ребенок зачастую отказывается следовать советам матери или, по крайней мере, усваивает новые, более модные тренды. Ситуация с гардеробом Терезы, однако, сложнее, поскольку рядом с нарядами, купленными для себя, в ее шкафу много вещей, подаренных матерью, свекровью и сестрой, и все это Тереза носит. Многие вещи перешли ей от матери, носившей их в свое время. Как правило, это свободные джемпера-туники или кардиганы из роскошных натуральных тканей: кашемира или шелка. Они хорошего качества, за ними тщательно ухаживали, они сохранили форму и мягкость ткани. Тереза хорошо помнит, как мать носила эти вещи, когда была моложе. Поскольку одежда по-прежнему в хорошем состоянии, Тереза может ею пользоваться. Особенно ей нравится угольно-серый ажурный джемпер-туника из мягкой шерсти – шикарная и одновременно удобная вещь, которую Тереза надевает прохладными летними вечерами. Ощущение джемпера на теле – это непосредственный физический контакт с предметом, который прочно ассоциируется у Терезы с матерью. Как упоминалось ранее, в главе, посвященной биографии, именно сенсорный опыт помогает Терезе актуализировать прежние составляющие ее «я». Нечто подобное происходит и здесь: чувствуя прикосновение мягкой шерсти к коже, Тереза, по крайней мере отчасти, отождествляется с матерью.
Тот факт, что Тереза носит эти вещи, можно объяснить стилевыми предпочтениями, сформировавшимися у женщины в детстве, когда ее одевала мать. Заимствуя и надевая вещи, принадлежавшие матери, Тереза приобрела вкус к свободным вещам, кашемиру и бархату: теперь она и сама покупает их для себя. Эстетические предпочтения Терезы сходны с предпочтениями ее матери. Это не значит, впрочем, что их отношения в этом смысле всегда были исключительно радужными. В подростковом возрасте Тереза, как все мои информантки, экспериментировала с разными стилями и отстаивала независимость в выборе костюмов. Впрочем, в ее случае этот процесс, по-видимому, происходил не так бурно, как у других женщин, с которыми я беседовала. В переходном возрасте девушки сталкиваются с часто противоречащими друг другу социальными нормами и отношениями: они взаимодействуют с друзьями, семьей, партнерами, у них появляются новые интересы и занятия. Сепарация в подростковом возрасте часто проявляется в отказе от одежды, которую покупает мать, и в отстаивании собственных предпочтений. Молодые женщины начинают сами формировать свой гардероб, и это усложняет их отношения с матерями (Corrigan 1995). Миллер (Miller 1997) утверждал, что у представителей среднего класса в Северном Лондоне принято рассматривать младенцев как продолжение матери. В процессе сбора данных я встречала матерей, которые выбирали одежду для дочерей, демонстрируя таким образом свои пожелания в отношении их актуального гардероба. Как показывает работа Миллера, осознание матерью связи с ребенком становится проблематичным, когда тот вырастает и начинает осуществлять собственный сарториальный выбор.
Обретенная молодой женщиной независимость, однако, далеко не всегда абсолютна и окончательна. Как показывает случай Терезы, по мере взросления вкусы женщин часто начинают совпадать с материнскими, что свидетельствует о переосмыслении ими отношений со своей семьей и своим прошлым. Это также подразумевает изменение представлений женщины о себе самой. Кайзер (Kaiser 2003) утверждала, что по мере того, как девочки вырастают, становятся женщинами и встраиваются во множество разнообразных социальных отношений, их сформированный семьей образ либо закрепляется, либо трансформируется; выбор гардероба играет в этом важную роль. Даже отказываясь от привитых в детстве сарториальных предпочтений, большинство женщин в той или иной степени возвращаются к ним, когда их статус меняется: например, они сами становятся матерями или их жизнь становится более размеренной и стабильной. Зачастую это сопровождается и возвращением к культурным и религиозным традициям, в которых женщины воспитывались (подробнее эта тема обсуждается в восьмой главе).
Описанная вкусовая зависимость в случае Терезы и других информанток не была абсолютной. Женщины по-прежнему отстаивали свою автономию в выборе костюмов. В гардеробе Терезы есть много вещей, не похожих на вещи матери; все это Тереза купила для себя сама. Здесь есть необязательные дорогие обновки, призванные радовать и поднимать настроение, костюмы, которые женщина носила во время работы в Лондоне, и практичные теплые вещи из флиса для дома. В основном Тереза покупает себе «забавные, модные» вещи, например, джинсы-стретч с вышивкой или блестками или топы в цыганском стиле; они приобретаются в дешевых магазинах. Контрасты ее гардероба демонстрируют амбивалентность ее личности: она покупает себе забавные и модные вещи, но в то же время позволяет себе быть зависимой и опекаемой. Подбирая гардероб, Тереза использует разные стратегии; покупая вещи, которые, как ей известно, не отвечают вкусам мужа или матери, она создает для себя особое, полностью персональное сарториальное пространство. Она поддерживает постоянную связь с матерью, надевая доставшуюся от нее одежду, но следует индивидуальным предпочтениям в других сферах жизни. Прочным отношениям Терезы с матерью способствует и то, что последняя помогает дочери с организацией гардероба. Они вместе решают, от чего избавиться, и мать забирает качественную, но уже не нужную Терезе одежду, например офисные костюмы, для продажи в магазинах секонд-хенд в своем родном городе. Она делает то же самое и для Пэтси, сестры Терезы: пополняет ее гардероб и забирает оттуда лишнее. Несмотря на то что все три женщины финансово независимы и бóльшую часть одежды покупают сами, Пэтси и Тереза по-прежнему отдают лишние вещи матери, чтобы та избавилась от них. Посадив трудно выводимое пятно на какую-нибудь вещь, сестры отдают ее матери, чтобы та решила проблему, поскольку, как говорит Тереза, мать «творит чудеса с пятнами». Тереза очень практична, и если пятно нельзя отстирать, она перекрашивает вещь и продолжает ее носить.
Пэтси далеко не так практична, она вечно портит одежду, и временами это доставляет ей много проблем. Пэтси копит деньги на покупку своего первого дома, однако каждый раз, заглядывая в ее гардероб, я видела какую-нибудь обновку, о которой мне запрещалось говорить Терезе: «Я такая скверная!» Пэтси, похоже, нравится играть роль непослушной младшей сестры; впрочем, однажды я видела, как она сильно переживала по поводу новой замшевой юбки цвета «кэмел», которую купила в Morgan. Это случилось в субботу, и в тот же вечер Пэтси, отправляясь на ужин по случаю дня рождения подруги, надела обновку с новой белой блузой с рюшами, также от Morgan. Выпив несколько бокалов вина, Пэтси, рассказывая какую-то смешную историю, слишком энергично взмахнула рукой и уронила с вилки на юбку маслянистый авокадо. Попытавшись оттереть пятно, она только размазала масло. На следующий день она попробовала отчистить его с помощью проверенного спрея Dry Clean. Пятно увеличилось и стало белым. Пэтси была удручена. Это была ее любимая юбка (впрочем, она втихаря купила еще одну, чтобы «поднять себе настроение»). Теперь у нее есть хитрый план перекрасить испачканную юбку в темно-фиолетовый цвет, чтобы о
