Ответ на возражение 2. Как уже было сказано (1; 68, 2), человеку перед крещением отпускаются его грехи постольку, поскольку он явно или неявно желает креститься, когда же он крестится актуально, то получает более полное отпущение, а именно освобождение от всего наказания. Поэтому до своего крещения такие люди как Корнилий обладают благодатью и добродетелями благодаря своей вере в Христа и своему явному или неявному намерению креститься, а после крещения они получают гораздо большую полноту благодати и добродетелей. В связи с этим глосса на слова [Писания]: «Он… водит меня к водам тихим» (Пс. 22:2), говорит: «Он крещением водит нас к возрастанию добродетели и добрых дел».
Ответ на возражение 3. Затруднения при делании добра и склонность к злу сохраняются в крещеном не из-за недостаточности навыка к добродетелям, а из-за не устраняемого крещением вожделения. Но подобно тому, как крещение ослабляет вожделение так, чтобы мы уже не были его рабами, оно точно так же умаляет и два вышеуказанных изъяна так, чтобы человека не был побежден ими.
Раздел 5. ПРАВИЛЬНО ЛИ СЧИТАТЬ СЛЕДСТВИЯМИ КРЕЩЕНИЯ НЕКОТОРЫЕ АКТЫ ДОБРОДЕТЕЛЕЙ, А ИМЕННО СОЕДИНЕНИЕ С ХРИСТОМ, ПРОСВЕЩЕНИЕ И ПЛОДОТВОРНОСТЬ?
С пятым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что некоторые акты добродетелей, а именно «соединение с Христом, просвещение и плодотворность», не должно считать следствиями крещения. В самом деле, взрослых крестят только в том случае, когда они веруют, согласно сказанному [в Писании]: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мк. 16:16). Но человек соединяется с Христом посредством веры, согласно сказанному [в Писании]: «Верою вселиться Христу в сердца ваши» (Еф. 3:17). Следовательно, никто не крестится иначе, как только будучи уже соединенным с Христом. Поэтому соединение с Христом не является следствием крещения.
Возражение 2. Далее, просвещение связано с проповедью, согласно сказанному [в Писании]: «Мне, наименьшему из всех святых, дана благодать сия… просветить всех…»[98] и так далее (Еф. 3:8, 9). Но проповедование катехизации предшествует крещению и потому не может быть следствием крещения.
Возражение 3. Далее, плодотворность приличествует активному порождению. Но посредством крещения человек возрождается духовно. Поэтому плодотворность не является следствием крещения.
Этому противоречит следующее: Августин в своей книге о крещении младенцев говорит, что «следствием крещения является соединение крестящихся с Христом»; Дионисий усваивает крещению просвещение[99]; а глосса на слова [Писания]: «Он… водит меня к водам тихим» (Пс. 22:2), замечает, что «обеспложенная засухой душа грешника благодаря крещению становится плодотворной».
Отвечаю: благодаря крещению человек возрождается к духовной жизни, которая приличествует верным Христовым, поскольку, по словам апостола, «что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия» (Гал. 2:20). Но жизнь пребывает только в тех членах, которые соединены с головой, от которой они получают движение и чувство. Поэтому необходимо, чтобы посредством крещения человек соединялся с Христом как один из Его членов. Далее, подобно тому, как [материальные] члены получают движение и чувство от материальной головы, точно так же от своей духовной Главы, то есть Христа, Его члены получают духовное чувство, которое заключается в знании истины, и духовное движение, которое возникает из полноты благодати. В связи с этим [в Писании] сказано: «Мы видели [славу] Его… полного благодати и истины… и от полноты Его все мы приняли» (Ин. 1:14, 16). Из всего этого следует, что крестимые просвещаются Христом в отношении знания истины и делаются Им плодотворными для произведения плодов добрых дел посредством всевания благодати.
Ответ на возражение 1. Уверовавшие в Христа взрослые соединяются с Ним умственно. После же своего крещения они соединяются с Ним и телесно, то есть посредством видимого таинства, без желания которого они не могли бы соединиться с Ним даже умственно.
Ответ на возражение 2. Проповедующий катехизацию просвещает внешне и пасторски, а Бог просвещает крестимых внутренне, приуготовляя их сердца к принятию истинного учения, согласно сказанному [в Писании]: «У пророков написано: «И будут все научены Богом!» (Ин. 6:45).
Ответ на возражение 3. Под усваиваемой крещению в качестве следствия плодотворностью я понимаю ту, посредством которой человек производит плоды добрых дел, а не ту, посредством которой он рождает других во Христе, как это делал апостол, сказавший: «Я родил вас во Христе Иисусе благовествованием» (1 Кор. 4:15).
Раздел 6. ПОЛУЧАЮТ ЛИ ДЕТИ ПРИ КРЕЩЕНИИ БЛАГОДАТЬ И ДОБРОДЕТЕЛИ?
С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что дети при крещении не получают благодать и добродетели. В самом деле, благодатью и добродетелями нельзя обладать без веры и любви. Но вера, по словам Августина, «зависит от воли верующего», и точно так же любовь зависит от воли любящего. Однако дети не умеют пользоваться волей, и потому у них нет ни веры, ни любви. Следовательно, дети при крещении не получают благодать и добродетели.
Возражение 2. Далее, Августин, комментируя слова [Писания]: «Больше сего сотворит» (Ин. 14:12), говорит, что для обращения нечестивого к праведности «Христос соделывает в нем, но не без него». Но ребенок из-за неумения пользоваться свободной волей не может соучаствовать с Христом в своем оправдании; напротив, подчас он даже противится этому. Следовательно, он не может быть оправдан посредством благодати и добродетелей.
Возражение 3. Далее, [в Писании] сказано: «А не делающему, но верующему в Того, Кто оправдывает нечестивого, вера его вменяется в праведность по благодати Божией»[100] (Рим. 4:5). Но дети не веруют «в Того, Кто оправдывает нечестивого». Следовательно, ребенок не получает ни освящающей благодати, ни добродетелей.
Возражение 4. Кроме того, то, что делается с чувственным намерением, похоже, не имеет духовного следствия. Но иногда детей крестят с чувственным намерением, а именно, чтобы исцелить их тела. Следовательно, они не получают духовное следствие, которое состоит в благодати и добродетелях.
Этому противоречат следующие слова Августина: «Конечно, и младенцы, крестящиеся во Христа, умирают для греха, так как крестятся в смерть Его. Ведь безо всякого исключения сказано: «Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились…. Чтобы, как Христос восстал из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновлении жизни». Но обновление жизни происходит через посредство благодати и добродетелей. Следовательно, дети при крещении получают благодать и добродетели.
Отвечаю: некоторые из ранних проповедников полагали, что при крещении дети не получают благодать и добродетели, но что в них полагается печать Христа, благодаря которой они получают благодать и добродетели по достижении ими совершенного возраста. Однако есть две причины, по которым такое мнение является ложным. Во-первых, та, что дети, как и взрослые, при крещении становятся членами Христа, и потому их необходимо должны достигать благодать и добродетели, исходящие от их Главы. Во-вторых, та, что в таком случае умершие после крещения дети не получали бы вечной жизни, поскольку, согласно сказанному, «благодать Божия – жизнь вечная»[101] (Рим. 6:23), так что крещение нисколько не содействовало бы их спасению. Их ошибка состояла в том, что они не проводили различения между навыком и актом. Поэтому, видя, что дети не способны совершать добродетельные акты, они решили, что после крещения у них нет никаких добродетелей вообще. Но эта неспособность детей действовать связана не с отсутствием навыков, а с препятствием со стороны тела (ведь точно так же и сон препятствует спящему человеку совершать добродетельные акты независимо от того, какими навыками к добродетели он обладает).
Ответ на возражение 1. Вера и любовь зависят от человеческой воли таким образом, что навыки к ним и другим добродетелям нуждаются в способности воли, которая у детей есть, в то время как для актов добродетели требуется акт воли, которого у детей нет. Именно это имеет в виду Августин, когда в своей книге о крещении младенцев говорит, что «малый ребенок становится верующим пока еще не той верой, которая зависит от воли верующего, но посредством самого таинства веры», которое обусловливает навык к вере.
