефону из Смольного пришло известие, что в крепость должны прибыть казаки. Распоряжение Благонравова, несмотря на истерику грозного полковника и его крики о том, что с виновниками расправятся по всей строгости военных законов, осуществлялось солдатами быстро и точно - обезоруженный комендант был арестован и заперт в собственной квартире, откуда снят телефон.

Сообщение газеты "Рабочий путь", 24 октября: "Большинство воинских частей Петрограда признало компетенцию Военного-революционного комитета, учрежденного при Совете, и выразило желание подчиняться только его распоряжениям. Между прочим, поступило заявление 9-го кавалерийского полка, что он подчиняется только воле Совета. В Петропавловской крепости Советом назначен специальный комиссар, заведующий складами припасов оружия, без ведома которого никакие предметы снабжения отпускаться не будут ни по чьему требованию. Гарнизон Петропавловской крепости заявил себя на стороне Совета".

Зимний дворец срочно вызвал к телефону коменданта Петропавловской крепости. Благонравова встретил бледный и растерянный начальник канцелярии штабс-капитан Лашков, прикладывавший одну руку к голове на которой не было фуражки, а другой указывавший на стол, где лежала телефонная трубка. Тут же, заметив свое неловкое отдание чести, штабс-капитан еще больше стушевался и отошел в сторону. Комиссар взял трубку. Говорил адъютант Керенского. Ему хотелось узнать, почему не действует телефон на квартире коменданта и что вообще происходит в крепости. Эти сведения, по его словам, были нужны для доклада Керенскому. Прежде всего Благонравов сообщил, что адъютант говорит с представителем Военно-революционного комитета, и неторопливо рассказал обо всем, что происходит в крепости, в том числе и об аресте коменданта. Он попросил передать Керенскому, что крепость теперь исполняет только распоряжения Военно-революционного комитета, с которым он и может в дальнейшем сноситься. В ответ послышалось какое-то бурчание, раздался визг: "Так вот вы как, это восстание! Хорошо же!" и трубка полетела на рычаг. Это было единственное боевое действие, которое смог совершить адъютант министра-председателя.

Предписание Военно-революционного комитета комиссару и полковому комитету гвардии Гренадерского полка, 9 часов утра, 24 октября: (подобные предписания были посланы во все части гарнизона): "Петроградскому Совету грозит прямая опасность: ночью контрреволюционеры-заговорщики пытались вызвать из окрестностей юнкеров и ударные батальоны в Петроград. Газеты "Солдат" и Рабочий путь" закрыты. Предписывается привести полк в боевую готовность и подготовить пулеметную команду к выступлению для охраны Смольного и мостов. Всякое промедление и замешательство будут рассматриваться как измена революции. За председателя Подвойский Секретарь Антонов".

Сообщение газеты "Рабочий путь", 24 октября: "Самокатчики, расположенные в Петропавловской крепости, вынесли сегодня на митинге постановление о присоединении к резолюции Петроградского гарнизона о переходе власти в руки Совета рабочих и солдатских депутатов и об образовании Военно-революционного комитета. За резолюцию голосовало около 2000 человек, против было лишь несколько голосов".

Телеграмма генерала Багратуни командиру Стрелкового полка увечных воинов, 24 октября: "1 час 55 мин Военная. Срочная. Главный начальник округа приказал немедленно полку выступить в полном составе в Петроград. Отдается одновременно с этим распоряжение о подаче эшелонов. Генерал Багратуни".

Телеграмма командиру 1-го Петроградского женского батальона, 24 октября: "Военная. Срочная. Главнокомандуюший приказал немедленно прибыть с батальоном в Петроград в штаб округа. Генерал Багратуни".

Сообшение газеты "Рабочий путь", 24 октября: "В 12 часов дня к Зимниму дворцу прибыл женский добровольческий батальон в полном вооружении. Батальон расположился на площади дворца".

Телеграмма начальника штаба Петроградского военного округа Я.С. Багратуни начальнику 2-й Петергофской школы прапорщиков, 24 октября: "3 часа 15 мин. Главнокомандующий приказал выступить 1-й роте юнкеров в Петроград немедленно. Генерал Багратуни".

Телеграмма генерала Багратуни командиру батареи гвардейской конной артиллерии, 24 октября: "4 часа 30 мин. Военная. Срочно. Главноокр приказал немедленно батарее выступить в Петроград. Багратуни".

В 4 часа дня было созвано пленарное заседание Центробалта и судовых комитетов, где еще раз все корабли заявили о своей полной готовности и потребовали немедленной отправки в Петроград. В 8 часов вечера из Петрограда была получена условная телеграмма: "Центробалт. Дыбенко. Высылай устав. Антонов-Овсеенко". Это означало - Военно-революционный комитет требует от Балтийского флота прислать подкрепления. Флот получил приказ: "Боевым ротам прибыть на вокзал к 24 часам". Узнав о задержке с ремонтом судов, предназначенных для отправки в Питер, Дыбенко вызвал командуюшего флотом и флагманского инженера-механика Винтера. - Будут ли готовы корабли к утру? - обратился председатель Центробалта к адмиралу. Ответил инженер-механик: - Никак нет. Они могут быть готовы только через двое суток. "Что это? Неисполнение приказа?" - на мгновение задумался Дыбенко, испытующе глядя на слегка побледневшего инженера. "Нет, вряд ли. Хотя им и кажется совершено невероятным, все что сейчас происходит, то, что они получают приказы от Центробалта, и то, что мы заживо погребли Временное правительство, они не посмеют не подчиниться. Адмирал сам был очевидцем того, как во время сражения под Эзелем и Даго за неисполнение приказа Центробалта виновные тут же были преданы суду". Дыбенко вызвал механиков и старших машинистов. На вопрос, будут ли готовы корабли к утру, они ответили: - Ровно в 8 часов утра миноносцы покинут Гельсингфорсский рейд. Матросы на них не спят уже третьи сутки. Они сами совместно с финскими рабочими работают день и ночь. Они полны желания как можно скорее закончить возложенное на них величайшее историческое поручение. И они с честью выполнят боевой революционный приказ! После ухода машинистов флаг-механик и адмирал покачали головами: - Невероятно. Этого не может быть. Миноносцы не могут быть готовы к утру! - Вы можете не верить в то, что они будут готовы, но вы отвечаете за командиров, - жестко оборвал их Дыбенко. - Так точно.